Чтение онлайн

— Что за бред?! Куда он мог уйти?

Глаза Мизы округлились.

— Это было за пять минут до того, как ты спустился… Ты не знал?! Я была уверена, что ты поэтому и проснулся!.. Прости… Он сказал, что попрощался с тобой, я не знала… я была уверена… я…

Тэрн встряхнул головой.

— Миза, это чушь. Там половина его вещей.

— Он оставил их тебе… Он сказал, что они ему больше не понадобятся, потому что он возвращается домой, а тебе до своего дома идти ещё очень долго… Он… говорил, что обещал о тебе заботиться… и желал тебе найти свой путь… Он просил, чтобы ты берёг себя…

Кажется, весь мир вдруг свернулся в спираль. А когда распрямился, то был уже совершенно иным.

Все мои знакомые говорят, что я отношусь к своей работе слишком серьёзно. Вам тоже может так показаться: я трачу на неё всё своё время, всегда стараюсь улучшить, усовершенствовать, исправить ошибки…

Как бы я хотел, чтобы этого было достаточно.

Да, я знаю, что только встал на это путь. Знаю, что ни один скульптор не создал шедевр, впервые взявшись за инструменты. Искусство, мастерство требуют большого количества попыток… но каждая моя ошибка остаётся на сердце огромным ноющим рубцом.

Ошибки скульптора никогда не приносят другим столько горя.

Мне говорили: «Дениел, ты выдумываешь. Ден, мой первый мир не прожил и миллисекунды. Денни, ты не представляешь, как у тебя хорошо выходит!» Но я хотел не этого.

Я хотел, чтобы моим созданиям не было больно.

В Акватрии, моём первом мире, было множество озёр, рек и водопадов — издалека она смотрелась как огромный голубой шар, и поверьте мне, он был прекрасен. Вскоре её окончательно затопило, и большинство животных погибло, что уж говорить о людях.

В Эндере было множество гор. Разумеется, были и вулканы, но все они должны были спать… Я не знаю, как так произошло, что в один из дней начали работать они все.

В Аймосе по-прежнему идёт непрерывная война. Сколько раз я пытался остановить её!.. Но всё было бесполезно…

И тогда я задался целью: создать самый стабильный мир.

Такой, в котором не будет войн и голода, ненависти и злобы, природных катаклизмов — мир, в котором люди смогут быть счастливы просто так. Мир, гармоничный настолько, что просто не сможет разрушиться.

Я сотворил его своей душой и расписал своей кровью. Как я гордился им, как я любил его!.. Я назвал его Алиар.

Он — моя самая большая ошибка.

Джон поворошил поленья. Было уже слишком холодно, чтобы ночевать без костра. Ещё немного, и проводить дни в дороге будет уж совсем неуютно. Кине, по крайней мере. О чём она только думает?

Джон покосился на неё: Кина ни о чём не думала. Кина спала.

Ему, наверное, тоже следовало бы. Сторожить не имело смысла: после стольких лет тренировки он проснулся бы задолго до того, как любая угроза смогла бы осуществиться. Но заснуть в последние дни не получалось. Непривычно: Джон всегда засыпал легко, потому что все события жизни оставляли его равнодушным, а стало быть, не вертелись в голове перед сном. Но всё перестало быть как всегда или, по крайней мере, порывалось перестать. И это было бы неплохо, если бы произошло с другим человеком; было бы неплохо, если бы произошло даже с ним. Но немного раньше. Не сейчас.

Джон прикрыл глаза.

Людям свойственно мечтать, составлять планы жизни — и не пытаться исполнить их, приводя в оправдание сотни причин. Но главное, что таких планов, сказочных сценариев, у человека обычно несколько. То девушка мечтает выйти замуж и прожить тихую, спокойную жизнь, то представляет себя знаменитостью в самом центре событий. Мальчишка хочет стать великим воином, но вдруг видит себя учёным или художником…

Джон и вправду мечтал о семье и доме. Это была та мысль, которая грела по ночам. Что вот если бы он не, что если бы он только мог, что если не должен был бы — то сейчас рядом с ним лежала бы его законная супруга, с которой он собирался бы разделить ближайшие лет так семьдесят, а на утро его разбудили бы их дети и… И что уж скрывать, дети были похожи на Кину не меньше, чем на него.

Это была хорошая мечта, и она вполне могла бы исполниться. Долг — это лишь то, что ты сам на себя навесил, и ты всегда можешь сбросить его… Джон видел, что стоило бы ему проявить интерес к Кине — она откликнулась бы мгновенно, и с этой стороны никаких проблем бы не было.

Но была у него и другая мечта — та, ради исполнения которой он трудился столько лет и которой почти достиг. И проблема была как раз в том, что две этих цели намертво перечёркивали друг друга. И если он планировал пройти выбранный путь до конца, то надо было ссадить Кину в ближайшем городе и не морочить ей голову.

Подумать только, если бы этот урод не забрал его амулет, он бы… он бы никогда не встретил Кину. Наиболее вероятно, что он и вовсе был бы уже мёртв.

Джон посмотрел на небо. Ярко-красным пятном горел Эндер: наверное, там опять изливались вулканы. Большой голубой точкой светилась Акватрия, рядом с ней пылал Аймос. Джон знал, что если соединить их линиями на карте звёздного неба, то выйдет равносторонний треугольник. Это сложно было заметить: другие миры Дэйниэла сияли вокруг не менее ярко, но эти три были предтечами, существовали задолго до Алиара. Они должны были пребывать на таком расстоянии ещё месяц, а потом… станет поздно. В следующий раз подобное повторится не раньше, чем через пятьсот лет.