Чтение онлайн

То самое чувство, когда ты думаешь, что точно умер, и в то же время искренне надеешься, что уж после смерти так больно не будет.

Мне снова, как и когда мне Звояр надел свой браслет, показалось, будто меня разрывают пополам. Я даже решила, что это повторится. Но нет. Я всего лишь снова ожила, вместо того чтобы умереть. И почувствовала сразу так много всего: как шелестит трава, продолжает идти дождь, как недовольно топчется под деревом виверна, как словно рядом ещё одна мертвая девушка вздохнула и открыла глаза. Но все эти ощущения тут же лопнули как пузырь. И я снова была одна на том же самом месте.

Ничего не изменилось, кроме боли во всем теле и… и силы. Во мне снова струилась сила. Я не знала пока какая, вряд ли ко мне просто вернулась сила старушки-медиума, да? Но сила была со мной, совершенно точно.

И я снова видела больше. Я видела, что Клема от дождевой воды давно пришел в себя, но притворяется мертвым, вредный лягушонок. Я видела душечку Инея, хоть он и стоял очень далеко. А значит, какой бы ни была эта сила, она подпитывала мой дар медиума.

Жаль, что я не могу вот так просто разобраться, какой вектор магии мне достался. Я почти не могла шевелить руками, но неплохо было бы сделаться ядовитой или убивать взглядом!

Несмотря на то, что дождь ещё не закончился, хоть и сильно ослабел после молнии, Иней выбрался из укрытия и медленно двинулся ко мне. Я подумала, что будь он тут во время молнии, она бы точно ударила в его металлическую голову и изжарило бы то, что осталось от его мозгов. Я даже надеялась, что сумею вызвать хотя бы крошечную молнию взглядом или желанием. Что же, могу сказать, что даже моего страстного желания не хватило на ещё одну молнию.

И взглядом я не убивала — вот этого особенно было жаль.

Я попыталась освободить руки, ведь влага могла ослабить узлы. На деле же от воды веревки, наоборот, разбухли, так что шансов у меня не было никаких.

Какой-то невезучий день! Так удачно избежать смерти в городе, кишащем вампирами, чтобы окончить свою жизнь совсем недалеко от столицы!

— Мне кажется, мы не всё уточнили, — произнесла я, пытаясь сделать так, чтобы голос не дрожал. — Например, где все остальные участники… э-э-э… сопротивления. Почему ты тут один?

У душечки Инея было такое лицо, что я поняла: надеяться мне особо не на что.

— Живая! — обрадовался Иней и подошел ближе. Он встал у края камня между моих ног и придирчиво принялся разглядывать. По крайней мере, его душечка делал именно это, и я полагала, что за волчьей мордой сам Иней делал то же самое. — Не обуглилась, нигде не повредилась… вот же ведьма!

Я подумала, что сейчас не отказалась бы от обычной настоящей ведьмы. Пусть дикая ведьма вряд ли остановится на одном нюхаче и наверняка загрызет и меня тоже, но это менее обидно, чем то, что мы пришли к тому, с чего начинали, только теперь я была ещё вымокшая и замерзшая. Так и простужусь перед смертью, а этому уроду и дела нет!

Иней и впрямь не собирался больше откладывать свою месть. Возбужденно похрюкивая в свою металлическую морду, он начал расстегивать штаны. Я уставилась в небо, надеясь на ещё одну тучку, которая бы ударила молнией. Ещё разочек, больше не попрошу!

Но нет!

Зафыркала виверна. Похоже, ей тоже не нравилось происходящее, однако Иней даже не повернул головы в сторону бедной зверюшки. Я снова уставилась на него, надеясь, что если не убью взглядом, то хоть отобью все желание.

Увы, и на это мой взгляд не годился. И тогда я зажмурилась и стиснула зубы, пообещав себе, что никакой мольбы Иней от меня не дождется. Меня убивали, в меня только что ударила молния! Уж это я как-нибудь переживу. Прежде чем умереть.

Я не вздрогнула, когда пальцы Инея коснулись моей ноги.

Но последовавший за этим звук заставил меня дернуться и широко распахнуть глаза. Этот звук я не спутаю ни с чем — звук удара моей же лопатой по тупой металлической волчьей башке!

'Пытки — это только первый этап.

Новички считают, что после пыток

возможны только более серьёзные пытки. Или смерть.

Но после пыток есть осознание, что сейчас их нет.

И человек узнает о том, что для него ценно,

больше, чем когда-либо ещё'.

Ифигения Астаросская.

«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки».

Мне казалось, что время замедлилось. В школе нам как-то рассказывали, как видят мухи и мелкие феечки. Ну феечки точно, у них это можно узнать напрямую, если поймать и приложить усилия для повышения разговорчивости. В общем, они видели всё так медленно, словно окружающие движутся в густом сиропе.

Вот так я видела, как проклятый волчара со спущенными штанами медленно заваливается набок и падает. И теперь я видела того, кто спас меня. Высокий и красивый с развевающимися волосами… Ладно, это от страха. Не особо высокий и в меру симпатичный парень с моей лопатой в руках.

Я решила, что если он мне не скажет, откуда он взял мою лопату, то и бесы с этой лопатой.

Вообще, чем больше я смотрела на этого совершенно незнакомого мне парня, на плече которого я не видела душечки, тем сильнее я была уверена, что знаю, кто это. А когда он стащил с плеч короткий плащ и набросил на меня прежде, чем начать освобождать руки и ноги, я окончательно поняла, кто передо мной.

И от этого мне впервые, наверное, было нечего сказать. Потому что пусть на этом парне и не было короны, а портретов короля я не видела ни разу, я знала, что не ошиблась.

Король — а это точно был он! — перешагнул через тело отключившегося Инея и принялся методично разрезать верёвки на моих щиколотках и запястьях. Освободив очередную конечность, он откладывал кинжал и быстро растирал занемевшие мышцы, а потом брался за следующую. После помог мне сесть и завернуться в его накидку.

И вот только после этого он рявкнул, обращаясь к лесу:

— Быстро все сюда!

Я покрепче завернулась в кажущийся теперь чрезмерно коротким плащ. Потому что «все» — это прямо все! Здесь были Софи с Викуэлем, был Даррен и Росса, Остий без Барбары, зато с теми старушками, имён которых я так и не удосужилась запомнить. Был целый отряд нюхачей, часть которых тотчас занялись Инеем, а часть бросилась к убежищу. Лично я надеюсь, что там хранится хоть что-то про эту дрянную организацию и поможет всех вычислить. Потому что организация, у которой нет нормальной цели, кроме как свергать любого, кто придёт к власти, до добра не доведёт.