Чтение онлайн

Лиллиан сделала зелье сама. Вот пусть Хелен это зелье всем и продемонстрирует! А то слишком высоко вознеслась. Отец приказал – а надо было слышать, каким тоном он это сделал! – Хелен Адорно не трогать. Ну уж, нет! Она не сдастся. Не бывать этому.

Однако сделать зелье оказалось намного проще, чем его подменить. Лиллиан Тиберин решила, как всегда, действовать через слуг. Дать денег, чтоб молчали – и все.

Ничего не вышло. Слуги во дворце были неподкупны, более того, на них вдруг перестало действовать зелье подчинения. Хелен подозревала, что без Адорно тут не обошлось. Как-то же эта мерзкая колдунья носит бриллиант своей матери! Как?! Что она сделала? Наверняка изобрела противоядие и накормила им всех слуг. Гадина! Зараза! Еще не известно выживут ли эти несчастные после подобных экспериментов… Вот и посмотрим!

Позже Лиллиан узнала, что зелья вкладывать в ларец девушки будут в торжественной обстановке, на глазах всего королевского двора. Она уже собралась отказаться от этой своей затеи, как пришлось столкнуться с новым унижением. Хелен Адорно позволили вложить зелье в ларец первой. ПЕРВОЙ!

Видите ли эта оборванка торопилась на конюшни, к распорядителям - помочь улучшить систему безопасности. Что за чушь?! Кому нужна эта выскочка?! Тем более на королевских скачках?!

Лиллиан подошла к столику, на котором стоял ларец и вздохнула. Ничего не получится. Наверное, придется смириться. А может, попробовать чуть позже? В конце концов, еще вся ночь впереди. Главное, зелье – вот оно, спрятано в рукаве платья.

Иллюзия изображала медведя, змею и орла на троне. Это оскорбление. Это - скандал!

Медведь у ног короля, сидящего на троне – герб рода Тиберинов. Сила трона. Герб Скалигерри изображал змею, свернувшуюся вокруг скипетра – мудрость трона. Символ Адорно – орел. Птица изображалась сидящей на спинке трона, у левого плеча правителя. Зоркость. Зоркость и преданность. Адорно всегда первые предупреждали об опасности. Тиберины – вставали на защиту, Скалигерри разрабатывали стратегию. Три рода на страже королевской семьи и королевства.

Король никогда не простит тому, кто сотворил такое! Прямой намек на то, что три приближенных к его величеству рода – Скалигерри, Тиберины и Адорно – на самом деле правят королевством. Иллюзия простенькая, но четкая. Даже ей самой такое по силам. Как жаль, что не получится подставить эту Адорно, и она все равно…

Неожиданно раздался шум. Все резко обернулись ко входу в парадную залу, и тут же низко поклонились. В дверях стоял король.

– Ваше величество? – встревожилась королева.

– Со мной все в порядке, дорогая! Просто решил присоединиться.

Снова низкие поклоны от всех, включая слугу, который стоял возле столика. Открытый ларец. И Лиллиан поняла – сейчас, или никогда!

Не перепутать пузырьки, не запутаться в рукавах. Секунда. Другая. Все смотрят только на короля Альберта… Получилось!

Графиня Лиллиан Тиберин склоняется в глубоком реверансе так легко, изящно и грациозно, что король одобрительно улыбается. Королева Мария кивает, радуясь, что уроки по этикету не прошли для девушек даром.

Что ж… Посмотрим теперь как ты выкрутишься, Адорно!

– Рад вас видеть, Олеф, - улыбнулся его величество. – Вы совсем забились в ваши Радужные горы! Перестали баловать нас своими визитами, посылать сыр и сливки к завтраку.

– Ваше величество, - поклонился Айк. – Все поставки продуктов во дворец – лишь по согласованию с ее величеством.

– Ну, кофе мне запретили в первую очередь. Сразу после жареного, поэтому…

– Сыр доставили. Он уже на кухне, - Айк набил трубку синим порошком. – Вы позволите, ваше величество?

– Конечно, Айк. Курите. Итак, подведем итоги вашего визита, господа… Одну минуту…

Король взял письмо, что лежало на серебряном подносе, задумчиво повертел конверт в руках. Открыл перстень, бросил щепотку какого-то порошка в крошечный котелок, бурлящий на столе. В то же мгновение в покои его величества явился секретарь.

– Ваше величество?

– Проходите, Скалигерри. У нас тут… Важное дело.

– Измена? – удивился герцог.

– Боюсь, что так… Вот, - и король протянул секретарю конверт. – Проверьте. Кто где и когда это написал, кто где и когда вскрывал. Не обижайтесь, Олеф. Все это лишь необходимая формальность. Стандартная процедура. Конечно, я верю вам на слово. Впрочем, вы знаете, как я к вам отношусь.

– О, я ценю! Ваше величество, очень, очень ценю! Поддержка лаборатории, возможность работать – счастье! Ваше величество… - Олеф сделал неуклюжую попытку поклониться и запутался в длинном плаще из драконьей чешуи.

Зельевар так и упал бы к ногам его величества, если бы не Айк. Портной поддержал друга, не переставая выпускать синих бабочек из своей волшебной трубки.

– Ну, ну… - король поднял ладони вверх, - ваши заслуги перед королевством, Олеф, всего лишь оценены по достоинству. А сейчас, Айк, прошу вас, введите Скалигерри в курс дела. Мэтра мы, пожалуй, отпустим.

Хелен в сотый раз пересчитала необходимые ингредиенты, проверила расчеты. Лошади и слуги уже ждали, чтобы доставить ее на конюшни. Герцог так и не появлялся после того, как она отказалась поужинать. А что если он хотел сказать ей что-то важное, и воспринял это как отказ? Нет… Нет, не может быть! Он не настолько глуп. Хотя она не сильна в придворном этикете. Может, спросить у Айка?

Вошел паж. Забрал тяжелый саквояж и предложил следовать за ним.

– Я сейчас… Если можно, мне нужно всего несколько минут, принять зелье.

Паж поклонился, заверив, что карета будет ждать у главных ворот резиденции его величества столько, сколько понадобиться, и она может не торопиться.

На самом деле, зелье она приняла еще утром. То, что оттягивает действие проклятия. А сейчас…

Хелен задумалась. Выпить успокоительное? Конечно, у нее были объективные причины для беспокойства. Скалигерри. Дарька. Но было… что-то еще. Какая-то странная, не понятная тревога. С самого утра.

Золотая крылатая иллюзия мухой мельтешила перед глазами. Обычно она так себя не вела. Да, да, не удивляйтесь! Хелен так и не поняла, в чем дело – не было времени, но ясно одно – иллюзия меняет движения, траекторию полетов, некоторые ее действия кажутся осмысленными! Виртуозные формулы (которые она так и не выяснила, кому принадлежат), хоть и менялись время от времени, но их все равно не хватало, чтобы объяснить то, что происходит.