Жатва
Шрифт:
Предварительное уничтожение внешнего охранения казалось самым лучшим вариантом, но сопровождавшая всадников шавка исключала такую возможность – сейчас я мог лишь проскользнуть мимо патруля, как можно скорее забраться по стене и спрятаться внутри крепости. В принципе, такой расклад смотрелся вполне приемлемым.
Какое-то время я просчитывал варианты своего гипотетического бегства, искренне жалея о том, что не догадался запастись длинной веревкой – с ее помощью спуск должен был стать быстрым и легким. Потом тема себя исчерпала и началось уже привычное ожидание. Вокруг шелестел дождь, неподалеку раз за разом появлялись и исчезали часовые, в отдалении рокотала проходящая стороной гроза, чертов плащ мало-помалу пускал мне за шиворот все больше воды, по телу расползался неприятный холодок…
В районе полуночи вместо курсировавшие вокруг форта всадников появились новые, однако растерявшая большую часть своей резвости собака осталась на дежурстве, продолжая болтаться под ногами у лошадей и вызывая в моей душе самые негативные эмоции. Еще через час на стенах также произошла смена караула – я отметил несколько дополнительных факелов, после чего рассмотрел спешивших куда-то солдат. Затем все опять вошло в привычную колею.
А спустя еще час настало то самое время, которое изначально казалось мне наиболее удобным для штурма.
– Ладно, с богом…
Пропустив конный патруль и убедившись что он отошел на безопасное расстояние, я сбросил плащ, метнулся к стене, вытащил из кармана первый гвоздь, после чего начал судорожно искать подходящую трещину. Секунды нескончаемым потоком уносились вдаль, пальцы безуспешно ощупывали кирпичную кладку, вола заливала глаза… но первое отверстие в казавшейся монолитной преграде все-таки обнаружилось и мое восхождение началось.
К сожалению, чуда не произошло – всадники вернулись когда мне удалось подняться всего на три или четыре метра. Услышав характерное чавканье копыт по грязи и заметив отблески света от едва живого факела, я мысленно проклял свою тягу к авантюрным выходкам, вжался в стену, после чего активировал защитную ауру. Мир тут же подернулся мутной пеленой, силы начали таять, но слабость сейчас была меньшим из зол – животные вполне могли учуять меня даже сквозь дождь, а поднятая ими тревога однозначно вела к драке. В этом случае мне пришлось бы прыгать со стены на одного из солдат, устраивать свалку, затем бежать…
Идущий впереди конь недовольно фыркнул и мотнул головой. У меня в груди все оборвалось, но всадник не обратил на поведение своего четвероногого друга никакого внимания – лишь похлопал его по шее, продолжая разговаривать с соседом о чем-то очень важном. Собака мои следы проигнорировала, другие лошади также остались безучастными и кавалькада направилась по своему обычному маршруту, оставив меня в полном одиночестве. Я тихо выдохнул, убрал немилосердно сжигавшую силы ауру, после чего начал искать место для очередного гвоздя.
Следующий визит патруля застал меня у самого гребня стены, но прошел более спокойно – бродившим вокруг форта всадникам явно было плевать на любых возможных диверсантов, сверху доносился только плеск дождя, поэтому я даже не стал активировать маскировку. Враги снова растворились в темноте, восхождение продолжилось и спустя две или три минуты мои пальцы дотянулись до края парапета.
История повторялась – ливень загнал уверовавших в собственную безопасность и чересчур разнежившихся часовых под защиту опорных башен, встречать меня было некому, так что подняться на стену удалось без особого труда. Затем начались сложности – висевшие рядом со входом в бастион факелы продолжали гореть, их света вполне хватало для того чтобы пробить мою слабенькую ауру, на соседнем посту вполне мог найтись какой-нибудь не в меру глазастый солдат и каждая секунда промедления могла оказаться фатальной. Помня об этом, я не стал тратить ни одного лишнего мгновения, а тут же метнулся к дверям и вихрем ворвался в темную комнату, чуть не сбив с ног двух облаченных в кожаную броню воинов.
Ситуация многократно просчитывалась мною во время подготовки к штурму, так что все закончилось почти сразу же – трофейный нож вонзился в незащищенное бедро одного из солдат, моя рука накрыла рот второго, вырвавшаяся на свободу оранжевая дымка осветила вытаращенные от удивления глаз жертвы, а затем сквозь меня пронеслась какая-то невнятная эмоция и лишенное души тело свалилось на пол. Рядом безмолвной тушей упал второй часовой.
Радоваться победе было некогда. Я выдернул застрявший нож, оглянулся на соседнюю башню, после чего нырнул вглубь пропахшего древесной пылью и мышиным дерьмом бастиона. Нашел лестницу, выскочил по ней на крышу, рассмотрел одинокую фигуру кутающегося в плащ часового, выпустил на свободу божественную силу…
Учитывая то, с какой ошеломительной скоростью начали уходить к Лакарсис души моих противников, сжигать их добытым в Рахалле артефактом было чертовски обидно. Тем не менее, уже через минуту мне снова пришлось это сделать – тишина являлись главной составляющей будущего успеха, а загадочный трофей делал свою работу максимально чисто и эффективно, обеспечивая нужный результат во время схватки с несколькими врагами.
– Так, – пробормотал я, когда дежурившие по другую сторону бастиона воины один за другим лишились жизни. – Так…
Наблюдения и расчеты оказались верными – каждая из башенок служила укрытием для пяти солдат, которые делились на три отдельные группы. Такое расположение добавляло мне проблем и вынуждало действовать с абсолютной точностью, но план это учитывал – первый пост был зачищен прямо-таки идеально. Оставалось еще девять.
Переход по открытому участку стены вынудил меня понервничать, однако в дело снова вмешалась банальная человеческая расхлябанность – заметившие мое приближение бойцы не смогли вовремя распознать в прикрывающемся от потоков воды человеке опасного врага и дали мне возможность сократить дистанцию до минимума. Оказавшись совсем рядом с ними, я прыгнул вперед, нанес два точных удара, затем перебежал на другую сторону бастиона, увидел спины ничего не подозревающих дозорных…
После зачистки второго узлового пункта мне пришлось сделать маленькую паузу – бурливший в крови адреналин мешал нормально двигаться, распространяя по телу волны крупной дрожи. Одновременно с этим я осознал, что уничтожение защищавших форт солдат можно рассматривать даже в качестве конечной цели – слишком уж много их скопилась на стенах. С другой стороны, после уничтожения всех часовых прогулка внутрь крепости должна была стать легкой и беззаботной. Переварив эти мысли и кое-как вернув себе концентрацию, я выглянул из двери, несколько раз глубоко вздохнул, а затем уверенно двинулся вперед.
Думаю, если бы не вовремя усилившийся дождь, то моя вылазка оборвалась бы на третьей или четвертой башне, однако разыгравшееся ненастье по-прежнему заставляло часовых сидеть под крышей, а те из них, которые были вынуждены дежурить на открытом воздухе, занимались чем угодно, но только не своими прямыми обязанностями. В результате я раз за разом исполнял один и тот же трюк, сближаясь с очередными караульными под видом озабоченного неотложными делами товарища, а затем прорываясь внутрь бастиона и уничтожая на своем пути все живое.