Чтение онлайн

После досадного происшествия с горгульями я увидел, что надо мной стоит двухголовый людоед. Милое такое создание размером, как мне показалось, с половину моего дома. Обе головы, лишенные растительности, приветливо улыбались. Решив, что это предсмертные видения или, того хуже, что меня выбрали в качестве обеда, я заорал, словно застрявшая в трубе кошка. Не хотелось покидать этот лучший из миров в расцвете лет. Я еще столько не успел сделать, столько не… Тут большие руки подняли меня с мокрой травы и куда-то понесли. Я подумал, что теперь-то увижу изнутри людоедскую берлогу, в которой закончили жизнь многие несчастные жертвы, и был крайне удивлен продолжением истории. Людоед вошел под своды громоздкого особняка Вольфрама, где его и встретил сам чародей. «Молодец, Гамб, положи его туда, только осторожно, — сказал похититель собственных внуков. — Нашему гостю нужна забота и внимание».

С того момента мои глаза выражали исключительно изумление, то есть были в три раза больше обыкновенного. Мысли окончательно перепутались, я уже не знал, кто я, а кто Вольфрам Лафет, и не мог дать гарантий, что все происходящее — не дурная галлюцинация, навеянная стрессами последних суток. Если вы помните, они, стрессы, валились на меня как из рога изобилия почти без передышки, и даже у самого крепкого нервами мага уже давно, уверен, поехала бы крыша. К числу последних я не отношусь, моя нервная система похожа не на сданный под ключ каменный дом, а на предназначенную к сносу деревянную хибару. Логично, что энергичная раскачка ей не на пользу.

— Как вы себя чувствуете, Невергор? — осведомился с видом участливого начальника стражи Вольфрам.

Я промычал, что вроде бы превосходно. Старик кивнул, оправляя пышные неровные седые бакенбарды, напоминающие меховой воротник, и потер крючковатый сизый нос. И в молодости он не блистал красотой, способной пачками валить с ног завидных невест, а теперь и вовсе. Поставьте Вольфрама посреди огорода и можете больше не беспокоиться о здоровье тыкв и огурцов. Даже насекомые будут обходить ваши грядки стороной.

Присмотревшись к старику, я заметил, что фамильное сходство налицо. Леопольд походил на него, как малек щуки походит на большую щуку, вышедшую на пенсию.

В руке Вольфрама появилась большая глиняная трубка с золотой инкрустацией, и он медленно раскурил ее от длинной спички.

— Вы удивлены, Невергор, и это понятно, — сказал патриарх — именно патриарха сильнее всего напоминал сейчас чародей. Его могучий складчатый лоб излучал Мудрость и Опыт.

А насчет удивления, так это пустяки. Даже если я свалюсь с припадком от его передозировки, не надо обращать внимания.

— Зачем вы устроили это наводнение? — спросил я. Теперь мои зубы вполне попадали друг на друга, хотя некоторое время назад они категорически отказывались это делать. Тем не менее сидение у жаркого камина сыграло свою роль. — Мигония получила такой удар под дых, что теперь не скоро оправится. Люди будут задавать вопросы, что случилось и кто виноват. Думаете, никто не узнает? А если власти вобьют себе в голову странную мысль, что бурные реки на улицах столицы — дело рук кого-то из волшебников? Может начаться расследование. Сами понимаете, ущерб и все прочее…

— Понимаю, — ответил старикан. — Но не боюсь. В моем возрасте мне уже ничего не страшно.

— А-а…

Вольфрам посмотрел на меня, выдувая облака терпкого сладкого дыма.

— Прошу простить за этот конфуз с горгульями. Они не слишком умны и не обладают должной ловкостью. Природа не создала их переносить мебель.

— Ничего страшного. Бывает, — ответил Браул, содрогаясь.

Я все ждал момента, когда старик превратится в чудовище, но он почему-то не спешил. Возможно, оставил очередную жуткую метаморфозу на десерт.

— Перестаньте, граф, — улыбнулся Вольфрам, — ничего страшного не произойдет. Я не читаю ваших мыслей, однако улавливаю замешательство. Все пошло не так, как вы думали?

— Совершенно не так, — согласился я.

— Мое появление в вашем доме… этот портал… мне очень жаль, что зашло так далеко, — сказал старик.

Я хлопал глазами, вспоминая нашу бурную встречу и те словеса, которыми одарил меня нежданный гость.

Уровень моего понимания упал ниже критической отметки. Спекулянты на бирже обычно хорошо знают, что надо делать в таком случае: хватать котомку и чесать в дальние края, пока твердая рука кредитора не схватила тебя за шиворот.

— Эх, если бы вы знали, Невергор, в каком я нахожусь положении! В чудовищном, одним словом…

— И поэтому, — вставил я, притомившись ждать, когда закончится эта драматическая пауза, — вы превращаетесь в разных монстров и ведете себя словно уличная шпана из Горгоньих Выселок?

— Поэтому, — кивнул Вольфрам, пыхтя трубкой. — Я все объясню. Надеюсь, в ближайшее время рецидива не случится…

Это было очень неприятное слово, оно заставило меня занервничать.

— Сначала поговорим о Леопольде, — сказал старик, — ведь, в конечном итоге, вы здесь из-за него. А целью моего приглашения было поставить все точки там, где их обычно принято ставить. До единой.

Дрожа, я признал ход его мыслей довольно логичным.

— Так уж получилось, что вы, Невергор, стали невольным участником всех этих событий. Я не думаю, что вы подговорили Леопольда вернуться в Мигонию и предаться развлечениям, так свойственным молодости.

— Ага.

— Правда и то, что я действительно велел Леопольду сидеть в Гордых Орлах и ждать разрешения выйти оттуда. Он воспринял это как тюремное заключение. Признаюсь, в чем-то мой внук прав. Я хотел использовать его для дела.

— Женить на Фероции Зипп, — вставил я.

— Прекрасно! — сказал старик. — Вам известна подноготная?

— Известна. Попав в такое скользкое положение, любой человек ищет опору. Я занимался тем же самым, то есть собирал информацию.

— И поговорили с участниками этой пьесы? — прищурился Вольфрам.

— А что было делать? Скрывать не буду. Разговор с Фероцией открыл мне глаза на многое. В частности, на ваши тайные переговоры насчет…

— Вам и это известно? — удивился зловещий старик. — Ну и ну!