Зверь
Шрифт:
Ви глянул на Бутча, который смотрел на всю эту драму, и подумал, какую тесную компанию они образовали. Они называли себя тройкой. Крепко держащиеся друг за друга, как клещи, и бесячие как черти, по словам Тора.
Ви посмотрел по сторонам. Все Братья окружили их, формируя вокруг Рейджа и Мэри тревожный защитный барьер. Впрочем, никто из воинов не опустил оружия, и время от времени раздавались выстрелы, которыми они устраняли лессеров, демонстрировавших слишком много активности.
Когда Мэри начала говорить с тихим отчаянием, Вишес снова выругался, осознав, что даже если в итоге эта пара окажется вместе, остальные все равно потеряют Рейджа... и Мэри. Проклятье, невозможно было представить особняк без этих двоих.
Это дерьмо не должно было заканчиваться так.
«Вычеркните», - подумал он, вспоминая свое видение. Он не хотел, чтобы все это заканчивалось так.
Ви перевел взгляд на свою женщину, и когда Джейн лишь покачала головой, кровь в его венах застыла.
Господи Иисусе, нет.
Внезапно на ум пришел образ Рейджа за настольным футболом. Брат тогда не играл, он стоял рядом, жуя какой-то огромный рулон буррито из Тако Белл17 . Он ел из обеих рук разом - в другой он держал чимичангу18 . Перемежая укусы, этот сукин сын поглощал разом примерно четыре тысячи калорий разом, и это после мятного мороженого с шоколадной крошкой, которое он стащил из их холодильника, и половины шоколадного торта, которую он умял на десерт, прежде чем уйти из особняка.
«Эй, Ви, - сказал как-то раз Брат.
– Ты когда-нибудь сбреешь этот коврик вокруг своей пасти? Или так и будешь выглядеть как бракованное изделие от Affiliction и наглядная демонстрация, чего не надо делать с бритвой?»
Это так бесило, черт подери.
Но он готов был отдать свое единственное яйцо за то, чтобы услышать это снова. Хотя бы в качестве прощания.
Время было слишком конечным. Сколько бы времени ты ни провел с близким человеком, в конце концов, этого окажется недостаточно
– Я люблю тебя, - прохрипела Мэри. – Я люблю тебя...
Нежно убрав светлые волосы Рейджа со лба, она ощутила, какой холодной и на удивление сухой была его кожа. Его окровавленные губы двигались, но в легких не хватало воздуха, чтобы говорить... и Боже, они серели... его губы становились...
Мэри посмотрела на Мэнни. На дока Джейн. На Элену. Затем встретилась глазами с Братьями. Джоном Мэттью. Блэем и Куином.
В последнюю очередь она посмотрела на Вишеса... и пришла в ужас от бледного свечения его глаз.
Они сдались. Все они. Никто не спешил оттолкнуть ее, чтобы они могли интубировать ее мужчину, или электрическим разрядом запустить его сердце, или вскрыть его грудную клетку и сделать то, что требовалось, чтобы привести все в норму.
Рейдж со стоном выгнулся и выкашлял еще немного крови. Когда он начал задыхаться, Мэри познала новый уровень ужаса.
– Я найду тебя, - сказала она ему.
– На другой стороне. Рейдж! Ты меня слышишь? Я найду тебя на другой стороне!
Он хрипел, задыхался, лицо его исказилось от боли, и собравшиеся вокруг тоже пребывали в агонии... все это вдруг обрело такую кристальную ясность, что стало больно глазам и ушам, и картина врезалась в ее мозг. И странно, но Мэри подумала о Битти, ее матери и случившемся в клинике.
Ох, черт, если она покинет планету... что же будет с девочкой? Кто позаботится о ней так, как заботилась Мэри?
– Рейдж...
– Мэри схватила его за плечи.
– Рейдж! Нет! Подожди, останься...
Позднее она пыталась понять, почему синаптическая связь оказала такой эффект. Она гадала, как вообще до такого додумалась... покрываясь холодным потом от того, что случилось потом - и от того, чего не случилось - если бы вспышка света не пришла из ниоткуда в тот самый момент.
Иногда близкий промах не менее травмирует, чем прямое попадание.
Но это все пришло позже.
В момент кончины ее возлюбленного, в то самое мгновение, когда она почувствовала, что его душа покинула тело и отправилась в Забвение... внезапно, безо всяких на то причин, Мэри рявкнула:
– Переверните его набок. Сейчас же!
Она попыталась перевернуть его самостоятельно, но не преуспела - он был слишком тяжелым, и она не могла как следует ухватиться за его мощный торс.
Подняв голову, Мэри жестом поманила Братьев.
– Помогите мне! Помогите мне, мать вашу!
Ви и Бутч опустились рядом с ней и перевернули Рейджа на правый бок. Согнувшись над своим мужчиной, Мэри на мгновение отшатнулась. Яркие краски татуировки дракона меркли, словно яркость рисунка была индикатором здоровья Рейджа. Снова сосредотачиваясь, она положила руки на контур зверя... и Боже, она ненавидела то, каким слабым был ответ.
– Идем со мной, - торопливо сказала она.
– Мне надо, чтобы ты пошел со мной.
«Это чистой воды безумие», - подумала Мэри, плавно перемещая ладони по торсу Рейджа... но что-то руководило ею, какая-то воля, явно не принадлежащая ей самой. Она не собиралась спорить, тем более что татуировка зверя последовала за ее прикосновением - и это было странно. И только доведя ее до ребер, она осознала, что делала.
«Сумасшествие, - подумала она.
– Полное безумие».
Да ладно, вряд ли дракон обучен проводить экстренные операции, тем более на сердце.
Но она не останавливалась.
– Помоги мне, - хрипло попросила она зверя.
– Ох, прошу... сделай что-нибудь, помоги ему, спаси его... спаси себя, спасая его...
Она просто не могла отпустить Рейджа. В те последние секунды было совершенно неважно, что благодаря Деве Летописеце их ждал рай и им не приходилось волноваться о разлуке. Она собиралась спасти его.