Чтение онлайн

— Мне жаль, Василечек, — шептал парень, — Нужно ехать.

— Я не поняла ни слова! — шептала Забава, но по надломленному голосу Поликарп знал, поняла она все, просто новость оказалась шокирующей.

— Твои родители, солнышко, — тихо шептал парень, — Они пострадали. Нужно ехать. Я позвоню отцу. Оставим Дарьку с мамой. Она позаботиться о ней до нашего возвращения. А сами поедем.

— Я не понимаю… — повторяла Забава, цепляясь за футболку Поликарпа, скручивая ее в кулачки, — Не понимаю. Они уже должны быть дома. Или задержались у друзей. Так и раньше было. Они утром вернутся.

— Тихо-тихо, родная моя, — ласково шептал Соколов, вынимая свой телефон из кармана одной рукой, а второй прижимая голову Забавы к груди, — Пап! Мне помощь нужна!

Длинный, узкий коридор с выкрашенными в светло-зеленый цвет панелями казался Забаве ужасным и пугающим. Вдоль стены стояли пустые кушетки, а ближе к лестнице, недалеко от входа в хирургическое отделение обычной пригородной больницы приютились две каталки. Не пустые. Два человека лежали на них, прикрытые испачканными в пятнах крови простынями.

— Почему они здесь? — прошептала Забава, оседая в руках Поликарпа, — Их даже в палату не устроили…

Подхватив Забаву и прижав ее к себе еще крепче, Соколов нахмурился. Ему захотелось крыть всю больницу таким матом, чтобы это ветхое здание провалилось к чертям собачьим.

— Разберемся, Василек, — пообещал он уверенно и двинулся ближе к родителям Забавы следом за отцом, рассекающим поток пациентов и врачей.

— Главврача мне сюда! Немедленно! — рявкнул полковник Соколов на все здание.

Забава вздрогнула от этого крика, но и перестала бояться. В обществе двух сильных мужчин ее уже ничего не пугало. Подбежав к каталкам, девушка склонилась ближе. Лицо мамы, с ссадинами и подтеками на скуле, со следами крови на лбу немного пугало. Но мама дышала размеренно, и это не могло не радовать.

Слезы застилали глаза, и Забава плохо соображала, что вообще происходит. Уронив голову на простынь, девушка разрыдалась. А потом, пошатываясь, подошла ко второй каталке, на которой лежал отец.

— Пап! — всхлипывала Забава в руках Соколова.

Все вокруг казалось кошмарным сном. Словно вовсе не с ней все это происходило. И не ее это родители лежали сейчас в коридоре обычной больницы. Все тело окутал какой-то липкий туман, не вздохнуть, не выдохнуть. И только слезы душили и никак не могли остановиться.

— Они живы, Василек! Остальное не важно! — Забава слышала, будто маяк в непроглядной тьме, голос Поликарпа, — Сейчас все устроим, родная.

Забава рыдала уже в голос, тщетно пытаясь остановить истерику. Поликарп крепко прижимал к себе всхлипывающую любимую девчонку, наблюдая, как люди по приказу полковника Соколова начинают суетиться, как в больнице появились врачи, как быстро и безопасно определили родителей Забавы в специально оборудованные машины «скорой помощи». И спустя несколько минут стремительной езды по городу в машине со спецсигналами, Потапа Михайловича и Людмилу Валерьевну уже определяли в операционные залы госпиталя с лучшими хирургами и травматологами области.

— Спасибо, пап, — тихо, чтобы не разбудить спящую на его коленях Забаву, произнес Поликарп.

Полковник Соколов сидел в кресле напротив сына, отпивая черный чай из большой кружки. Взглянув на парня, коротко кивнул. Полковник никогда не пользовался своим служебным положением, но сегодня сделал огромное исключение ради семьи любимой женщины своего сына. К слову сказать, девочка с редким именем Забава полковнику Соколову очень нравилась. И он был весьма доволен выбором отпрыска. Возможно именно поэтому он, не задумываясь, поднял все свои связи, чтобы оказать всевозможную помощь. Сергей Семенович, полковник спецслужб, ясно видел то, каким взглядом сын смотрит на девушку, и, что радовало едва ли не больше, видел ответные искры в глазах девчонки.

— Мать звонила, говорит, девочка спит, — сообщил Соколов-старший, — Дождусь результатов и смотаюсь на место аварии. Ребята обещали подробный отчет подготовить.

— Что думаешь? Я не знаю, чем конкретно занимается отец Забавы, — тихо говорил Поликарп, — Но это точно несчастный случай?

— Поликарпов тихо и мирно продает оборудование для мясокомбинатов, — хмыкнул полковник, — И с конкурентами не конфликтует. Спокойно там все. Не повезло на трассе. Майор Лысков сказал, у встречной фуры стрельнуло колесо. Но дождемся отчета.

Полик согласно кивнул. Отведя от лица Забавы волосы, Соколов вздохнул, увидев темные тени под глазами любимой. Ему совсем не хотелось, чтобы его Василек находилось здесь, поскольку чувствовал, что больница пугает и угнетает ее. Но и увезти пока ее не мог. Нужно было дождаться результатов операций. Пару часов назад профессор уже выходил к ним. По его словам, отец Забавы пострадал гораздо сильнее матери. Но и у нее достаточно серьезные повреждения внутренних органов. Можно сказать, близкие его Василька сейчас ходили по грани. И, наконец, спустя, казалось бы, вечность, из операционной вышел врач.

— Мы сделали все возможное, — вполголоса проговорил профессор, — Но у пострадавших множественные переломы и повреждения весьма серьезные. Нужно ждать. Эта ночь будет самая сложная.

Переведя взгляд на часы, Поликарп сжал зубы. Четыре часа утра. Нет, будить Забаву он не станет. Пусть спит. Ведь с ума сойдет от беспокойства, отсчитывая минуты до рассвета.

— Что ж, — поднялся полковник со своего места, — Я через часок вернусь. Узнаю, что там, да как.

— Хорошо, — кивнул Поликарп, откидываясь на спинку дивана.

Соколов-старший покинул больничный коридор, а Соколов — младший откинулся на спинку дивана. Одной ладонью он поглаживал волосы Забавы. Второй провел по своему лицу. Ночь обещает быть долгой.

— Что мы Дарьке скажем? — тихо прошептала Забава.

Ее голос выходил хриплым от пролитых слез и приглушенным от того, что щекой она прижималась к животу парня, а руками обнимала за пояс.

Соколов мысленно ругнулся. Не спит, слышала все.

— Пока скажем, что у друзей, — предложил Поликарп, — А там посмотрим.