Чтение онлайн

— По моему, ревть надо громче, отвчалъ тотъ.

— Да ужь я рявкну на спектакл. Такъ рявкну, что люстра зазвенитъ.

Дарья Терентьевна внимательно слдила за репетиціей. Пьеса ей понравилась. Конинъ и Корневъ знали уже роли и играли на репетиціи, а не читали, да на самомъ дл, они и какъ актеры были лучше другихъ. Комическая старуха Табанина также не отставала отъ нихъ, но гимназистъ Дышловъ, исполнявшій роль молодого живописца, и блокурая двица, игравшая роль его жены, путались, говорили сквозь зубы, становилась къ зрителямъ спиной. Луковкинъ поправлялъ ихъ, останавливалъ, заставлялъ повторять сцены, но выходило все-таки плохо. Въ довершеніе всего блокурая двица чуть не расплакалась, встрчая поминутно поправки режиссера, и заговорила:

— Нтъ, я такъ не могу… Помилуйте, вы меня останавливаете чуть не на каждомъ шагу! Вдь это-же не спектакль, а репетиція, на спектакл я буду играть какъ слдуетъ, а теперь дайте-же мн свободу.

— Однакоже невозможно, Анна Ивановна, оборачиваться къ публик задомъ, вразумлялъ ее режиссеръ.

— Я это только теперь, а потомъ все будетъ какъ слдуетъ.

— Привыкнете, такъ и потомъ не будетъ какъ слдуетъ. И наконецъ, вы говорите себ подъ носъ.

— Не кричать-же мн на репетиціи во все горло!

— Просись за нее эту роль играть, просись! подталкивала Любу Дарья Терентьевна, сидвшая вмст съ дочерью въ нервомъ ряду стульевъ. — Просись. По крайней мр ты будешь все-таки въ хорошей компаніи: Въ этой пьес участвуютъ и Корневъ, и Конинъ. А она, эта самая двица, пусть твою роль беретъ.

— Не ловко, маменька… отвчала Люба.

— Отчего не ловко? Видишь, она капризится.

Блокурая двица, исполнявшая роль Софьи, дйствительно капризилась и даже ушла со сцены, отказываясь репетировать.

— Анна Ивановна! Да побойтесь вы Бога! Ну, что-жъ это такое! Вдь я-же по обязанности режиссера длаю вамъ замчанія! воскликнулъ Луковкинъ и побжалъ за ней за кулисы.

— Пойдемъ къ режиссеру, пойдемъ! Она отказывается! теребила Дарья Терентьевна Любу за рукавъ.

— Да идите вы одн.

— А ты думаешь, не пойду? Пойду. Покажи только, гд ходъ за кулисы. Мосье Корневъ! А мосье Корневъ! Окажите вашему господину офицеру, что моя дочь можетъ сыграть эту роль, ежели эта самая двица отказывается. Люба отлично сыграетъ, обратилась Дарья Терентьевна къ стоящему на сцен Корневу.

— Погодите, можетъ быть, и уладится какъ-нибудь дло, сказалъ тотъ.

— Да чего тутъ улаживаться, ежели она капризится! Гд господинъ офицеръ? Позовите ко мн господина офицера.

Корневъ ушелъ за кулисы и вернулся съ Луковкинымъ. Тотъ подошелъ къ рамп.

— Ваше имя, отчество? освдомилась она у Луковкина.

— Михаилъ Иванычъ.

— Милйшій Михаилъ Иванычъ, да дайте эту роль дочери моей! Она отлично ее сыграетъ. Право отлично. А то вы ей дали какую-то горничную играть.

— Это мадамъ Биткова, отрекомендовалъ Дарью Терентьевну Корневъ Луковкину.

— Очень пріятно, расшаркался тотъ. — Я уже имлъ удовольствіе… Вы говорите про Любовь Андревну… Но вдь мы предложили ей роль горничной по способностямъ…

— Позвольте… Какая-же можетъ быть такая особенная способность у воспитанной двушки изъ хорошаго дома изображать горничныхъ? обидчиво произнесла Дарья Терентьевна. — Дочь моя въ горничныхъ не служила.

— Ахъ, Боже мой! Вы не такъ меня поняли. Чтобы сыграть роль горничной въ пьес «Которая изъ двухъ» — нужна нкоторая бойкость. Пардонъ ежели я какъ-нибудь…

— Ну, хорошо, хорошо. Только дайте роль вотъ въ этой пьес дочери.

— Съ удовольствіемъ-бы, но я все еще думаю, что Анна Ивановна согласится оставить эту роль за собой. Впрочемъ, позвольте, я ее сейчасъ спрошу категорически.

Режиссеръ вмст съ Корневымъ удалились за кулисы. Тамъ произошелъ громогласный разговоръ, закончившійся возгласомъ блокурой двицы «хоть вы меня озолотите, такъ играть не буду»! Посл этого возгласа блокурая двица поспшно выскочила изъ-за кулисъ въ зрительную залу и быстро направилась къ сидвшей у чайнаго стола Кринкиной, которой и начала жаловаться на режиссера. Режиссеръ опять показался на сцен и, подойдя къ рамп, сказалъ Дарь Терентьевн.

— Намъ будетъ очень пріятно, ежели Любовь Андревна возьметъ на себя роль Софьи, отъ которой отказалась сейчасъ Анна Ивановна, но мы попросимъ Любовь Андревну не оставлять и роль горничной въ «Которая изъ двухъ».

— Ахъ, ты, Господи! Да неужели у васъ другихъ то актрисъ нтъ на роль горничной!

— И такъ у всхъ по дв роли. Вдь мы четыре пьесы ставимъ.

Подошла и Люба къ матери.

— Ахъ, маменька, и зачмъ только вы такой переполохъ длаете! произнесла она съ упрекомъ.

— Да вдь теб хочется хорошую роль съиграть, хочется. Сама-же ты мн говорила, отвчала Дарья Терентьевна.

— Полноте выдумывать! Это вы сами…

Режиссеръ недоумвалъ.

— Желаете вы, Любовь Андревна, взять на себя роль Софьи въ пьес «Что имемъ — не хранимъ»? спросилъ онъ Любу.

— Пожалуй… замялась та. — Но вдь тогда у меня будутъ три роли.

— Отъ маленькой роли изъ пьесы «На пескахъ» мы васъ избавимъ, не отказывайтесь только отъ роли горничной въ «Которая изъ двухъ»? упрашивалъ режиссеръ. — При вашей бойкости эта роль выйдетъ у васъ прелестно.

— Да я вовсе и не отказываюсь. Это маменька…

— Ну, вотъ и отлично. Пожалуйте на сцену и прорепетируйте роль Софьи хоть по тетрадк.

— Иди скорй! торопила ее Дарья Терентьевна. Люба отправилась на сцену. Изъ-за кулисъ въ зрительную залу выбжалъ Корневъ, встртилъ Любу, подалъ ей руку и повелъ репетировать. Дарья Терентьевна торжествовала.

Обстоятельство, что Люба будетъ играть въ одной пьес съ сыномъ извстнаго богача Корнева, примирило Дарью Терентьевну съ участіемъ Любы въ спектакл. Люба читала роль по тетрадк, Корневъ, какъ уже знавшій пьесу, показывалъ ей мста на сцен и вообще былъ къ ней внимателенъ.