Зеро. 40
Шрифт:
Я не могу вырезать из себя кусок и стать свободной, как в фильмах, что были популярны в мое время, я у них под колпаком, и у меня осталось совсем немного времени…Господи, что я несу…До чего времени? У меня его давно отобрали!
– За мои с дважды двумя дважды по 18, – улыбнулась я сквозь слезы и сделала глоток.
– Сама поняла, что сказала? – рассмеялась Эмма и протянула руки к селедке.
Я сделала еще один большой глоток, так приятно, словно пью нектар и не сравнится с тем, что Совет подает на своих презентациях, ну и дрянь их это синтетическое вино! Дрянь, потому что я знаю его историю… Это как с людьми – Вы видите перед собой красивого мужчину в дорогом костюме и изящными манерами, но знаете, какое он по сути своей дерьмо, потому что Вас связывала с ним в прошлом неприятная история, в которой он повел себя как последний подлец…
Вся жизнь превратилась в полное дерьмо, все не могу отделаться от риторического вопроса “Для кого все эти открытия Совета?” … Никакого рок-н-ролла, секса и драйва, только работа и любовь по расписанию.
Да, сексом теперь не позанимаешься по вдохновению, для этого есть специально отведенное время и место. Все в обязательном порядке теперь посещают процедуры энергетического контроля и учатся на них контролировать свою сексуальную энергию… Интересно, что травка тут не помогает, вообще ничего не помогает! Совет пытался использовать разные препараты для тестирований, но у него не вышло влиять на врожденные инстинкты, эти гены они никак не могут раскодировать. Фрейд бы истерично хохотал, глядя на их жалкие потуги.
Недавно один ребенок на вопрос “Кто такой Фрейд?” ответил – “бесплатно”1 и его родителей сразу отвезли в один из корпусов Совета. А того, кто спросил, отвезли вместе с ними. Вот такие вот шутки лингвистики и судьбы…
Иностранные языки не изучают, все говорят только на одном, который используется Советом. Если ты жил в России – на русском, в Англии – на английском… Есть одно понятие – Новая Цивилизация. И время нельзя тратить на пустые разговоры и шутки.
В Новой Цивилизации нет стран, есть Секторы, они не общаются между собой, только на утвержденных датах с установленной периодичностью, где рассказывают о достижениях науки, нет смысла кому-то развиваться лучше и быстрее…
Атмосфера в таком состоянии, что поддерживать ее необходимо со всех ключевых точек, и занимаются этим отдельные Секторы, экологии как таковой больше нет, так что, если кто-то захочет внедрить передовые методы только у себя, просто потратит время и ресурсы впустую, люди – самый ценный ресурс. Есть роботы, безусловно, искусственный интеллект совершит массу невероятных открытий, но, видимо, Совет ему не сильно доверяет, иначе, как это объяснить?
Пока люди живы, они должны развиваться, нельзя допустить, что искусственный интеллект начнет всеми управлять, люди – вместе как никогда за всю историю развития Земли, понятие “война” современным детям тоже не знакомо, в ней просто нет смысла…
– Как ты, Эр? – Эмма нежно гладит меня по щеке своей мягкой теплой ладошкой, ну и вонь от ее пальцев от этой копченой селедки!
– Я хорошо. – я вру, нагло вру, глядя ей в глаза, но выпитое вино так приятно кружит голову, что я сделаю еще несколько глотков…С ним спокойнее, с ним не так страшно.
– Ладно, собирайся, не будем терять время.
– Куда?
Эмма скинула плащ, и я ахнула – я помню это красное платье… В тот самый день она была в нем. В тот самый последний день нормальной жизни…
Мы отмечали так называемый “экватор”, ровно половину своего обучения в университете в ресторане. Все были в красивых платьях и с прическами…Но Эмма выделялась из всех, роскошная блондинка с потрясающими глазами, в них всегда было столько смеха, что хотелось подойти и обнять, забрать себе часть ее энергетики. Платье так подчеркивало грудь и бедра, что даже девушки восхищенно за ней следили, а туфли, расшитые стразами и сшитые на заказ, наверное, свели с ума половину присутствующих.
– Мои туфли самые красивые в этом ресторане! – шутила Эмма и игриво двигала ножкой, натягивая тугую икру, краем глаза подмечая завистливые взгляды девушек и восхищенные взгляды мужчин. А я просто радовалась за нее и радовалась, что она моя подруга, на мне в тот вечер были самые обычные туфли и самое обычное платье, я никогда особо не выделялась ни умом, ни внешностью. Даже не знаю, за что Эмма так сильно меня любит.
Мы стояли у окна и смеялись, Эмма рассказывала смешные истории, еще рядом стоял наш преподаватель Психологии Роман Сергеевич и увлеченно на нее смотрел, так увлеченно, что от него самого было невозможно оторвать глаз.
Он временами кивал и улыбался, но было видно, что совсем не вникал в то, что она говорила…Просто смотрел и не стеснялся этого.
– Роман Сергеевич, так нельзя! – к нам подошел Костя и собирался сказать что-то остроумное, как послышались крики с улицы. Я помню тот момент… Все стало таким серым, словно сферу над нашей землей проткнули острой иглой и в образованную дырку стал стекаться весь смрад из космоса.
По новостям часто обсуждали состояние экологии последние годы, всех обязали ходить с аспираторами, автомобилями пользоваться запретили… За курение была положена смертная казнь, потому что никто и ничто не должен был отправлять в атмосферу в рамках новых установленных законов.
Все чувствовали и знали, что надвигается что-то безысходное, но никто не мог себе и представить как именно это начнется, никто не мог знать, что это будет так внезапно и так страшно…
Эмма нацепила аспиратор и бросилась помогать остальным в зале, а я просто стояла у окна и смотрела…Среди серой пыли люди кричали и падали… Словно сила Земного притяжения ослабла и уже не позволяла держаться уверенно, я почувствовала себя плохо, у меня закружилась голова и я была готова потерять сознание, как сердце остро закололо, я увидела, как на улицах появляются большие белые автобусы и люди в белых костюмах.
Их лица были закрыты защитными шлемами и к каждому прикреплен баллон с трубкой, они словно кого-то искали в беспорядочной толпе… Одних хватали и надевали им на головы такие же шлемы, сажали в автобусы, других осматривали и оставляли лежать на дороге, как будто бы они им в чем-то не подходили…
Так дети собирают камушки и стеклышки на морском берегу – красивые и гладкие берут, а остальные оставляют без внимания. Ущербные уродливые камушки детям не нужны…
Я обернулась, чтобы позвать Эмму, как вздрогнула и едва не закричала, один из таких людей стоял прямо передо мной. Он протянул мне шлем. Я машинально схватила его, как послышался голос Романа Сергеевича – “И мне, дайте мне…”