Чтение онлайн

Треснула и сломалась, не выдержав напора, тоненькая осинка, и в узкую полосу лунного света выпрыгнул обладатель рыка. В полтора раза больше первого оборотня, тоже серебристый, с густой длинной шерстью. Спина выгнута в поясничном отделе как у гончей, уши прижаты к морде, когти на палец вонзаются в землю - а ведь оборотень лишь слегка выпустил их из 'сумок'.

В немом ужасе, не в силах пошевелиться, Мериам смотрела на это существо. По сравнению с ним волкодавы казались щенками. Самец, тут и думать нечего. Оборотень клацнул пастью, обнажив два ряда зубов. Этого хватило, чтобы паралич сковал даже мысли адептки. Теперь понятно, почему все так боялись тёмных оборотней. Мериам видела бабку: перекидываясь, она превращалась в волчицу, а тут - чудовище.

Первый оборотень, тот, который напал на адептку, заскулил и, поджав хвост, спрыгнул с Мериам. Продолжая скулить, он, вернее она, припала к земле и поползла к самцу. Тот ударил её лапой, ухватил за загривок, поднял и пару раз встряхнул. Снова оказавшись на земле, оборотница отбежала под прикрытие деревьев и начала оттуда поскуливать, будто оправдываясь.

Оборотень втянул в себя воздух и подошёл к Мериам. Она закрыла глаза, моля, чтобы смерть вышла лёгкой. Вопреки ожиданиям, её не тронули, только обнюхали и прошлись хвостом по лицу.

Оба оборотня скрылись за деревьями, оставив адептку в покое.

Мериам всё не решалась подняться с земли, да и с ранеными руками это было не так просто. Чугунок с морошкой перевернулся, и ягода рассыпалась по подёрнутой ледком гнилой листве.

– Ты идиотка?!
– донёсся до адептки голос Шардаша.
– Я просил тебя приходить? Просил? Майхаль, в глаза мне смотреть!

Таким Мериам профессора никогда не слышала. Разговор с сержантом - цветочки, тут его голоса испугались бы умертвия.

– Я не знала, - жалобно оправдывалась какая-то девушка.
– Честно, не знала! Как почувствовала твой запах, так сразу...

– Нюх тебе при рождении отбили вместе с мозгами?
– продолжал бушевать Шардаш.
– За сто шагов чувствуется. Сто, Майхаль!

– Это тебе, - попыталась намекнуть на что-то девушка, но тут же запричитала: - Молчу, молчу! Я извинюсь и вылечу.

– Будь любезна. Я кровь чую. Ты ей кости сломала, куски мяса вырвала?

– Нет-нет! Оно быстро заживёт. Мамино средство поможет. Только почему, - девушка смутилась, - она не совсем твоя?

– Закрыла рот!
– рявкнул Шардаш.
– Она моя ученица, дура! И ещё раз повторяю вопрос: что ты тут делаешь? Если бы я хотел, чтобы пришла, позвал бы. Звал?

Судя по тягостному молчанию, Майхаль нарушила правила и сознавала, что виновата.

– Ладно, она всё слышит, - уже спокойнее и тише произнёс Шардаш.
– Хватит того, что о тебе узнала. Других, надеюсь, не привела? Вот и славно. Потом всё расскажу, но дай слово, что не пойдёшь со мной. Хватит с матери смертей!

– Как прикажешь, брат.

Раздвинулись ветви, и к Мериам подошла обнажённая девушка. Тоже смуглая, тёмноволосая и синеглазая. Ничуть не смущаясь отсутствия одежды, она склонилась над адепткой и осторожно оторвала испачканные рукава. Осмотрев раны, девушка наклонилась и вылизала их. Затем отодрала чистую полосу от рубашки адептки и перевязала Мериам.

– Я Майхаль, - представилась девушка.
– Младшенькая... Ой, оборотень просто. Морошку сейчас соберу. Это для Тревеуса, да? Он любит. Особенно варенье. Ходить можешь?

Адептка подумала и кивнула.

– Ты извини, приняла за врага. Запах незнакомый. Да ещё разные маги тебя трогали, солдаты. Тюрьма ещё. Словом, всё чужое и враждебное. А потом уловила аромат Тревеуса. Он слабенький совсем, только от одежды и той штучки на шее. Ещё чуть от рук. Я жутко виновата, честно, сожалею. Но ты отомщена: Тревеус мне голову чуть не оторвал.

– Он твой брат?
– пыталась осмыслить обрушившийся на неё поток информации Мериам.

– Ага. А ещё глава семьи. Только про семью ничего не скажу.

Майхаль быстро собрала морошку, повесила ручку чугунка на локоть и помогла Мериам подняться. Видя, что та ещё не оправилась от страха, подняла на руки и понесла. На удивлённый взгляд адептки ответила, что ей вовсе не тяжело, не уронит:

– Оборотни сильнее людей.

Мериам предпочла не спорить. Она боялась оборотницу, опасалась лишний раз вздохнуть. Наверное, эта оскаленная пасть будет сниться ей до конца дней.

В доме их поджидал Шардаш. Он успел переодеться и вскипятить воду. Профессор недовольно зыркнул на Майхаль и велел прикрыться, 'чтобы не смущать девушку'. Сестра рассмеялась, заметив, что у девочек всё одинаково, стесняться друг друга глупо.

– Человеческие нормы морали соблюдай, - настаивал Шардаш.
– Ты ей не подруга, чтобы телесами щеголять.

Майхаль закатила глаза и аккуратно сгрузила ношу на постель. Показав язык брату, она подхватила плащ Шардаша и повязала вокруг бёдер.

– А это вы были там?
– подала голос Мериам. Она невольно отвернулась, когда Майхаль, наклонившись, практически коснулась грудью её лица.

Шардаш кивнул:

– Действие противооборотного зелья почти закончилось, так что осторожнее в тёмное время суток, Ики. Видел я ваши глаза: перепугались до смерти. Надо, пожалуй, сделать так, чтобы запах был сильнее.

– Чей?
– не поняла адептка и ойкнула, попытавшись стыдливо прикрыться: Мейхаль, недолго думая, разорвала на ней одежду, наградив глубоким декольте.

– Его, - улыбнулась оборотница и оседлала порывавшуюся встать адептку.
– Тревеус, ты морошкой займись. И сам поешь, и её с ложечки покормишь. И, будь любезен, возьми на нашей кухне...

– Не возьму: магический резерв пуст. Так что либо сделай мамину мазь сама, либо лечи собственными силами.

Шардаш отлил немного горячей воды в таз, смешал с холодной речной и с тряпкой, в которой Мериам узнала его прежнюю рубашку, подошёл к постели. Адептка залилась краской, гадая, что ему видно. Судя по всему, очень много. Профессор хмыкнул и наложил жгут, остановив кровотечение.