Чтение онлайн

Карелла прекратил жевать и внимательно посмотрел на меня:

– Что именно?

– Кабы знал. Вы когда внутрь заглядывали, там холодно было?

– Ну-у... холоднее, чем снаружи, но не особо. Снега и инея не было.

– Вот и когда я смотрел - было то же самое. А потом что-то произошло, хотя на самом деле ничего не происходило, и откуда-то стал поступать теплый воздух.

– Горячий?

– Нет, просто теплый. Да и не теплый он вовсе. Обычный. Как на побережье ранней осенью. Просто до этого он был гораздо холоднее, поэтому сразу почувствовалось. Я на всякий случай постарался не дышать и быстро свалил оттуда, но кто его знает... Слышали, что случалось с разорителями эльфьих могил? Может, и тут что-то подобное.

На этот раз Карелла молча гораздо дольше. Наконец он сказал:

– Точно я не уверен, но сдается, что это как раз и хорошо.

– С чего бы?

– Мне пару раз попадались описания такого эффекта. Вроде бы такого.Тогда я ничего не понял... Да и сейчас не понимаю, если уж на то пошло... Это нормальный воздух. Безо всяких магических примочек. Просто... ну, база как-то подстраивается под оптимальную температуру, чтоб на ней было удобно жить.

– Что за бред вы несете? Она что, живая?

– Да нет... вроде бы. Так не только база может. Иногда встречались такие выражения "замороженный объект", "законсервированный объект". Я ж говорю - не понимаю, что это значит. Но кажется, что это относится к базе.

– Да как же! Вы когда-нибудь открытую банку консервов пытались хранить?

– В леднике хранить можно. Потому и "замороженный".

Какой-то смысл в словах Виктора был. Не особо много, но был. Мне в любом случае все это не нравилось. Только деваться все равно было некуда. Назвался груздем - полезай в кузов. А я эту базу сам открыл. Лично.

– Что делать будем?

– Выпью чая, покурю и пойдем посмотрим, какая карта нам выпала. Пока сами не попробуем, не узнаем наверняка...

– Ага. А не боитесь, что потом слишком поздно будет? В смысле, когда уже узнаем...

– Боюсь. А у вас есть лучшие варианты?

– Самым лучшим вариантом было бы никогда не встречать вас. Только полагаю, что это уже невозможно. Допивайте свой чай и пошли.

***

Через шесть часов мы уселись на те же места. Костер почти потух, так что мне пришлось разжигать его заново и разжигать практически на ощупь. Ужинали в молчании. Когда Карелла допил свою кружку, то закурил и спросил бесцветным тоном:

– И как вам?

– Охренеть.

Такая вот содержательная беседа. И он и я понимали, о чем идет речь. От того, что мы увидели, действительно можно было охренеть. Более того - я охренел. И, заметьте, мы увидели-то меньше половины, того, что там было. В этой скале был вырублен город. Ну, с городом я, может, и переборщил, но переборщил немного. Так... деревня. Правда, большая деревня. У меня даже в голове не помещалось, как можно было просто такую пещеру в скале вырубить! Сколько на это времени надо было потратить! А ее ведь надо было еще обустроить. Мой мозг просто отказывался от попыток понять, как это вообще возможно. Я только сейчас начал смутно понимать то, что Виктор пытался втолковать мне с самого начала. Да для нас гномы, цверги, эльфы, тролли и орки были ближе и понятнее, чем наши предки! И я уже и не уверен был, что тут жили наши предки. И что они строили ЭТО.

С другой стороны - мой отец знал об этом месте. И, наверняка, был здесь. И, скорее всего, знал назначение всех этих штук. Возможно, даже мог ими пользоваться. И он был нормальным... Ну, почти нормальным. Нормальных нет. У каждого в мозгах какая-то своя загогулина имеется. Просто не у всех она сразу видна. Только Блок жил здесь с самого начала. С тех самых пор, когда первые люди только-только начали осваивать просторы Лимбы. Как он там говорил? "...вы бы хоть Лимбу освоили..."? Или как-то вроде того. И он был все-таки немного разведчиком. За ним охотились все. Волей-неволей он должен был маскироваться, прикидываться таким же. А когда прикидываешься столько времени, то понемногу начинаешь изменяться и превращаться в такого же, как все, обычного. Обычным Блок не стал, но измениться должен был. Насколько - не знаю. Понять просто не могу. Сравнивать не с чем. Я ведь даже понятия не имею, каким он был вначале.

Мыслей было много, но среди них не было ни одной светлой. Пессимистом я себя не считал. Пессимистов обычно убивали первыми, а я все-таки пережил свою дюжину лет войны, три смертных приговора, два эшафота, четыре плена и еще кучу вещей, фатальных для других. Грех жаловаться. Но все вышеперечисленное и оптимизма не добавляло. Так что я считал себя реалистом. Правда, реальность у меня была... мрачновата, что ли. Но многим и такой не досталось. Не каждому при сдаче каре из тузов приходит. В нашей паре неугомонным оптимистом был Карелла. Он-то своих тузов вытащил еще при рождении, а джокера в виде Александра Блока после прикупил. Я посмотрел на оптимиста. Он сидел мрачнее тучи. Сигарета дотлела почти до пальцев.

– И что теперь?

Виктор поднял голову, посмотрел на сигарету, швырнул окурок в костер и повернулся ко мне.

– Я даже понятия не имею.

Может мне и показалось, конечно... ночь, темно, всполохи костра, все такое... но таких бесконечно усталых глаз у Карелла я еще не видел. Там была не просто безысходность, а логово этой самой безысходности. Ее нора. Дом родной. Мне откровенно жутковато стало.

– Я только сейчас понял... Да я даже не представлял, куда мы лезем. Я перед вами, Питер, очень сильно виноват, что втравил вас в это...

Самобичеванием Виктор при мне никогда не занимался. Сомневаюсь, что он им занимался при ком-нибудь другом. Карелла всегда был стопроцентно и безоговорочно уверен в своей правоте. Может поэтому у него все и получалось. Уверенность - она передается окружающим. Я знаю. Я только на этом кураже из безвыходных положений выкарабкивался и свои группы выводил. А когда кураж теряется - это очень плохо. Потому слова я не особо подбирал.

– Ага. Учту. На ваш счет запишем. Сейчас-то вы представили, куда мы залезли?

Карелла немного пришел в себя. Ему, вроде, даже неловко стало. Чуть-чуть. Самую малость.

– Не знаю. Но уже почти уверен, что весь этот поиск был одной громадной ошибкой. И я только сейчас начал это понимать. Надо было...

– Это вашему далекому предку надо было меньше мухлевать при сдаче. Тогда бы его с Земли не выслали на исправление, вы жили бы сейчас в куче песка на Терре, но зато без моральных терзаний. Вам в детстве доводилось со снежной горки съезжать на заднице?

Карелла ошалело посмотрел на меня.