Чтение онлайн

– Правильно, – согласился Вертер. – Так мы и сделаем, да?

– С чего начнем?

– Начнем с вашего друга Асри. Встретим его, когда он прилетит, и посмотрим, куда он нас приведет. Честно говоря…

– Это единственный путь, – быстро подсказал Мельник.

Вертер посмотрел на него, он не мог понять, умен этот парень или нет.

– Правильно, – кивнул Вертер. – В любом случае, этот Асри – единственная реальность, которую мы имеем. А что еще, кроме него? След денег, похожий на запах дыма в ночи. Он дает понять, что где-то горит огонь, но неясно, насколько он силен, да и вообще, черт возьми, ничего не ясно. Мы узнали, что какие-то деньги поступили в банки Майами и Нью-Йорка, но затем их след теряется. В этой стране просто помешаны на том, чтобы не позволять нам следить за всем. Кеннеди умер двадцать пять лет назад, но этого не ощущается, судя по тому, как люди продолжают шуметь о гражданских правах, о конфиденциальности и прочей подобной чепухе. Единственное, что нам удалось узнать в связи с этими деньгами, это имя – Даллас.

– Город?

Вертер пожал плечами.

– Название города, имя человека, или просто псевдоним. Мы не знаем.

– Не многих ливийцев зовут Даллас, – заметил Мельник.

– Очень хорошо, – ответил Вертер. – Вижу, что вы будете очень полезны нам здесь. Мы об этом не подумали.

«Нет, – остановил он сам себя, – не будь таким язвительным, дай парню шанс». Он прошел за стол, сел в кресло и закинул ногу на ногу.

– В этой стране вообще не так много ливийцев. Мы отнюдь не в дружеских отношениях с Ливией…

Выражение лица Мельника не изменилось, но его внутреннее ощущение укрепилось. Сарказм Вертера подействовал на него, словно отрезвляющая пощечина. Он сказал себе, что и не ожидал ничего лучшего, да и что можно было ожидать от этих всесильных американцев, кроме высокомерия и снисходительного отношения? Так что в подобном отношении для него не было ничего нового.

– …как могли об этом выяснить из газет ваши умники из разведки, – продолжил Вертер, но тут же решил оставить свой сарказм, видя, что израильтянин не реагирует на него. – В этом есть свое преимущество, так как ливийцы не могут приезжать к нам и разгуливать где им вздумается. Их довольно легко обнаружить и схватить, а это значит, что если они задумали провернуть какое-то дело, то им придется действовать через лиц других национальностей.

– Возможно, что и через американцев, – высказал предположение Мельник.

– Вполне вероятно, и кто-то может использовать псевдоним Даллас, – согласился Вертер.

– Или имеется в виду название города.

– Мы не знаем. Это может быть и кодовым названием операции. Мы слишком мало знаем и не можем закрыть все границы на железные засовы, но, когда вы сообщили о сирийце, пытающемся проникнуть к нам с фальшивым паспортом, полученным от Эль-Кушира, мы насторожились. Нам надо бы знать побольше об этом Мохаммеде Асри. Расскажите мне.

Мельник согласно кивнул, наклонился вперед и начал рассказывать о своем задании по обнаружению и уничтожению Эль-Кушира и о том, как он заглянул в чемодан.

– Вот и все, – закончил он свое повествование.

– И больше ничего?

– Все, что известно израильской разведке, совпадает с тем, о чем вы уже сказали. Действительно, похоже, что затевается что-то крупное, но вы знаете, как это бывает – скорее интуиция, чем факт.

Про себя Мельник подумал, что здесь есть еще что-то, заслуживающее внимания. Он видел, что в израильской разведке отнеслись ко всему этому с определенным пренебрежением, однако отметил и то, что в разведке испугались, как бы американцы не успокоились. Ведь это ужасно, если террорист действительно попытается проникнуть в их благословенную страну!

