Железный аргумент

Две свечи на поцарапанном столе коптили, отбрасывая тревожные тени на карты, разложенные между кубками с недопитым вином. Граф Дагар сидел, откинувшись в кресле, пальцы нервно барабанили по навершию кинжала. Напротив, опираясь на спинку стула, с бледным от потери крови лицом, стоял Ярослав Больше в комнате офицерского домика на территории приграничной крепости, который Дагар занял под временную резиденцию, никого не было.

— Итак, подведем итоги, — начал Дагар, отхлебнув вина. — Карс мертв. Его армия — тоже. Но, похоже, что это не конец.

Ярослав кивнул, скрестив руки на груди.

— Надо проверить, что осталось от «Жезла жизни». Да, он был уничтожен на моих глазах, но его обломки могли сохраниться. И если жрецы Карса успели вынести хоть что-то из дворца…

— Ты думаешь, они попытаются восстановить его? — спросил Дагар, прищурившись.

— Я уверен! Они фанатики! — уверенно сказал Ярослав. — Нам обязательно нужно обыскать королевский дворец! У Сторми были свитки из архива Храма Карса и лабораторный журнал Тарха — их тоже неплохо было бы найти. И сжечь!

Дагар откинулся назад, задумчиво потирая подбородок.

— Хорошо. Корпус пограничников двинется на Рипус. Ты и Тукеро возьмёте отряд ветеранов и прочешете дворец. А еще нам нужны тела Хьюэра и его офицеров — чтобы удостовериться, что никто из них не выжил. И… Сторми.

Ярослав слегка сжал челюсти, но кивнул.

Город встретил их гробовой тишиной. Улицы были завалены трупами — одержимые не щадили никого. Дворец стоял мрачный, с выбитыми дверями и окнами.

Тукеро, хмуро озираясь, пнул ногой опрокинутый стул и решительно двинулся в тронный зал.

— Похоже, что Карс вообще не парился с уборкой! — тихонько проговорил Ярослав, снова увидев трупы офицеров-мятежников. — Где кто погиб, тот там и лежит!

— Так и есть! — кивнул Тукеро, стоя над телом Железного Паука. — Прости, старый друг, в тот раз я не мог отдать тебе почести, но я исправлюсь! Ты получишь достойные похороны!

С этими словами Потрошитель нагнулся и закрыл глаза Паука

— Они все получат достойные похороны! — сказал Ярослав, мысленно пересчитывая погибших офицеров. — Обещаю! Здесь все?

— Нет, конечно! — встряхнув головой, словно отгоняя от себя какое-то видение, ответил Тукеро. — Здесь всего двенадцать человек. А в армии барона было сорок два офицера. Те, кого здесь нет, в момент воскрешения Карса находились со своими подразделениями.

— Значит, есть надежда, что кто-нибудь из них выжил и прорвался из города, как мы.

— Посмотрим… — мрачно ответил Тукеро. — Еще было бы неплохо старину Берга проведать — может до Дарна призыв Карса не дошел.

Ярослав молча кивнул и двинулся вперед, к выходу из тронного зала. Потрошитель после небольшой заминки последовал за ним. Они шли по коридорам, тем путем, по которому в ту страшную ночь Краснов пробивался на выручку приятелям. Тукеро, увидев количество убитых одержимых, только удивленно присвистывал и с уважением поглядывал на товарища.

Наконец они пришли в бальный зал. Быстро оглядев помещение, Ярослав похолодел — обломков «Жезла жизни» здесь не было. Вместо обломков на полу остались глубокие трещины и огромное выгоревшее пятно, будто от удара молнии.

— Твою мать! — сказал Ярослав и грязно выругался. — Пойдем, поищем Сторми!

Тело девушки так и лежало на столе в соседней комнате. Ярослав поправил растрепанные волосы мертвой любовницы и повернулся к стоящему в дверях Потрошителю.

— Тукеро, а где она могла держать архив?

— Она возила три десятка больших сундуков, целый обоз, под собственной охраной. Куда их разгрузили после захвата Рипуса, я точно не знаю, но давай, для начала, посмотрим в комнатах рядом с ее спальней! — предложил приятель.

Спальню для себя Сторми выбрала в «женской» части дворца. Где до вторжения проживали жена и дочери короля. Приятели быстро обошли все комнаты, но искомого не обнаружили.

— Надо пригнать сюда сотню наемников и тщательно всё обыскать! — предложил Тукеро.

— Тридцать сундуков — не иголка, их в шкаф не спрячешь! — сказал Ярослав. — Однако, зная таланты Сторми к «игре в прятки», могу предположить, что архив где-то рядом. Давай еще раз осмотрим спальню!

Ярослав оказался прав — за гобеленом обнаружилась потайная дверь, ведущая в небольшую комнату без окон. При свете почти погасших магических шаров, они увидели полки с разложенными в идеальном порядке сотнями свитков. Видимо, Сторми собиралась прожить в королевском дворце Рипуса довольно много времени, поэтому озаботилась распаковкой архива.

Ярослав взял с полки и развернул один из свитков. Он был испещрен непонятными символами.

— И чего я пытаюсь здесь увидеть? Я даже на общеимперском языке читать не умею, что уж говорить об этом древнем? — усмехнулся Краснов, убирая свиток на прежнее место. — Надо вынести это барахло наружу и сжечь! А потом тщательно развеять пепел.

Тукеро согласно кивнул.

— Сами всё сделаем, вдвоем. — Предложил Потрошитель. — Не стоит подвергать соблазну наших солдат. Вдруг кто-нибудь решит, что это имеет ценность и прихватит парочку.

— Отличная идея, дружище! Давай установим охрану периметра и приступим!

— Графу докладывать не будем? — уточнил Тукеро.

— По факту выполненных работ доложим! — решительно сказал Ярослав.

Дагар не стал занимать королевский дворец, выбрав для своей временной резиденции особняк премьер-министра, почти не поврежденный в ночь резни. Краснов застал его на балконе, обозревающем главную площадь — дом стоял в центре города.

— Рипус мертв! — констатировал граф. — Мои солдаты обошли все улицы. Там почти не осталось живых. Одни трупы. А что у тебя?

Ярослав доложил.

— Значит, жрецы Карса уцелели, — вздохнул Дагар. — Хорошо, что им не достался архив. Ладно, далеко они не уйдут, поймаем! Тут другой вопрос — что делать с городом? Оставить всё, как есть, и вернуться в Империю?

Ярослав медленно покачал головой.

— Оставить Рипус независимым — значит, позволить кому-то другому заполнить вакуум власти. А если провозгласить его частью Империи — это вызовет ропот среди соседей!