Чтение онлайн

— А кости фениксов? — озадачилась я. О рухах, результате смешивания крови фениксов и драконов, я помнила с лекции Феланны. До сих пор попадались подарочки в виде нечисти первой категории, уровень В, которые появлялись, если их останки находили и проклинали шабаш представителей ведьминого семейства или нежить категории 1А. К счастью, кости давно исчезнувших существ на дороге не валялись, а нечисти, которая могла сделать подобное, водилось немного, поэтому такие чудовища были невероятно редкими.

— После фениксов не осталось костей, — сказала Малисса. — Говорят, после смерти они обращались пеплом, который развеивал ветер, чтобы душа могла вновь родиться.

Итак, Праматери оборотней. А если верить моему сну — еще и подструктурные ядра мира живых. Минуточку, что там говорила та девушка с сияющей розой в волосах… первичная оболочка этого мира — это четыре Стихии. Вторичная — это мир живых, мир мертвых и мир снов. Так что можно предположить, что девочка в черном, в правой части рисунка, — это Смерть, ядро мира мертвых. Тогда девушка в белом в верхней части, вероятно, Королева снов… а ее черное отражение — Королева кошмаров? И две трети подструктурных ядер этого мира я уже видела во сне в ночь лунного затмения?

А еще вполне может быть, что я единственная в этом мире, кто знает о них. И самое невероятное — знает такие интимные подробности из сна, который приснился за два дня до того, как Карил забрал ее сюда из моего мира! Очевидно, если я расскажу кому-то об этом, мне недолго придется ждать сестер психиатрической лечебницы, которая расположена на морском побережье неподалеку от Фетесарина.

Лаиза и Малисса, очевидно, заметили мое затянувшееся молчание и выражение лица, которое его сопровождало. Но необходимость как-то объяснять ситуацию и задавать новые вопросы исчезла, когда в коридоре раздался далекий, но очень злобный рев.

Черт возьми! Вот чувствовала я, что лучше помолчать!

Вероятно, я буду права, сказав, что у всех нас сердце застряло в горле, прежде чем мы со всех ног побежали по коридору. Оставалось надеяться только на то, что по дороге нам снова встретятся винтовые лестницы, которые выведут нас к дому, где можно будет спрятаться. Но, как назло, мы уже давно их не встречали, и сколько мы ни бежали, световые пульсары выхватывали из темноты лишь белые стены коридоров. Оно и понятно, сейчас мы находились если еще не под Гильдией, то уже где-то рядом. И хуже всего — я с ужасом стала замечать поглощающую меня усталость. Я и так бежала последняя. Еще немного, и ноги начнут заплетаться… и тогда мне конец.

Новый рев чудовища — уже значительно ближе предыдущего — заморозил кровь в моих венах, и я почувствовала, будто под ногами у меня ничего нет… а еще через мгновение проехалась по наклонной стене и упала на твердый камень! Я подняла взгляд. Шаги чудовища приближались, в то время как Лаизы и Малиссы уже не было слышно. Увижу ли я их еще когда-нибудь? Они выживут?… и выживу ли я? Мой световой пульсар погас, но камни ловушки, в которую я попала, слегка подсвечивали, превращая кромешную тьму в полумрак. Я оглянулась. Дно ямы было примерно метр на метр… а в противоположном от меня углу стоял, сложив руки на груди, высокий парень с коротким черными волосами и большими ушами.

— Неожиданная встреча, Гайлинова, — цинично хмыкнул Вадим.

Все, что я смогла, это сделать полшага назад, упершись спиной о холодную стену. У меня отняло дар речи.

Глубина ямы, на дне которой я находилась в компании единственного в этом мире своего соотечественника, насчитывала около трех метров. Стены были наклонные, поэтому, падая с такой высоты, потенциальная жертва должна была прокатиться по ним и в результате обойтись практически без травм. Это наводило на мысль о том, что тот, кто создал эту ловушку, хотел заполучить того, кто в нее попадет, живым. Неудивительно если вспомнить, что эта яма в подземелье под самой Гильдией.

Так как стены ловушки представляли собой специфическую горку, края ее расширялись на два метра. Просто чудо, что Лаиза с Малиссой сюда тоже не попали (кстати, как и чудище, которое нас преследовало)! Оказавшись здесь, я еще с полминуты наблюдала свет их пульсаров. Хотя когда я бежала по коридору, то никакой дырки в полу не видела! Кроме того, я слышала рев и тяжелые шаги существа, которое впоследствии пробежало рядом. Но оно не обратило внимания на то, как я, падая, визжала. Итак, на эту ловушку наложено одностороннюю иллюзию, которая прячет яму снаружи, но позволяет видеть то, что происходит, изнутри. При этом, похоже, пропускает звук извне, но изнутри кричи не кричи, никто тебя не услышит.

Ситуация уже безнадежна. И только такая абсолютная неудачница, как я, могла оказаться в этом месте один на один с человеком, ненавидящим ее, вероятно, больше всех в этом мире!

Несколько раз я пробовала наколдовать выступы, по которым можно было бы подняться; веревку, которая свисала бы с края ямы; лестницу… но какое бы заклинание я ни плела, ничего не происходило.

— Зря стараешься, — насмешливо бросил Вадим после моей очередной неудачной попытки. — Я здесь уже четвертый час, и за это время перепробовал все. Изнутри отсюда не выбраться. Магия в этой яме полностью блокируется. Да, каждый камешек я тут уже облапал, и ни один не открывает тайного хода. И нет, не все возможно и не должен быть какой-то способ. Это ловушка под Гильдией, и рассчитана она на магов. Отдаю должное тому, кто ее поставил: заклинание, похоже, держатся уже не одну тысячу лет.

— Хорошо-хорошо, я все поняла, — нахмурилась я. — Не надо так нервничать…

— Конечно, зачем нервничать? Мы же здесь всего-навсего умрем!

— Ты здесь скелеты видишь? — огрызнулась я. — Эту ловушку построили для того, чтобы ловить живыми и потом, скорее всего, допрашивать.

— Но, вероятно, ее уже не использовали веками. Думаю, маги знают о ней, как и о подземелье под Гильдией. И никто не спускается сюда, чтобы проверять ловушку раз в сутки. Эти катакомбы давно заброшены, а если кто-то сюда и забирался, то назад вряд ли выходил: слишком надежные паучки здесь ползают.

— Лаиза и Малисса обязательно найдут меня и…

— Посмотри правде в глаза, Гайлинова. Я искренне удивлюсь, если они все еще живы. Вероятно, химера уже обсасывает их кости.

— Зубы обломает! — только и смогла выпалить я в ответ на эту наглую, самоуверенную улыбку.

— Гайлинова, ты жалкая, — сказал Вадим, насмешливо глядя мне в глаза.

— А ты чудовище, урод! — не вытерпев, прорычала я.

— В самом деле? Разве? Я лишь человек, который хочет чего-то и собирается это получить. А методы — это уже детали.