Чтение онлайн

– Н-нет... На санках...

– Без разницы. Надеюсь только, что горка была крутая. Так вот, Виктор, съезжать нужно до конца. До полной остановки. На середине горки остановиться никогда не удается. Вы все это начали, и, да, - втравили меня в это. Не сейчас. Тогда еще - в Фаро. Как я к этому относился или отношусь - уже не суть важно. Я в игре, а Блок был прав: выигрыш или проигрыш - не главное. Главное - как играешь. Согласен - это паршивое утешение, особенно, если ставка - собственная жизнь. Только я, Виктор, заранее извините за каламбур, на свою жизнь всю свою жизнь играл. Причем, заметьте, ставки делал не я, а за меня. А вот расплачиваться пришлось бы мне. Если бы мы не открыли базу, если бы у меня не было ключа, если бы... Таких "если бы" я вам сотню сходу назову. Только базу мы открыли. И не померли при этом, что тоже важно. Можно, конечно, закрыть ее снова, выбросить ключ в море Рифф и постараться забыть все. Но я сомневаюсь, что это удастся. Вас-то в любом случае от любопытства разорвет. Или начнете море Рифф осушать, чтоб ключик вернуть. Так что это не выход. База открыта. Все. Исходить будем из этого. Если вы понимаете, что мы нашли, то объясните мне. А то я как-то назначения этих вещей, кроме кухонной утвари и столовых приборов, не понял.

– Я - тоже.

Карелла почти полностью оправился от своего потрясения, но до сих пор был мрачен. Даже мрачнее, чем вначале.

– Я думал, что знаю о Терре... Земле... не все, конечно. Далеко не все. Даже - не многое. Но кое-что все-таки мне известно. Оказалось, что ни хрена мне не известно.

– Тогда - ладно. Мы далеко не все осмотрели. Даже не половину. Завтра продолжим и, скорее всего, найдем что-нибудь, о назначении чего вам известно. Там ведь оружие должно быть, как думаете?

– Наверняка.

– Ну вот его я и буду искать. А вы ищите... что-нибудь. А сейчас ложимся спать. Трудный день был. Тут точно зверья никакого нет?

– Я здесь две недели торчал и никого, крупнее ежа не видел. Только я, Питер, сейчас навряд ли усну. Слишком уж много информации для такого короткого промежутка времени.

– Ничего. Есть одно средство.

Еще в Вейонесе Виктор раздобыл только одному ему известным способом маленький бочонок гномского пойла. Когда я попробовал этот, с позволения сказать, напиток в первый раз, то понял, почему гномы никогда и никому его не продают. Если бы они его продавали, то на Лимбе исчезла бы жизнь во всех ее проявлениях. Это был файербол, налитый в стакан. Жидкий адский пламень. Я принес бочонок, нашел впотьмах тюк с какой-то провизией, набрал еще в один бочонок воды из ручья и мы начали...

Дождавшись, пока Карелла начнет клевать носом, я влил в него еще одну, контрольную, дозу этого адского пойла, чтоб наверняка погасить все рефлексы, и спокойно лег спать. Мне-то бессонница не грозила. Бывали ситуации и похуже. Что-нибудь обязательно произойдет или придумается, а вот пожрать и выспаться не всегда удается. Так что лучше довольствоваться тем, что имеешь, а не строить какие-то несбыточные планы. Особенно если настолько мало информации.

***

Похмелье Виктора на следующее утро было не просто похмельем, а Похмельем. Могучим, беспощадным и с большой буквы. Но зато он полностью отошел от своей мрачности. Не знаю уж, что сыграло решающую роль - то ли гномья микстура, то ли просто сон. Утро все-таки мудренее вечера. Карелла постоянно рвался на базу, но, как правило, его квест заканчивался в ближайшем кустарнике, где он пугал местных ежей рычанием и прочими утробными звуками. Если здесь и водились крупные звери, то после такой психической атаки они должны были позорно бежать через хребет Френира и просить убежища в землях Айта.

После десятка неудачных попыток Карелла капитулировал. Он доковылял, до своего лежбища из мха и травы, рухнул на него раненым тюленем, и сказал:

– Все. Сдаюсь. Никуда мы сегодня не пойдем.

Даже голос у Виктора изменился и стал низким и басовитым. Как у гнома. Я-то всегда гадал - отчего эти коротышки по звучанию напоминают маралов в брачный период. Бухают недомерки, оказывается. Закладывают и, несомненно, сверх всякой меры.

– Да я уж понял... А если честно, то еще вчера об этом подозревал. Пойдем завтра. Главное - до завтра в себя не приходите, а то вас снова начнут снедать мрачные мысли. А вам о плохом думать нельзя - хрен знает до чего додумаетесь. Думайте о светлом и радостном. О зеленой лужайке с белыми овечками.

Если бы у Карелла в пределах досягаемости был арбалет или лук, то, не сомневаюсь, что он попытался бы меня убить. Но одним взглядом Виктор пока убивать не научился. Так что я решил его умаслить.

– Выпить что-нибудь принести? Что-нибудь человеческое, я имею ввиду?

– Угу...

