Завещание

Человек по имени Данни был не совсем рядовым миллионером, а вот умер он вполне обыденно – оступился и упал, размозжив голову о камни в ничуть не рискованной прогулке во французских Альпах.

Свою жизнь Данни сам, сознательно и умело, сделал чрезвычайно яркой, сверкающей, эксцентричной, и пользовался многими её удовольствиями дерзко и весело.

Банковское наследство, полученное к совершеннолетию, он с самого начала доверил верным и знающим людям, давним партнёрам своего отца, а управлять многочисленными семейными предприятиями, заводами и фабриками Данни поручил одному весьма перспективному инженеру, однокашнику по колледжу.

Океанские яхтенные гонки, авиация, горы, джунгли, опасности и сложные авантюры – всё это привлекало Данни гораздо больше, чем пустые безликие деньги, расчёты и документы.

Общество со снисхождением относилось к чудачествам своего богатого любимца, простая публика восторженно принимала газетные новости о его приключениях в далёких странах, молодая жена, слабая здоровьем, часто нервничала, упрекая мужа в невнимании, а Данни только белозубо смеялся, легко отражая нападки многочисленных недоброжелателей и завистников, всегда сильно и страстно обнимая жену и сына, возвращаясь домой после очередного своего путешествия.

Нотариус был из тех, кто по-прежнему, безусловно, оставался верен ему, один из старых друзей отца. Плотный конверт хрустнул, и в сумраке траурной тишины зазвучали прощальные слова Данни.

«Подтверждаю ранее данное мной устное распоряжение о необходимости вскрыть завещание в течение часа после получения первых же достоверных сведений о моей смерти».

Нотариус кашлянул, поправил очки, строго посмотрел на собравшихся в его кабинете людей.

Вдова Данни, красивая непреходящими с возрастом удивительными чертами умной и чувствительной женщины; его четырнадцатилетний сын и несколько дальних родственников слушали нотариуса по-разному внимательно: кто-то – в ожидании скорого окончания процедуры, иные – с жадностью, некоторые – восхищаясь возможной финальной тайной или скандалом.

«…Ни перед кем в целом свете я не имею тяжких обязательств, у меня нет никаких денежных или деловых долгов, а мои посмертные просьбы просты и не потребуют сложных хлопот и приготовлений.

Конец ознакомительного фрагмента.