Женить принца
Шрифт:
Королева отрицательно покачала головой, когда кто-то из слуг зашел, поклонился и спросил – не угодно ли зажечь свет.
Нет. Она не желала.
Ушел гнев. Надо же, она целый день злилась на принца. Целый день готовилась высказать все, что она думает о его нелепой, мальчишеской выходке.
А потом узнала, что сын сражался с четырьмя наемниками. Ее …ребенок сражался с наемниками. Рисковал жизнью, потому что уже вошел в возраст, когда вместе с отцом встает на защиту королевства. Она так боялась этого дня, так готовилась к нему, искала мужество в сердце, и вот он наступил, этот день, а она… Она не готова.
Какое счастье, что Патрик со Скалигерри отработали приемы атакующей магии! Какое счастье, что ее мальчик не пострадал! Она передала сыну магический потенциал. И это все, что она могла сделать. Так…мало!
До боли в висках захотелось услышать стремительные шаги своего сына. Обнять его. Покормить. Смотреть, как он ест. И – может быть, погладить по голове, как маленького. Маленького мальчика, который вырос. Вырос сегодня.
– Ваше высочество! Ее величество ожидают в мраморной зале, - услышала королева голос слуги.
– Ай! Нет!
– Эгееей!
– Воды!
– Гаси его!
Бумажный фонарик вспыхнул от свечки в руках одного из пажей. Вспыхнул и тут же погас. Королева Мария вздрогнула и, будто очнувшись от собственных мыслей, пошла встречать наследника.
Патрик осторожно вошел в темный зал. Приказал зажечь свет.
– Матушка! Вы плакали?
– Ничего, все в порядке.
– Простите меня, - он склонился и поцеловал ей руку. – Просто такой день. Я безнадежно опоздал на ваше мероприятие. Не гневайтесь…
– Мальчик мой… Да к зельеварам это мероприятие! Все в порядке?
Сын сам обнял ее, бормоча извинения за то, что он пыльный и потный.
– Глупости какие! – гладила она его по голове. – Ты голодный?
– Очень!
– Ваше величество! Разрешите доложить! А? Да! Ваше приказание выполнено!
– Какое приказание? – изумился король.
Последний час его величество провел как на иголках - ждать было просто невыносимо! И это несмотря на то, что короля держали в курсе происходящего – каждый час в его покои влетали с докладами пажи, читая вестников. Королевский сад был синим от глохов, птицы стаями кружили над белым мрамором дворца. И пусть король знал обо всем, что происходит практически по минутам, все равно! Оставаться в постели, когда в столице войсковая операция и там твой сын… Охохохохо…
– Любое приказание! – отрапортовал личный секретарь. – Выполнено! Но Хелен я казнить отказываюсь! Я ей побег лучше организую!
– Что? – вытаращился на Скалигерри король Альберт. Подменили его секретаря, что ли? Или… Не может быть… - Скалигерри! Да вы пьяны?!
– Да! Пьян, ваше вели…ик-чество! Но! Полезно! Дааа… Лекарь! Королевский лекарь сказал – для здоровья это… полезно! Как там. Да?! Укрепляет сосуды, в том числе головного мозга. Моз-га! А мозг это оооо… Это.. Это же мозг!
– Ну, вам, похоже, укреплять его уже хватит…
– Лекарь сказал – можно. Да!
И герцог достал из ботфорта весьма объемную плоскую фляжку и картинно побулькал ей перед носом ошарашенного короля. Из другого ботфорта была извлечена небольшая ложечка с тонкой длинной ручкой. Все это секретарь протянул повелителю, покачнувшись и едва не рухнув на кровать.
– Скалигерри… Да что с вами?!
– Ваше приказание выполнено!
– Да понял я, понял.
Король взял фляжку, взвесил на руке. Не густо. С сомнением посмотрел на ложечку из сапога. Перевел взгляд на личного секретаря. Понял, что еще немного – и тот упадет.
– Сядьте уже в кресло! – приказал он.
– Слушаюсь! – браво ответил герцог. Сел и… затих.
Король открутил крышечку, взял ложечку. Внимательно посмотрел на королевского секретаря. Понял, что тот сидит с закрытыми глазами, и плеснул коньяк в кубок, незаметно вылив какой-то травяной отвар с вазу с цветами. Как хорошо, что королева Мария заботится о том, чтобы во дворце было уютно! Цветы в вазах… Цены нет его любимой жене. Да здравствует королева! А то ложечка, ложечка… Его величество сделал глоток. Потом еще один. Ну вот. Теперь можно, наконец, выслушать, что там стряслось у его личного секретаря!
– Реньер?! Что с вами?
– Я не знаю, что мне делать…
– Вы? – изумился король.
– Я, - горестно откликнулся секретарь. – Сам удивлен, но… Я могу потерять ее… Если она потеряет сестру. А если сестра потеряется… Что мне делать?
– Довериться мне.
– Это тайна не моя. И я поклялся…
– То есть в этой истории замешана женщина? О! Как интересно! – и король, пользуясь тем, что Скалигерри закрыл ладонями лицо, плеснул себе еще.
– Две женщины… - и секретарь протянул руку за фляжкой. Король так удивился, что отдал.
В молчании они допили коньяк.
Глава двадцать пятая
– Мария! Мне больно говорить вам «нет». Но… Вы же знаете, дорогая, я болен… Язва – не шутки. Строгий постельный режим. К сожалению… К сожалению… Вот и Гаральд, придворный лекарь… Категорически не советует, любовь моя. Категорически…
Лекарь, услышав последние слова его величества, низко поклонился королеве Марии и опустил глаза.
– О! Любимая… Прости. Ах, как бы мне хотелось…
– Должна ли я понимать, что слушать оперу вы не пойдете? – голос королевы звучал спокойно.
– Увы… - его величеству хватило совести сделать вид, что он крайне огорчен.
Королева Мария поднялась, нежно поцеловала мужа и, пожелав скорейшего выздоровления, удалилась.
Она шла и улыбалась. Муж – справедливый, а потому нередко жестокий, но бывает, что и излишне милосердный правитель. Сын – наследник трона, преемник. Недавно Патрик рисковал жизнью ради безопасности подданных. И при этом… Какие же они в сущности дети! Альберт делает вид, что язва не дает ему покоя. Как мило. Во-первых, когда речь заходит о диете у него ничего не болит, а во-вторых…