Я вернусь
Шрифт:
За спиной существа вижу обезглавленное тело Антиклеи.
— Мы выживем, — говорю я группе.
И улыбаюсь…
Ненависть — вот твоя сила.
Глава двадцатая. Шифра
Она ползла. Тяжело дыша. Истекая кровью. Неумолимо приближаясь к цели.
Перед глазами всё плыло и растекалось алыми пятнами. В горле першило, сухая пыль от камней забивала легкие.
Так далеко… Гектор был так далеко. Пещера словно вытянулась, насмехаясь над её страданиями. Захрипев, Шифра вцепилась в разгоряченный песок, подтянулась, помогая коленями.
Стоит замереть, как всё перед глазами снова принимало истинные формы и переставало вращаться.
Вдох-выдох.
Боль в висках пульсировала, то накатывая, то чуть отступая. Нестерпимая, всепоглощающая, перемалывающая боль.
«Я дойду».
Наверное, надо было радоваться, что не корчилась и не орала как все остальные. Что ж, ей действительно повезло в какой-то мере.
Наверное. Но радости не было.
Переведя дух, Шифра поползла, изрыгая проклятия. До твари было еще очень далеко, так далеко, что можно вселенную обойти несколько раз. Проклятье! Тело словно перемололи. Руки дрожали, зубы выбивали дробь.
Вдох-выдох. Вдох-выдох…
Паразит хлопал красными бусинками глаз, его длинный хвост качался маятником между ног Гектора. Как огромный член. Склизкий, покрытый гнойниками член.
«Я должна… остановить тварь».
Должна.
Остановить.
Мысль крутилась в голове снова и снова.
Закрыв глаза, Гектор опирался рукой о стену пещеры и выблевывал желудок. Выглядел он прескверно. Жалел ли о том, что подсадил к себе паразита?
Может быть.
Шифра не могла долго сосредоточиться на чем-то конкретном. Боль в голове расцветала. Взрывала череп при каждом ударе пульса.
В очередной раз подтянувшись, Шифра вздрогнула от вопля из темноты. Кто-то из группы страдал не меньше неё. Каждый бессмертный в этой треклятой пещере чувствовал волны боли, исходящие от твари. И сходил с ума.
Снова.
И снова.
Пока не выблевывал кишки. Пока глаза не взрывались от давления. Пока изо рта не хлестала кровь.
А потом пытка повторялась.
«Думай о цели, дура! Думай!»
Зачем она пошла тогда за Гектором? Что за сила позволила ему выйти из пучины безумия и отправиться на поиски паразита? Было ли это предопределено?
«Да начхать!»
Нет, не начхать. Шифра не могла понять, как позволила бывшему вожаку сохранить чудовище.
К горлу подкатил плотный ком. И тут же изо рта на песок полилась кровавая каша. Тошнотворная на вид, едко пахнущая. Вся в комочках.
«Сдохну, но доползу. Так будет даже лучше».
Крики боли гремели отовсюду, хотя это было невозможно. Видимо, каменные стены рассеивали и спутывали звуки, превращая в невыносимую какофонию.
Вдох-выдох.
Должна.
Остановить.
Должна.
На миг Шифра потеряла сознание, но тут же пришла в себя. Прикусив нижнюю губу, двинулась вперед. Хотелось подняться и остаток расстояния до твари пройти… Усталость придавливала тело к камням.
Словно кто-то невидимый не давал встать на ноги.
Обрушились обрывки образов: исковерканные страданиями знакомые лица, чудовища… Чужие воспоминания острым ножом проникали в разум. Раздражение, злость, обида, радость, страх — и все это инородное, чужое.
«Хватит!»
К мыслям примешивалось что-то странное. Призрачное и далекое.
Не её.
«Как же больно, боги! Как же, мать их, больно!»
Накатила дикая паника. Нестерпимо захотелось поползти в другую от паразита сторону. Лишь бы подальше. Лишь бы снизить давление на череп.
Плача, Шифра продолжила движение.
«Не дождешься, тварь», — сверкнуло в мозгу.
Булыжники на её пути были измазаны кровью. Валяющаяся глиняная посуда покрылась непонятной зеленой дрянью. Не горящие жар-камни ярко поблескивали, словно вот-вот готовились вспыхнуть. Словно внутри них метался огонек и не находил выхода.
Со сталактитов срывались молочные капли. Сталактиты плакали.
Или же это было мороком? Иллюзией, что создал паразит?
От движения голова лишь сильнее разболелась.
«Не сейчас, пожалуйста. Не сейчас».
Хватит.
Хва…
Больно.
Словно Огненный Шар взорвался перед глазами.
Вспышка пронзила, поглощая тело.
«Я не добралась».
Не добралась!
Не добралась!
И даже тогда Шифра поползла. Наощупь. Наугад.
В бесконечном океане боли все казалось бесполезным и тщетным. Легкие еще горели, а сердце бешено стучало — но это ненадолго. Жар все сильнее разливался по телу.
На миг перед глазами прояснилось и снова потонуло в алой тьме.
Долго ли тварь будет играться с группой? Пускай, все равно у нее ничего не получится.
…не получится.
…не получится.
Не в силах сдержаться Шифра исторгла из себя спертый, уже ненужный воздух, что был в легких, с криком. На максимуме возможностей.
«Я больше не могу…»
Устала…
Невыносимо…
Больно…
Хватит…
Шифра рухнула на камни.
Навсегда. Навсегда. Навсегда.