Чтение онлайн

Он окинул взглядом их скудный скарб. Можно ли что-то продать из вещей? В трудные времена Арик уже продал боевого коня Джерала и магический щит. Правда, оставался еще переносной магический круг. За него хорошо заплатят, только Роджер не посмеет продать его. Арик пропивает и проигрывает все деньги. Когда их в конце концов выбросят на улицу, нечем будет защититься от демонов.

Роджер тоже скучал по тем дням, когда Арик работал на герцога. Его любили шлюхи Райнбека и обращались с Роджером как с сыном. Дюжины надушенных женских грудей прижимали его к себе каждый день, мальчику давали конфеты, его учили помогать краситься и прихорашиваться. Тогда он редко видел хозяина — Арик часто оставлял его в борделе, путешествуя по маленьким деревушкам и провозглашая звонким голосом герцогские указы.

Однако герцог не пожалел маленького мальчика, спавшего, свернувшись калачиком в постели, когда однажды вошел пьяный в спальню своей любимой наложницы. Он прогнал Роджера, а вместе с ним и Арика. Роджер понимал, что по его вине они живут теперь в такой бедности. Арик, подобно его родителям, пожертвовал всем ради него.

Но в отличие от родителей Роджер мог дать Арику кое-что взамен.

Роджер бежал со всех ног, надеясь застать толпу зрителей. Даже теперь многие готовы прийти на выступление Арика Сладкоголосого, однако долго они не станут ждать.

За плечами мальчик нес «суму с чудесами» Жонглера. Подобно их одеждам, она сделана из ярких заплаток, которые давно выцвели и вытерлись. Сума полна инструментами, необходимыми для искусного шута. Роджер освоил все из них, за исключением раскрашенных шаров для жонглирования.

Босые мозолистые ноги мальчика ступили на деревянную мостовую. У Роджера есть башмаки и перчатки под стать пестрому шутовскому костюму, только он оставил их дома. Он предпочитал ходить босиком, а не в разбитых шутовских башмаках с шарами на носах. И он ненавидел перчатки.

Арик набил пальцы правой перчатки ватой, дабы заместить отсутствующие пальцы на руке Роджера. Тонкая нить соединяла фальшивые пальцы с настоящими, заставляя их гнуться. Хитрый трюк, тем не менее Роджер испытывал чувство стыда всякий раз, как ему приходилось надевать перчатку на искалеченную руку. Арик настаивал, чтобы он носил ее.

Толпа из двадцати человек, большинство из которых дети, ждала выступления на Малой площади. Люди роптали. Роджер помнил времена, когда весть о представлении Арика Сладкоголосого собирала сотни зрителей из разных концов города и даже из близлежащих деревушек. Жонглер тогда пел в храме Создателя или амфитеатре герцога. Теперь Гильдия в лучшем случае предоставляла ему Малую площадь.

И все-таки лучше немного денег, чем совсем ничего. Пусть он заработает двенадцать клатов — этого хватит еще на одну ночь в комнате господина Кивина. Лишь бы Гильдии Жонглеров не стало известно, что он выступает без хозяина. В противном случае задержка ренты может стать еще самой меньшей из бед.

Издавая восторженные крики, мальчик начал плясать, бросая в толпу разноцветные конфетти.

— Подмастерье Арика! — крикнул кто-то из зрителей. — Значит, и Сладкоголосый в конце концов придет!

Раздались аплодисменты. Роджера так и подмывало рассказать им всю правду, только первое правило Жонглера гласило: никогда нельзя портить настроение зрителям.

У сцены на Малой площади три яруса. Сзади находится деревянная ракушка для усиления звука и предохранения выступающих шутов от непогоды. На дереве вырезаны обереги. Теперь они выцвели и стерлись. Интересно, смогут ли защитить Роджера и его хозяина, если их выставят из квартиры ночью?

Он вбежал наверх по ступеням, прошелся по сцене на руках и протянул зрителям шапку для пожертвований.

Роджер всякий раз разогревал толпу перед выступлением хозяина. Вот и теперь он проделывал привычные трюки — катался кувырком, рассказывал смешные истории, показывал фокусы и пародировал известных представителей власти. Последовали смех и аплодисменты. Толпа понемногу увеличивалась. Тридцать, пятьдесят человек. Однако все слышнее становился ропот. Люди с нетерпением ждали появления Арика Сладкоголосого. Роджер очень волновался и крепко сжимал свой талисман в потайном кармане. Он должен придать ему сил.

По возможности отдаляя неизбежное, он призвал к себе детей, дабы рассказать им историю о Возвращении. Роджер отлично справлялся с пантомимой. Некоторые зрители одобрительно кивали, однако на лицах многих читалось разочарование. Ведь Арик обычно пел во время пересказа этих событий. Разве не ради его песен они пришли сюда?

— Где Сладкоголосый? — раздался чей-то голос из задних рядов.

Соседи заставили его умолкнуть, но слова повисли в воздухе. После того как Роджер кончил рассказывать историю детям, повсюду уже раздавалось неодобрительное ворчание.

— Я пришел сюда, чтобы слышать пение! — кричал все тот же голос. На этот раз другие одобрительно кивали головами.

Роджер не станет угождать толпе. Голос у него не силен и ломается всякий раз, как он хочет вывести высокую ноту. Толпа забросает его камнями, если он начнет петь.

Он повернулся к суме с чудесами, стыдливо отбрасывая в сторону шары для жонглирования. Как он может бросать и ловить их увечной правой рукой?

— Что это за Жонглер, который не умеет жонглировать и петь? — порой кричал на него Арик. Да уж ясно, что никудышный.

Ножи Роджер метал совсем неплохо, вот только трудно будет найти добровольцев, которые стали бы у стены во время его бросков. К тому же тут требуется специальное разрешение Гильдии. Для этого трюка Арик обычно брал в ассистентки полногрудую девушку, которая частенько после представления оказывалась в его постели.

— Не думаю, что он придет, — услышал Роджер голос все того же человека и выругал его про себя.

Многие зрители уже расходились. Некоторые из жалости бросали в шапку клаты. Если только Роджер немедленно не предпримет что-то, у них не хватит денег, чтобы удовлетворить притязания господина Кивина. Он уставился на скрипичный футляр, а потом быстро открыл его. К этому времени на площади осталось всего несколько зевак. Мальчик схватил смычок. Здесь он не нуждался в отсутствующих пальцах.