Чтение онлайн

Первые несколько секунд после установки связи я разговаривала с голограммой мистера Баррена – дорогущей имитацией его внешности, манеры поведения и голоса. Но стоило мне заикнуться о ночи, убитой на прохождение квеста «Коридор Смерти», как изображение мигнуло, и я увидела оригинал: помятого и злого, как тысяча чертей, главу корпорации «LS-inc»:

– Ночь, говоришь?

– Да, сэр!

– На игровом сервере?! – зачем-то уточнил он.

– Ну да…

В какой-то момент мне показалось, что ББ хватит удар – его лицо побагровело, глаза налились кровью, а жилы на шее вздулись так, как будто собирались прорвать кожу. Но потом мой работодатель взял себя в руки и преувеличенно спокойно поинтересовался:

– А чем в это время был занят техник-контролер?

Вопрос был риторическим, ибо датчики УСК, установленные в виртблоке, вели постоянную запись всего происходящего, в том числе и в «стакане». Однако злить начальство я не собиралась, поэтому ответила:

– Когда я вышла из игры, он спал…

Изображение подернулось рябью и сменилось заставкой с логотипом корпорации. Без всякого предупреждения! А секунд через сорок восстановилось:

– Простите за несколько неадекватное поведение… – ИЗВИНИЛСЯ ББ! – Просто я очень сильно расстроился и умудрился забыть о правилах приличия…

– Ничего страшного, сэр! – понимающе улыбнулась я. – Бывает…

На мое «бывает» ББ среагировал, как моб на агрилку: набычился, раздул ноздри, подался вперед… а через секунду остыл и перешел к делу:

– Идея вашего брата не лишена смысла, поэтому сейчас вас обоих отправят в ОПР, где кто-нибудь из разработчиков объяснит вам логику поведения мобов этого участка линейки, а потом вас вернут в виртблоки и подключат к тестовому серверу «Центурии»…

Когда мистер Оливер Сайкс, один из разработчиков Говорящего с Тьмой, объяснил нам принципы, определяющие логику поведения мобов из Коридора Смерти, мое желание играть этим персом приказало долго жить. Почему? Да потому, что квестовые мобы вели себя слишком разумно и атаковали так, как на их месте атаковал бы мастер боевых искусств Старой Земли!

В разбивке по блокам это выглядело так: каждый моб отслеживал положение тела приближающегося игрока, оценивал траекторию его движения и потенциальные уязвимости, а затем атаковал, стараясь нанести максимальный урон за минимально возможное время. Причем делал это воистину молниеносно. И бил не только имеющимся оружием, но и любой ударной поверхностью вроде окованных сталью носков своих сапог, умбона, края щита и т.д.

Проглядев пяток записей с прохождением квеста виртуальными Говорящими с Тьмой, я расстроилась еще больше: раз мне показывали МОДЕЛИ, значит, ни один из тестеров коридор так и не прошел.

– Этот класс не для меня! – вынесла я вердикт после завершения очередной записи. – Я не смогу научиться двигаться в режиме, нужном для прохождения, даже через год!

– Не паникуй раньше времени! – ласково потрепал меня по волосам Яр, а затем повернулся к Сайксу: – Насколько я понимаю, бафф Мерцание увеличивает не только скорость передвижения, но и скорость реакции игрока…

Тот утвердительно кивнул.

– А можно посмотреть, как движения мобов выглядят для уже ускоренного персонажа?

Мистер Оливер прикоснулся к виртуальной клавиатуре и воспроизвел последнюю запись в требуемом режиме.

Я мрачно усмехнулась: да, мобы двигались заметно медленнее, но все так же непредсказуемо.

– А исходники – обычные армейские или со спецфакультета АПД? – внезапно спросил мой братец.

– С вирт-полигонов АМБ… [88] – после небольшой заминки ответил разработчик. – Правда, порезанные до семидесяти процентов от номинала…

– По скорости, логике поведения или по ИУП [89] ? – явно чему-то обрадовавшись, уточнил Ярослав.

– По первым двум параметрам. А ИУП по требованию заказчика опустили до сорока…

– Ну и последний вопрос: вирт-полигон ВП-116 или его более поздние аналоги к ТТЗ прилагались?

Сайкс повернулся к виртуальному экрану своего рабочего места, ненадолго поплыл, а потом утвердительно кивнул:

– Ага! Если нужно, можем смоделировать…

– Нужно! И желательно побыстрее…

Вирт-полигон ВП-116 оказался здоровенным помещением, разделенным на три независимые зоны. Первая была заставлена металлическими столбами от полутора и до трех метров высотой, вторая – десятком невысоких помостов размером с нашу кухню, а третья – чем-то вроде трехмерного лабиринта. Объяснять назначение каждой Яр не захотел – пошел к ближайшему столбу, остановился шагах в трех от него и повернулся ко мне:

– Тренажер для «шлангов». Называется вертушкой. Активируется при пересечении вот этой полоски автоматически…

– На тролля с дубиной не похож… – пошутила я. – И на гоблина с ржавым ножом – тоже…

– Этот ты возненавидишь намного сильнее… – пообещал брат и скользнул чуть ближе к столбу.

Тот игриво подмигнул парой зеленых «глаз» и ожил – отщелкнул два горизонтальных отростка и начал неторопливо вращаться вокруг своей оси.

– От верхней лопасти уходят приседанием или кувырком, нижнюю перепрыгивают! – сообщил Ярослав и с кошачьей грацией увернулся от удара верхней. – Подойди к соседней вертушке и начинай разогреваться…

Первая же попытка перепрыгнуть через нижнюю лопасть заставила меня почувствовать себя андроидом: мое тело, словно обретя свободу воли, начало движение СОВСЕМ НЕ ТАК, КАК Я ПРИВЫКЛА! То есть не так присело, не так взмахнуло руками, не так взлетело в воздух и не так приземлилось! Сопротивляться было глупо, «помогать» – тоже, поэтому следующие минут пятнадцать я позволяла ему делать то, что заблагорассудится. И анализировала новые движения.

Слава богу, Яр заметил выражение моего лица и понял, чем я занимаюсь: как оказалось, надо было не анализировать, а пытаться почувствовать последовательность расслаблений и напряжений, траекторию перемещения центра тяжести, момент начала движения.

Последовав его совету, я не особенно быстро, но прозрела: ощутила, что до и после любого действия мое тело абсолютно расслаблено и что тратит на движение ровно столько сил, сколько нужно для того, чтобы его совершить. Чуть позже я заметила, что расслаблено не только тело, но и внимание: я смотрела не на приближающиеся лопасти, а в воображаемую точку на полу, а для контроля за окружающим пространством использовала периферическое зрение.

Такой подход к восприятию мира оказался намного удобнее обычного: тренируясь в вертушке, я умудрялась видеть не только ее и свое тело, но и большую часть вирт-полигона. Причем не просто видеть, но и отслеживать чуть ли не каждое движение Яра, развлекающегося в «лабиринте».