Чтение онлайн

— Очень, очень высокий доступ, — усмехнулась Марша. — Как видишь, — кивнула на иллюминатор, — здесь всего лишь наш лайнер и три корабля сопровождения, — яркие точки на звездном небе. — А еще — Красная Планета, ее два спутника. Кстати, во-он тот, — указала на маленький голубой шарик, выглядывающий из-за белоснежного диска, — земного типа.

— Там есть жизнь? — спросил кто-то из толпы.

— Наверное, — подруга пожала плечами. — Свято место пусто не бывает, — перевела на имперский старую земную пословицу. — Но, думаю, отдыхать там будет некомфортно. Насколько я помню, сила тяжести на спутнике раза так в полтора превышает нашу.

— И откуда ты все это знаешь? — фыркнула Мия, видимо, недовольная вниманием, которое участницы уделяли Марше.

— Три года обучения в Космической Академии Земли, — небрежно сообщила ей подруга. — А ты, наверное, закончила ускоренный курс по выведению всех из себя?

Кто-то хихикнул.

— Дура! — обиделась Мия.

Развернулась и ушла. Остальные же остались, но, как оказалось, ненадолго.

— Высший Доступ, — зевнула Марша. — Каким образом мы его получили — непонятно. Для чего мы тут — неизвестно. Вообще-то, нас здесь не должно быть, поэтому я лучше пойду… И вам того же советую, — уставилась на нас с Зейной. — В Империи действует негласный закон — меньше знаешь, лучше спишь и дольше живешь. Нет, не так — дольше спишь, меньше знаешь и лучше живешь!

Запутав нас окончательно, Марша отбыла в свою крошечную каюту, расположенную по соседству с моей на пассажирской палубе. Зейна посмотрела на меня, но я пожала плечами. Мне хотелось разобраться с этой странной вибрацией, которую, судя по всему, никто из девушек не чувствовал.

— Иди, — сказала ей, покачиваясь на каблуках ботинок. Их, вместе с моим черным комбинезоном, удалось тайком от Тира сунуть в небольшой рюкзачок, и я радовалась привычной одежде. — Я еще немного постою. Не так часто гражданам Четвертого Круга удается попасть в Закрытый Сектор. Вообще-то, они мало куда попадают.

— Граждан Третьего Круга тоже не сказать, что везде пускают, — отозвалась Зейна. — Но, как знаешь! Я уже скоро пойду. Мне здесь как-то… неспокойно, — призналась мне.

Постояв немного, ушла и она. Вскоре отбыли почти все, громко недоумевая, зачем понадобилось тащиться в Закрытый Сектор. Неужели только для того, чтобы полюбоваться на какую-то там планету с непонятной природной аномалией? Осталась лишь я и пожилой мужчина в длинных темных одеждах, замерший на верхнем мостике смотровой палубы. Появился он недавно — когда здесь было переполнено, я его не заметила. Наблюдал за Красной Планетой и… немножечко за мной. Я же смотрела на ее белоснежное одеяние и думала.

Вернее, пыталась понять, не свихнулась ли окончательно.

Вибрация нарастала, вскоре мне стало казаться, что планета поет. Чем дольше я стояла, тем все яснее слышала странные звуки. Казалось, невидимые музыканты бились по ту сторону иллюминатора, пытаясь проникнуть в прохладное, стерильное нутро корабля.

Отвлекли меня шаги. Мой безмолвный компаньон спускался по лестнице, явно намереваясь составить мне компанию. Неожиданно вибрация усилилась, словно нечто снаружи все же просочилось на «Рассвет Империи» и тут же перекинулось на мою руку. Я испугано отдернула свою конечность, но она продолжала мерзко, мелко трястись — будто бы то, что пришло извне, каким-то образом очутилось внутри меня и теперь разносилось с кровью по венам.

Затрясла головой. Бред, бред! На самом деле ничего не происходит, и это лишь игра воображения! Встряхнула руками, и вибрация прекратилась.

— Дитя мое, не бойся! — услышала хрипловатый, властный голос мужчины. — Так и должно быть…

Повернувшись, уставилась в темные глаза, на сеть глубоких морщин, внушительный нос и на львиную гриву седых волос подошедшего.

— Откуда вы знаете, как должно быть? — спросила подозрительно. — Вы тоже слышите голоса? Вас тоже трясет, когда прикасаетесь к иллюминатору?

Похоже, это был какой-то важный тип из Имперских, к которому следовало обращаться «адор», но… Может, пусть он решит, что я сошла с ума?! Ведь дисквалификация по медицинским показателям — отличный способ покинуть Отбор.

Губы пожилого мужчины тронула улыбка.

— Первый Советник Иннгор, — представился он.

— Эйвери… Эйвери Мэй. Мы ведь здесь по вашему приказу?

— Да. Но прилету сюда есть и другое объяснение. Высшие захотели вас увидеть.

— Высшие?!

— Одна из эмпатов передала мне сообщение. Они просили привезти участниц, чтобы указать нам нужную.

— Но…

Кажется, его забавляло мое замешательство.

— Отвечая на твой вопрос, скажу, что нет… Я не чувствую ни вибрации, ни дрожи, не музыки. Но Видящие говорили, что именно так оно происходит.

— Что происходит?

— Общение. Эмпаты уверяют, что ИХ голоса похожи на музыку.

Общение?.. Сердце забилось в разы более быстро. Но я не собиралась ни с кем общаться! Особенно с неизученной природной аномалией или же… с представителями иной цивилизацией. Жутко захотелось сбежать, как подруги и остальные участницы Отбора. Вернуться в каюту, лечь в кроватку и обо всем забыть.

— Не бойся! — подбодрил меня Советник. — Они не причинят тебе вреда. Высшие не желают нам зла. Наоборот, если кто и сможет спасти Империю, так это они.

Признаюсь, я даже растерялась. Первый Советник думает, что иная цивилизация спасет Империю Сол? Кто тогда из нас сумасшедший?!

— Извините, но мне надо идти, — твердо сказала ему. — Подруги ждут. Мы с ними давно договорились и… — замолчала.

Врать я не особо любила. Развернулась, но почему-то не смогла сделать и шага. Странная песня усиливалась, и мне стало казаться, что за иллюминатором собрался уже целый невидимый хор. Голоса нарастали, оглушая меня так, что хотелось заткнуть уши.

Тут музыка достигла апогея и… замолкла.

— Мы давно тебя ждали, Эйвери Мэй! — продолжал Советник. — К сожалению, то, что искали именно тебя, мы поняли лишь на Эйхосе. Ты должна была заболеть, но в твоя кровь победила айсаду.

Собиралась ответить, что моя кровь тут не причем — просто повезло! — но не успела. С ужасом почувствовала, как проваливаюсь в яму без дна, словно Алиса в кроличью нору. Стою на месте, и одновременно — другая я! — парю в черноте, а вокруг мечутся образы, мыслеформы, обрывки фраз на неизвестном языке, которые складываются в предложения уже на моем родном, а к ним притягиваются понятные мне образы.