Чтение онлайн

– Началось все пять лет назад, – с готовностью заговорил Джориан, который был рад поболтать после вынужденного молчания, – но лучше вернуться к истоку.

Отец мой, Эвор-часовщик, доживал свой век в Ардамэ.

– Где это?

– Городок в Кортолии, недалеко от столицы. Он хотел научить меня делать клепсидры – водяные часы. Да только руки у меня оказались слишком большие и неуклюжие для тонкой работы, даром что с уздой, мечом, плугом и посевами управлялись исправно. Я всю премудрость выучил, но как до дела дойдет – стоп!

Ну, в конце концов он махнул на меня рукой, только напоследок потащил с собой в Двенадцать Городов, где у него были заказы на установку клепсидр.

И вот он отдал меня подмастерьем к Фимбри-плотнику из Ардамэ. Только Фимбри через месяц отослал меня обратно, да еще счет приложил за сломанные инструменты – силушку свою я сдерживать тогда не умел.

Пришлось отцу определить меня к Рубио, кортольскому торговцу. Там я прослужил год, но в один прекрасный день просчитался в выручке. Этот Рубио был малый злющий и вспыльчивый, а дела у него в то время шли неважно. Ну, он на меня и набросился, да не учел, что я за год его перерос. Огрел меня тяжелой тростью, а я палку-то вырвал и переломил об его голову. Он упал и лежит. Ну, думаю, убил; я и сбежал домой в Ардамэ.

Отец меня прятал, пока не дошел слух, что Рубио оклемался. Потом пристроил в дом бездетного крестьянина, некоего Оннуса. Все толковал мне, что, ежели поведу игру с умом, ферма мне достанется: Оннус – вдовец, и родни у него нет. Но Оннус оказался скрягой из тех, что, закалывая свинью, ищут, кому бы и свинячий визг продать, чтобы не пропадал. Заставлял меня работать по шестнадцать часов в день и чуть совсем не уморил. В конце концов он меня застукал, когда я вместо работы приударял за соседской дочкой, и отходил хлыстом. Я, ясное дело, хлыст вырвал…

– И всыпал хозяину по первое число? – догадливо спросил Ритос.

– Нет, мой господин, как можно. Я всего лишь засунул хозяина башкой в кучу его собственного дерьма, да так, что он насквозь проскочил, и пошел себе спокойненько домой.

От вина Джориан заметно повеселел и заговорил сбивчиво, оживленно размахивая руками:

– Отец, бедолага, просто с ног сбился, чтобы найти мне работенку по силам. Старшие братья стали умелыми, уважаемыми часовщиками, сестры повыходили замуж, я один болтался без дела. «Родись ты с двумя головами, – говаривал отец, – мы б тебя за деньги показывали, но ты просто молодой, здоровый, неотесанный болван, только баклуши бить и умеешь». Так вот, решили мы пойти к Зимбалле, ардамэйской колдунье.

Подбросила ведьма трав в котелок, насыпала в огонь каких-то порошков – повалил дым, а по стенам заплясали тени, хотя кто их отбрасывал – ума не приложу. Впала она в транс, шамкает что-то, бормочет. И говорит она под конец: «Джориан, сынок, по всему выходит, быть тебе королем или бродягой».

«Как это? – говорю. – Сам-то я хочу стать уважаемым ремесленником, как папаша, и жить припеваючи».

«Твоя беда, – продолжает ведьма, – что ты слишком хорош, чтобы ходить за плугом или мести улицы города Кортолии. Уж коли ни одно дело не дается, значит, боги тебе другое назначили. Такому, ежели он не рожден в богатстве и роскоши, одна дорога: по земле топать и людьми править. Рано или поздно одно приводит к другому».

«А вот, к примеру, солдатская служба?» – спрашиваю.

«Солдат всегда бродяга».

«В солдаты и подамся», – говорю.

Отец пытался мне отсоветовать, мол, с твоим ли умом лямку тянуть да что, мол, в этой работенке девять десятых скуки смертной и одна – леденящего ужаса. Но я ответил, что мне пока от этого ума ни жарко ни холодно, и пошел-таки в солдаты. В Кортолии мне дали от ворот поворот – видно, Рубио нашептал кому надо.

Отправился я в Оттомань и поступил алебардщиком к его незаконнорожденному высочеству. Год маршировал взад-вперед по плацу под гавканье офицеров: «Копья наперевес! Вперед, арш!» Дрался в сражении, когда Свободный Отряд хотел разграбить Оттомань. Но его незаконнорожденное высочество бросил на них свою новомодную кавалерию – закованных в панцири рыцарей на огромных битюгах – и разбил наголову. Они врага и на выстрел к нашей пехоте не подпустили. Под конец срока я согласился с папашей: жизнь наемника не по мне.

Ушел я со службы и отправился в Ксилар. Явился аккурат в тот день, когда они казнили старого короля и выбирали нового. Мне наставник в детстве, помню, рассказывал про этот забавный обычай, но я впервые попал в Ксилар и совсем забыл о нем. Словом, когда мне прямо в лицо полетело что-то круглое, черное, как футбольный мяч, я его поймал. И вдруг, ужас, вижу: это только-только отрубленная человеческая голова, и кровь по рукам течет. Бр-р! Тут мне сказали, что я и есть новый король Ксилара.

Сперва я балдел; они меня всего разодели, пичкали вкусной жратвой и выпивкой, красивых жен мне нашли. Но быстро скумекал: сегодня я поймал голову, а через пять лет сам лишусь головы.

Здесь, ясное дело, всего вдоволь: одежды, еды, выпивки, женщин для забав, – но, ежели тебе отрубят голову, другая не вырастет. Процарствовал я так с годик под наставления старого Граллона и Таронуса и решил: пора из этой западни выбираться любым способом.

Начал с самого простого – выскользнул из дворца и дал деру. Но ксиларцы к этому привычные и тут же меня сцапали. Там у них целая рота – Королевская гвардия называется – неплохо владеет сетями и арканом; они к королю специально приставлены, чтобы часом не удрал. Пробовал вербовать соучастников – они предали меня. Пробовал подкупить стражников – они прикарманили денежки и предали меня.

На третий год я постарался стать таким королем, чтоб ксиларцы смилостивились и отменили свой обычай. Стал реформатором. Изучил право и боролся за исполнение законов. Изучил экономику и придумал, как без вреда для королевства снизить налоги. Изучил воинское искусство и очистил дол от разбойников, а побережье – от пиратов. Сказать правду, одна мысль о сражении вгоняет меня в дрожь…

Однако топор был еще страшнее, и в конце концов злодеи стали меня бояться больше, чем я их.

– Кто сочинил эти стихи? – спросил Ритос.

– Некий безвестный рифмоплет, по прозвищу Джориан из Ардамэ. Но к делу, через год все были уверены: король Джориан, даром что молодой, лучший правитель с начала времен.

Думаешь, ксиларцы отменили свой дурацкий закон? Ничуть не бывало. Наоборот, приставили дополнительную охрану, чтоб я уж точно не убежал. Я отправлялся на верховую прогулку, охоту, ловить разбойников и даже к бабе не иначе как в окружении целого отряда арканщиков из швенских степей, следивших, чтобы я не дал деру.