***

Через пару недель мы, не то, чтобы полностью обжились на базе, но уже и не шарахались от каждой стены. Стены светились только в коридорах. Во всех боковых комнатах и залах было темно. Вначале это доставляло большие неудобства, но на третий день Виктор нашел небольшую кнопку по другую сторону дверного проема, на той же высоте, на которой находилась кнопка, открывающая двери. Она включала освещение в комнатах. Сразу стало гораздо легче и удобнее. Потом мы нашли жилые комнаты. Я так полагаю, что это были жилые комнаты, потому что там находились кровати... ну, не совсем кровати, а что-то вроде откидных полок в поездах. Но они точно выполняли функции кроватей. В некоторых комнатах на них лежало постельное белье и подушки. Видимо это были офицерские комнаты. Солдатской казармы мы не нашли, но ведь и осмотрели пока далеко-далеко не все. Карелла, ничтоже сумняшеся, сразу перебрался на постоянное место жительства в такую комнату. Я вначале предпочел оставаться на свежем воздухе, но потом тоже переехал внутрь - по ночам было холодновато. Комнаты были разными - от одной кровати до шести. Виктор таки нашел библиотеку или какое-то ее подобие и поселился в комнате возле нее. Целыми днями он занимался сборкой "Отчаянного", а потом копался в книгах. С "Отчаянным" я хотел ему помочь, но Карелла отказался, объяснив это тем, что я ни черта не понимаю в построении кораблей и могу прикрутить чего-нибудь не туда, куда надо. Думаю, что он просто ревновал. "Отчаянный" был его гордостью. Дерево при его постройке почти не использовалось. Все детали лили вейонесске гномы из алюминия, чтобы максимально облегчить корабль. (Трудно даже представить - в какую сумму обошлась эта постройка.) Судя по разглагольствованиям Виктора, напороться на рифы нам не грозило, а даже если такое случится, то мы точно не потонем. Зато мы вполне можем сесть на мель, сиречь зарыться в песок и тогда нас спасет только прозорливость современного гения кораблестроения - Виктора Карелла.

Я вообще-то думал, что это ему посоветовал Ашун.

Ашун остался в Вейонесе. Вернее - в Марракеше, потому что Виктор определил его в муниципальный судостроительный институт, оплатил обучение и положил на его имя в банк крупную сумму. Мне он сказал, что насчет Ашуна у него серьезные планы. Ну да. Как же. Хорошо, если бы эти планы совпадали с планами Ашуна. Не знаю, говорил ли ему юноша, что сбежал из дома... Я говорить не стал. Надо будет - отсюда тоже сбежит. По поводу дальнейшей судьбы выходца из племен я не беспокоился. Этот уж точно не пропадет.

Карелла так и не смог попасть внутрь воздушных кораблей. Вначале меня подмывало немного поиздеваться над ним, но я сдержался - Виктор и без моей помощи был основательно расстроен. Дня четыре он бродил по ангару вокруг этих штук, пытаясь придумать способ попасть внутрь, но способ никак не придумывался. Я всерьез начал опасаться, что Карелла притащит сюда какого-нибудь колдуна. С него сталось бы. Порой мне трудновато было предугадать ход его мыслей. Да чего греха таить - всегда трудновато было. Нет, какая-то логика в его действиях, конечно, присутствовала, просто эту логику никто не понимал. Надеюсь, что ее хотя бы сам Виктор понимал. Он изводил себя четыре дня, а потом переключился на библиотеку и "Отчаянного".

А вот когда я нашел оружейный зал, то лично смог оценить всю глубину страданий Карелла. Оружия было много, оно было разное, и я даже понятия не имел, как оно действует. Нет, было и привычное оружие - ножи, мечи, сабли, копья... Отличные штуковины. Они не уступали лучшим гномским образца. Но и мой меч был не хуже, а, учитывая, что я к нему привык, - он был лучше. Хранилось также огромное количество различных доспехов - от громадных рыцарских лат ( такие сейчас можно только у аристократов в их частных музеях фамильных ценностей увидеть ) до короткой безрукавки. От чего она должна хранить - загадка. Я решил, что это доспех из-за ее веса. А так, может и не доспех вовсе. Тут и одежда всякая висела. Наверное, переодевались, прежде чем все эти железяки на себя напяливать.

Ко всей этой железной бижутерии я даже в пехоте без священного трепета относился. У колдунов любой школы полным-полно всяких примочек именно для таких вот парней - не очень быстрых, не очень гибких, не особо сообразительных, но полагающих, что они хорошо защищены. Видал я таких, когда из этих кастрюль доставали то, что от них оставалось.

А вот что меня поразило, так это луки и арбалеты. Обычных тут вполне хватало. Некоторые были хуже, некоторые лучше наших. Но были тут и такие... Не знаю даже, как объяснить. Абсолютно запредельные штуки. Мне самому арбалет на заказ делали гномы. Он маленький был, меньше обычных. Не особо мощный, но кольчугу со ста метров пробивал. Мне он нравился из-за того, что у него был очень удобный ворот, а с эскадроном рыцарей я сражаться не собирался. Так здесь были арбалеты еще меньше! А вот по убойной силе они мой, наверняка, превосходили. И легкие были, зараза! Очень легкие! Я так и не понял, из чего их сделали. Да уж... мир полон чудес. Так бы мне сказала моя бабушка... или дедушка... если б я их когда-нибудь видел.