Чтение онлайн

— Тогда каков наш выбор? — настаивал советник. — Некоторые в вашем собственном совете полагают, что Кринуолл пал лишь по причине смерти Сорла, а колдун воспользовался внезапностью своего появления. С нашей помощью барон Нор мог бы действительно добиться победы и захватить город.

Саталлион погладил аккуратную бородку, продолжая рассматривать горизонт. Он многое успел совершить за свою жизнь. Под его правлением возвысился Палладур. Кринуолл ослабел еще задолго до прибытия колдуна. Став сильным и могущественным соперником Дракмара, владыка Палладура мог возглавить монархию и занять трон Олсона. И теперь Саталлион чувствовал, как власть и величие ускользают сквозь пальцы, когда он почти добрался до вершины. Из-за малейшей неосторожности можно потерять все.

— Милорд, если Нор захватит Кринуолл без вашей поддержки, народ провозгласит его королем.

Саталлион усмехнулся. Должен существовать какой-то выход, средство сохранить богатство и спасти величие. Нор идет на большой риск, ставя все на карту. Если проклятый дурень готов на все, так тому и быть. Занять трон куда легче без лишнего конкурента. Но как стать королем, когда более могущественный соперник уже заявил о своем намерении?

— Милорд?

Не обращая внимания на советника, Саталлион погрузился в раздумья. Есть лишь один способ пережить войну. И этот путь необходимо пройти. Как же он не догадался раньше? Губы верховного лорда скривились в ухмылке, но смех звучал недолго.

— Прошу прощения, милорд, но я не вижу причин веселиться.

Лорд распрямил плечи. Новая возможность будоражила кровь. Саталлион улыбнулся советнику, который смотрел на лорда тревожным и растерянным взглядом.

— Не бойся ничего, друг мой. Я знаю, что надо делать.

Следующее утро после пробуждения в Левеллинской общине Феверрута Джером провел, как и накануне — в постели, над которой маячили радостные лица Килака и Эллайена. Наконец-то он сумел сесть самостоятельно без особенной боли. Благодарить за это собственный организм или же снадобья левеллинцев Джером не стал, но принял улучшение за верный знак того, что он идет на поправку.

На этот раз говорил в основном Джером, а Эллайен и Килак внимательно слушали. Растрезвонив Килаку, а заодно и всей общине о цели их экспедиции, Эллайен все же умолчал о подробностях путешествия. Охотник успел поведать о невероятном происхождении Джерома со слов королевы Эллибе, о нападении колдуна, о намерении Джерома возвратить последний из Мечей Азахиля, талисман, обладая которым он осуществит свое фантастическое предназначение и освободит народ Олсона. А Джерому осталось только объяснить свое решение — а именно, почему он уверился в успехе своей миссии.

Джером не до конца разобрался в причинах, пробудивших словоохотливость Эллайена. Может быть, охотник надеялся, что на свежую голову приятель осознает нелепость собственных иллюзий. И теперь Килак с Эллайеном сосредоточенно слушали рассказ не желавшего становиться королем Фейзона о Дариноре и легенде, о Мечах и желании, овладевшем сердцем, и, наконец, о повторяющихся снах, подтолкнувших его на поиски. Все это, а также вторжение колдуна, необходимость поднять войско на защиту Олсона, книга древина и отсутствие другого плана, превратили безумный полет фантазии Джерома в ясное и твердое решение.

Джером боялся, что такие откровения подорвут его уверенность, ведь приходилось объяснять непостижимое. Удивительно, но, чуть не расставшись с жизнью, он только укрепился в правоте сделанного выбора. Лишь страх за родных и любимых временами не давал Джерому покоя и звал домой. Он мог воплотить в жизнь свою мечту. Должен был. Перед ним лежала прямая дорога, а все остальное теряло смысл.

Окончив рассказ, Джером замер в ожидании ответа Килака. Самому же Фейзону во время его пламенной и мучительной речи казалось, что любое открытое сердце загорится и почувствует то, что ощущает он сам. Ответа он не услышал.

Мысли вихрем кружились в голове Джерома. Что еще добавить? Как заставить их понять? Он взглянул на Эллайена, который со скептической ухмылкой ждал реакции Килака. Юноша откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки. Загорелое непроницаемое лицо освещали солнечные лучи, проникавшие в комнату через открытое окно. Джерому не удалось уловить никаких эмоций.

Когда Джером уже был готов закричать от отчаяния, на помощь ему подоспела красавица Мариша, которая вошла в комнату с фруктами и дымящейся чашкой. Ее улыбка обезоружила Джерома. Девушка прогнала Эллайена и поставила поднос на столик. Она не помешала беседе и занялась своим делом — насыпала в чашку трав из небольшого мешочка. Взгляд Джерома еще немного задержался на ее прекрасном лице, а потом он неохотно вернулся к разговору с Килаком.

— Сказка какая-то, — задумчиво пробормотал паренек. — Боги, драконы, оружие невероятной силы. — Он озадаченно почесал подбородок.

Джером украдкой еще раз взглянул на Маришу.

— Итак, ты согласен к нам присоединиться?

— Ты взаправду веришь, что можешь его найти?

Да, хотелось сказать Джерому. Он должен. Без Меча он ничто. Без Меча он бессилен помочь тем, кто надеется на него. Вместо этого Джером просто кивнул.

— Ну, тогда, — плутовато улыбнулся паренек, — я не упущу такой возможности.

К кровати подошла Мариша с чашкой горячего настоя.

— Все, хватит, ребята. Скоро он встанет с постели, и вы вместе отправитесь гоняться за чудищами.

Она нагнулась, передавая чашку Джерому, и тот успел слегка прикоснуться к ее пальцам.

— Спасибо.

— Не за что, — ласково улыбнулась Мариша.

Он вдруг смутился и через ее плечо посмотрел вслед выходившим из комнаты друзьям. Эллайен и Килак оглянулись и принялись со смехом о чем-то перешептываться.

Джером покраснел. К счастью, Мариша вовремя отвернулась и не обратила внимания на шутку. Больной поспешно отхлебнул из чашки, а девушка подала ему полную миску фруктов.

— Они уже перестали веселиться?

Джером подавился. Мариша только улыбнулась.

— Не смущайся. Килак вечно старается найти мне кавалера. Проголодался?

Джером откашлялся и кивнул. Отодвинув стул, Мариша уселась на край кровати. Она достала из миски кусочек дыни, и Джером с готовностью открыл рот. Проглотив душистую мякоть, он спросил:

— А тебе все равно?

— Не знаю. Может быть, когда будет больше времени. Обучение занимает все дни. — Она протянула Джерому вторую дольку дыни. — А тебе?