Он откинулся в кресле, достал из кармана пачку сигарет, сунул одну в рот и, слегка пожевывая ее, продолжил:

– Арабы уже давно хорошо поняли психологию американцев, – Дэвид оборвал свою речь, ощутив собственное нахальство. – Это, конечно, лично моя точка зрения на их понимание вашей психологии, и вполне возможно, что я ошибаюсь. Но, насколько я понимаю, арабы всегда старались не разозлить Америку по-настоящему и держались подальше от ваших величественных пурпурных берегов. Убийство морских пехотинцев на Ближнем Востоке, убийство американских пассажиров на лайнере в Средиземном море, угон американского самолета из аэропорта в Греции – все это совсем другое дело. О таких вещах пишут в газетах, они привлекают ваше внимание, но не приводят вас по-настоящему в бешенство, потому что происходят далеко от берегов Америки. Вы по-прежнему чувствуете себя в полной безопасности в Канзасе, Вайоминге и даже в Нью-Йорке. А если несколько американцев были настолько глупы, что отправились в поездку в Израиль или на Ближний Восток, то что можно было от этого ожидать, кроме неприятностей? Поэтому они были осторожны и никого не убили в самих Соединенных Штатах. Но, возможно, они почувствовали, что теперь настало время и для подобных действий. Если это так, то это должна быть достаточно крупная операция, которая ставит своей целью не просто вызвать у вас раздражение. Она должна быть настолько серьезной, чтобы одним ударом убедить вас, что вы беспомощны в этой борьбе. Настолько мощной, чтобы ваш гнев обернулся не только против виновников, но и против тех, кто несет ответственность за это, против собственных союзников, против Израиля, против нас. Она должна убедить вас, что, как и во Вьетнаме, вы кладете свои головы за то, что вас в действительности не касается, что вы должны бросить это и забыть о том, что происходит в другом полушарии. Именно такую цель преследовала операция в Перл-Харборе – отбить у вас охоту воевать еще до того, как вы по-настоящему начали военные действия. Ну, что вы думаете об этом?

Вертер кивнул в знак согласия. Вполне возможно. Более того, примерно так он и сам думал. Но каким образом? Военное нападение? Невозможно. Ракетная атака? У них нет ядерных боеголовок, нет межконтинентальных баллистических ракет, но они могут установить большое количество ракет малой дальности на торговых судах и произвести пуск, когда корабли приблизятся к берегам Америки. И все же от этого пострадают только прибрежные города. Гораздо эффективнее и проще было бы произвести серию взрывов самолетов на всех авиалиниях страны, или устроить подобную серию непосредственно в городах. Взорвать универмаги в Нью-Йорке, Уичито или в Солт-Лейк-Сити так же легко, как и в Париже. Благодаря Национальной ассоциации оружейников оружие можно свободно приобрести по всей стране, да и динамит достать довольно просто.

– Безусловно, мы оба с вами просто гадаем, – сказал Вертер.

Мельник пожал плечами.

– Раз уж мы просто гадаем, – сказал он, – то не думали ли вы, что псевдоним «Даллас» выбран в соответствии с названием города? Это было давно и, возможно, вы в Америке уже забыли об этом, но в других странах слово Даллас до сих пор ассоциируется с городом, где был убит ваш президент?

Несколько секунд Вертер молчал, потом произнес:

– Нет. Нет, мы не забыли.

Вертер намеревался распрощаться с Мельником возле гостиницы, где секретаршей был заказан для него номер, но в последний момент жалость подвела его. Вместо того, чтобы расстаться с израильтянином возле входа, Вертер совершил ошибку и вошел вместе с ним внутрь. Если вы небогаты, то нью-йоркские гостиницы производят на вас чрезвычайно мрачное впечатление. Вестибюль этой, заказанной секретаршей с учетом скудных командировочных израильтянина, был так непригляден, что Вертер просто не смог оставить там Мельника. Пока они дожидались у конторки клерка, Вертер огляделся вокруг, и у него создалось впечатление, что пол и стены готовы задушить их. Внезапно он поймал себя на том, что уговаривает Мельника поехать к себе домой. Он сможет переночевать у него, выпить, хорошо поесть, а завтра они подыщут что-нибудь получше.

Мельник не видел ничего плохого в этой гостинице. По однозвездным европейским стандартам она была вполне нормальной, и именно на такую он и рассчитывал в связи с теперешним заданием. Он никогда не видел хороших американских отелей типа «Говард Джонсон» или «Марриотт». На шикарные апартаменты он не претендовал, да и вообще это его мало беспокоило. В гостинице было сухо, тепло, чисто, так что все в порядке. Сначала он вежливо отклонил предложение Вертера, а затем даже проявил некоторую грубость. Он не хотел иметь с этим американцем никаких отношений, выходящих за рамки строго деловых, но чем сильнее он отказывался, тем сильнее настаивал Вертер, явно понимавший, что Мельника, как и его самого, разочаровала эта гостиница. «Но ведь нам надо налаживать отношения», – устало подумал Мельник, прекратил сопротивление и поехал вместе с Вертером к нему домой.