Битум
Шрифт:
от пули закрывший вмиг старец
и мимо упавший кирпич,
врагов победившие предки,
факт, что не шахтёрим слюду,
совсем неглубокие реки
и стойкий настил на пруду,
невсходы на древние горы,
на трапы, на кран, этажи…
Мы – взрослые дети, которым
позволило что-то тут жить…
Нутро городов
Чадящие дымки заводов,
трухлявые шпалы, басы,
цементами сыплются своды,
как будто песочны часы,
каблучные гильзы, оладьи,
заразы бараков смердят,
зеркалья белёсых окладов,
органами трубы гудят,
из сблёва цветные лепёшки
особых (двуногих) зверей,
над кучей барачною мошки,
тождественность туш и дверей,
машины туманят горчицей,
текущие язвы дерев,
и в рытвинах блинные лица,
и птичий охрипший распев,
и запахи плесени с луком,
гнилых перегаров, сырых,
монеты заржавленных люков
и крышек златисто-пивных,
томительный бег наклоняет,
оплётки-жгуты, провода
века городок заполняют,
где платная пища, вода.
Столбы – Вавилона опоры.
Бетонно-стекольчатый лес
с двуногою фауной, флорой…
Всем правит, наверное, бес…
Движение
К работе неёмкой и скучной
бегучесть толпы в пустоту,
из коей (набитой и душной)
несутся в домов простоту.
К заботам, весельям, покою
стремится рождённый с основ.
И роль от царя до изгоя
играется цепью часов.
И стен наполняя сосуды
своим переливом из них,
всё множат обид и дел груды,
и меньшат дыхательный миг.
Движенья – приливы, отливы
для творчества, дел, новостей -
стремлённо, забвенно, пугливо
вперёд и назад до смертей…
Вращается кровь, помогая,
решая игры новый кон,
и в поисках очи моргают,
пока не отыщут свой сон…
Закатывание монеты
Златистый диск монеты
магнитит пласт лесов,
сводя к закату лето,
пруты и пух кустов.
Клубясь, рыжеет небо
на розовом холсте.
Чуть синь над низким хлебом.
Сникает мазь кистей.
Смолкают щебет, шорох -
сонлив любой вокруг.
И вечер так недолог.
Ржавеет сочный круг
и тучится окружье,
хмуреет полотно.
Легко так иль натужно
закрыл Господь окно?
На водной глади кольца.
Луна – глазок иль лаз?
Вмиг дешевеет солнце,
прохладно серебрясь.
Его богатство тает,
темнея по кайме,
и вижу вдруг хрусталик
в чернисто-хвойной тьме.
Fighter
Не просолиться, век плавая в море -
значит иметь лучше ум, чешую,
что, как бронёй, ограждают от горя
юркую рыбу в привыкшем строю.
И не попасться ловцам и акуле -
значит быть лучшею в битве, волне,
мехом гармони распахивать скулы,
мчаться, иль прятать себя в глубине.
Свежая, жильная рыбка вкуснее,
чем горьковато-аморфная суть.
Я говорю, пузырясь, всё яснее:
"В водах и стаях отчаянным будь!"
Силы с годами намерены таять
средь одиночества, глаз и борьбы,
но пусть моя трёхсекундная память
не соизволит сей слоган забыть!
Positions
Место пустому – на свалке
(– это ж скажу про людей),
пламя – для высохших палок,
веток без пышных теней.
Место девицам – в борделях,
низколетящим – в сачке,