Завещание
Шрифт:
– Я чувствую себя такой дурой, – кое-как выдавила я.
– «Женщина видит в мире то, что носит у себя на сердце», – сказала Мейрид. Я не спросила, кому принадлежит эта цитата.
Мы сели, и я утерла слезы.
– Я только что обнаружила нечто необычное, Мейрид. Ранее неизвестный исторический источник.
Она подняла брови:
– В самом деле? Расскажи.
– У меня все еще нет полной картины, но для начала, помнишь, письмо, которое я нашла в столе Розы? В котором говорилось, что Томмазо Фальконе был замешан в заговоре с целью убийства французского короля?
Она моргнула.
– Да.
– Оказалось, что это письмо должно было заманить Федерико в западню. Томмазо никогда не хотел убивать короля. Но он знал, что его брат готовил покушение. Томмазо написал письмо, чтобы вынудить Федерико приехать в Геную, где его и задушил.
– И все ради защиты французской монархии? Это прямо необычайное верноподданство.
– По большей части Томмазо гневался потому, что Федерико отравил его возлюбленную. И это еще не все. Помнишь про изумруд Фальконе? Нет? Я должна многое рассказать тебе. В любом случае…
В этот момент дверь приоткрылась, и Шон просунул голову внутрь.
– Шон! – воскликнула я с неподдельной радостью.
– Я тебя искал, – улыбнулся он, войдя в кабинет. – Дай я тебя обниму! – Он пртянул руки, и я снова расплакалась.
– Похоже, кому-то не помешала бы пинта пива. На этот раз за мой счет.
Мы обнялись, а затем втроем направились в «Куэйк», где пили и разговаривали до закрытия, пока нас не выгнали.
После, Мейрид отправилась домой, и мы с Шоном стояли и смотрели ей вслед. В этот час улицы освещались лишь фонарями и скудным лунным светом, но Сент-Стивенс выглядел как никогда живописно. Именно таким я представляла его до приезда сюда.
Шон сделал шаг ко мне:
– Можно пригласить тебя на чашечку чая на следующей неделе? Я сказал «на чашечку чая», но имею в виду ужин. Если у тебя найдется время, конечно. Есть один ресторанчик, куда я всегда хотел сходить, и… Я подумал, может, мы могли бы попробовать. Вместе.
– Конечно. С удовольствием.
– Что, правда? То есть… Ну круто. Отлично.
Шон опять обнял меня, крепче, чем тогда, в кабинете. Мы стояли на холоде, обнявшись, и события последних нескольких дней, недель и месяцев, казалось, таяли в густой ночной тьме.
Я снова ощутила надежду. Надежду на лучшее.
Благодарности
Я хотела бы поблагодарить всех, кто помог этой книге стать реальностью.
Прежде всего спасибо Джойс Кэрол Оутс за веру в меня и мое творчество. Джойс – не только выдающаяся писательница, но и величайший учитель и наставник, о котором можно только мечтать.
Большое спасибо Деборе Ландау и всей программе NYU Creative Writing, моим профессорам Натану Энглендеру, Дэрин Штраус, Зейди Смит, Рику Муди, Энн Энрайт и Чаку Вахтелю, а также всем проницательным писателям, присутствовавших на моих семинарах, которые оставили полезные отзывы о ранних черновиках.
От всего сердца благодарю своего замечательного агента Джоди Кан из Brandt and Hochman. Наставления Джоди имели решающее значение во время работы над книгой, она – лучший на свете агент.
Миллион благодарностей моему блестящему редактору Луизе Смит, которая увидела в этом романе потенциал и помогла мне воплотить его в жизнь.
Я также хотела бы выразить глубочайшую благодарность Отто Пенцлеру. Для меня большая честь, что мою книгу опубликовала настоящая легенда. Большое спасибо также Чарльзу Перри и необыкновенной команде Mysterious Press/Scarlet.
Спасибо моей семье и моим друзьям с разных континентов, которые на протяжении последних семи лет оказывали мне большую поддержку. Без них я не смогла бы написать этот роман. Например, моя мама поддерживала меня и этот проект с самого первого дня. Спасибо, что с детства мне читала истории и научила меня всему, что я знаю.
Спасибо моему замечательному мужу Бьорну, который как никто другой понимает творческих людей и сумасшедший ритм, в котором нам приходится работать. Спасибо за то, сопровождал и поддерживал меня на этом пути.
notes
Примечания
1
Комната чудес, или коллекция диковинок.
2
Шотландское блюдо из бараньих потрохов.