Чтение онлайн

– Для наших задач подходит?

– С некоторыми оговорками…

– С какими? – быстро спросил Лидер.

– Если его личная мотивация будет расходиться с приказом, то он, с высокой степенью вероятности, поступит согласно своим установкам.

– Понял, – сказал Лидер. Он смотрел, как тает в прозрачном сентябрьском воздухе синеватый дымок сигареты. А вдали, за дымом, на берегу пруда стоял Африканец… Обе ликвидации, проведенные Африканцем по заданию Лидера, подтверждали, что психолог полностью прав: Африканец не очень-то считается с приказами, а поступает так, как считает нужным. Это наводило Лидера на очень серьезные мысли. Особенно в связи с операцией «Караван».

Лидер сидел и глядел Таранову в спину. Он думал: доложить Председателю о своих сомнениях или нет? Внезапно Иван резко обернулся и посмотрел Лидеру прямо в глаза. Лидер решил, что с докладом лучше повременить.

Иван стоял на берегу пруда и смотрел на неподвижные листья на темной воде. Внезапно Иван ощутил взгляд… Он всегда ощущал чужой взгляд. Он обернулся и встретился глазами с Лидером… К черту! Ну вас всех к черту! Лучше я пойду сейчас в тир. Постреляю и успокоюсь. Таранов по-хамски выщелкнул окурок в пруд и пошел искать хозяйку.

Тир располагался в подвале и имел в длину всего пятнадцать метров. Но был оборудован системой движения мишеней. Движением управлял компьютер. Одновременно могли появляться до четырех мишеней в виде полноразмерной человеческой фигуры. Движение было хаотичным и совершенно непредсказуемым. Ивану приходилось стрелять на разных полигонах и в тирах. Однажды ему довелось побывать в спецбункере огневой подготовки группы антитеррора ФРГ – Bundergrenzschutz GSG-9. Бункер был колоссальным сооружением с полномасштабными макетами автомобилей, автобусов, железнодорожных вагонов и самолетов. Все это было насыщено массой умной механики и электроники и стоило больше 9 миллионов долларов… Маленький тир резиденции ни в какое сравнение не шел с немецким чудом, но все же производил впечатление.

– Выбирайте оружие, Олег, – сказала Ирина, распахнув дверцы стального шкафа. Таранов увидел на полках целую коллекцию оружия: «ПМ», «ТТ», «Стечкин» с примкнутой колодкой-прикладом, «Беретта М-92-F», незнакомый Ивану «ПП „Бизон“„, «АК“ в нескольких вариантах и даже арбалет. Внизу лежали магазины и коробки с патронами, метательные ножи.

Таранов выбрал «АПС».

– Одобряю, – сказала Ирина. Таранов отстегнул приклад, вставил двадцатизарядный магазин, опустил предохранитель и передернул затвор.

– В компьютере несколько программ, – произнесла хозяйка. – Разной степени сложности. От самой простой, когда вам «противостоит» всего один противник, к тому же неподвижный, до программы шестого уровня. Там четыре противника и очень динамичная ситуация… Что вам поставить?

– Давно не брал я в руки шашек, – ответил Таранов. – Мне бы чего попроще.

– Тогда – первый уровень, – произнесла Ирина. В ее голосе Иван уловил нотку разочарования. – Прошу на рубеж, мастер.

Ирина надела наушники. Другие протянула Ивану. Свет плавно погас, и в луче прожектора у дальней, исклеванной пулями стенки тира проявилась фигура человека с пистолетом и мишенью на груди.

Таранов вскинул «АПС». Обвально загрохотали выстрелы, посыпались гильзы.

– Ого, – сказала Ирина, разглядывая мишень с одной сплошной дырой в центре. – Красиво…Может, поставим сразу пятый?

Иван пожал плечами и стал заполнять магазин «АПС» патронами.

– Так я ставлю пятый уровень? – спросила Ирина снова.

– Я не знаю, что такое пятый, – ответил Иван, – но… ставьте.

В полумраке он не заметил, как Ирина хищно улыбнулась. Она-то отлично знала, что такое пятый уровень. На ее памяти ни один человек не смог осилить «пятерку» с первого раза. А шестой не смог пройти никто даже после длительных тренировок… Ну-ну, посмотрим, что ты за гусь, подумала Ирина. На «пятерке» нужно не только уметь стрелять, но еще и соображать.

– Готовы, Олег? – спросила она.

– Готов, – сказал он и потянулся за наушниками.

– Э-э, нет, «пятерку» работают без наушников, Олег.

Таранов взял пистолет… Свет погас мгновенно, без мягкого перехода через реостат. Несколько секунд ничего не происходило… Потом обрушился грохот и звук сирены. Желтым светом замигала мигалка. Свет резал глаза. Из-за «кулисы» слева выскочил «человек» с пистолетом. Голос за спиной Таранова закричал: Бросай оружие!

Иван выстрелил. Кажется, попал… Из-за правой кулисы выскочил другой человек… Выстрел. «Противник» двигался в полуприседе, и все тело было закрыто полицейским щитом – только голова торчала. Иван вкатил пулю в голову, но не успел «убить» четвертого – тот только на секунду показался из-за кулисы слева, «выстрелил» в Ивана и снова скрылся.

Вспыхнул свет, и голос Ирины произнес:

– Ну вот, Олег, – вы убиты. Прозевали четвертого.

Уши у Ивана заложило от выстрелов. Он скорее понял, нежели услышал слова Ирины.

– Бывает, – кивнул Таранов. – Давайте попробуем еще раз.

– Да ради бога, – улыбнулась Ирина. Если этот чувачок думает, что компьютер механически повторяет спектакль, то он сильно заблуждается. Умная машина каждый раз выдает новый вариант. Да и сюрпризов в запасе у него немало.

– Готов? Поехали.

Снова закрутилась карусель – мелькали «противники», выли сирены, звучали голоса. Маленькое помещение тира озарялось сполохами, «взрывались гранаты»… Он поразил уже шесть «противников». Из-за кулисы выдвинулся седьмой. Иван стремительно вкатил в него две пули – и тут понял, что мишенью оказалась безоружная «женщина с ребенком на груди». Вспыхнул свет, раздался пронзительный женский крик. Ирина сказала полуоглохшему Таранову:

– Поздравляю, Олег. Вы прострелили голову младенцу.

Таранов ничего не ответил. Он молча разрядил пистолет и попросил принадлежности для чистки.

Ирина включила вытяжку, и вентилятор потянул из тира наполненный пороховой кислятиной воздух. Таранов сел чистить пистолет. Ну что, успокоился?

В девятнадцать ноль две в резиденцию приехал Председатель. Прежде чем встретиться с Тарановым, он накоротке побеседовал с Лидером. Потом, по отдельности, – с Ириной и Александром. И крепко задумался…

Таким образом, встреча Африканца с Председателем сдвинулась почти на полчаса против назначенного времени.

В девятнадцать двадцать семь они наконец пожали друг другу руки.