Чтение онлайн

Отделив себя от происходящего, я почувствовала секундное облегчение, за которым последовал шок.

Марк и Ева! Марк! И! Ева!!

Я сидела в машине, широко раскрыв глаза, как будто только что узнала эту новость. Никак не удавалось придти в себя, а когда я второй раз осознала, каким я, собственно, образом оказалась в этой машине, то стоны опять начали душить меня, пытаясь вырваться наружу.

В это время мы проезжали какое-то поле, какое именно – я не знала, потому что не следила за дорогой.

Главное, что на этом поле никого не было. Ни души. Только огромное белое полотно снега и какая-то еле проторенная дорога, ведущая в никуда.

– Остановите! – резко выкрикнула я.

Водитель резко сбавил скорость, но машину не остановил.

– Я сказала – остановите! – повторила я.

– Где? – он недоуменно оглядывался по сторонам.

– Здесь!

– Вы уверены?

– Черт возьми, сколько можно повторять! – закричала я, но голос сорвался, чуть не выдав рыданий.

Машина, наконец, затормозила. Не знаю, сколько я заплатила водителю – отдала все, что у меня было в кошелке.

Деньги мне больше не нужны.

Холодные и резкие порывы ветра встретили меня, как только я оказалась посреди огромного безлюдного поля.

Таксист стоял еще минуты две, наблюдая, как я несусь по дороге непонятно куда и неясно – зачем. Потом он уехал, и я почувствовала огромное облегчение.

По обе стороны от меня было бескрайнее белоснежное поле, по которому с бешеной скоростью гулял ветер. Наполовину занесенная снегом дорога вела в никуда, конца ее я не видела, и для чего она тут проложена, не понимала.

Было очень темно, единственным источником света была луна и звезды, а еще снег, отражающий попадавшие на него лучи ночных светил.

Колючий, жестокий ветер сейчас был для меня настоящим спасением – он охлаждал мою пылающую от слез кожу, развевал и путал волосы, вместе с тем продувая голову. Шум ветра в ушах никогда еще не казался мне таким приятным.

Я бежала, спотыкаясь о неожиданные валуны снега, стараясь, чтобы главная дорога, по которой ездят все машины, наконец, исчезла из виду.

Когда это случилось, я остановилась. Несколько раз повернувшись вокруг себя, я разрешила сердцу, чувствам и собственной душе сделать то, чего они так жаждали.

Я закричала. Громко-громко, до хрипоты, так, чтобы сорвался голос. Сначала я просто кричала, а потом произнесла его имя. Именно тогда снова полились слезы, которых сейчас никто не мог увидеть, а потому можно было не беспокоиться о красном лице и плакать до тех пор, пока я не упаду без сил в этот снег.

Вокруг никого не было. Темнота окутывала, прятала, уберегала от внешнего мира. Ветер, внезапно ставший самым лучшим моим другом, продолжал заносить меня снегом. Мне приходилось прилагать усилия, чтобы преодолевать сопротивление ветра и двигаться вперед.

Чем больше сил я потрачу на бег, слезы, и крики, тем быстрее упаду здесь без чувств, тем больше боли выплесну наружу.

Да, сейчас мне нужно лишиться сознания, понимания и всякого проявления жизни.

Если бы я только могла стать снегом, беззаботно летящим в никуда, бессмысленно парить в небе для того, чтобы когда-нибудь растаять и унестись обратно в небо…

У снега нет сердца. Я хочу, чтобы и у меня его не было. Оно слишком сильно болит.

Я не знаю, сколько сейчас времени. Наверное, уже ночь. Невозможно проследить за временем, когда душа рвется на части.

Самое главное – что здесь темно, холодно и никого нет. Все условия для того, чтобы высвободить свою душу от истязающих ее криков.

Силы покидали меня – но душа продолжала кричать, все еще сохраняя мое сознание.

Сколько я уже пробежала – я не имела ни малейшего понятия. Мало или много – это не было важным. Дорога становилась все уже, бежать было все тяжелее, но я все равно продолжала двигаться вперед.

Услышав какой-то шорох сзади, я оглянулась. В тот же миг передо мной оказалась черная фигура.

– Доброй ночи, малышка! – Низкий и грубый голос вырвал меня из цепких когтей постигшего горя, указывая на опасность, угрожающую мне теперь.

Я очень хорошо знаю этот голос. Его нотки заставили пробудиться ту часть меня, которая сейчас спала, накрывшись покрывалом переживаний из-за Марка и Евы: страх.

Это был Ренольд.

Я даже не сразу поверила, что это – действительно он. Происходящее вообще казалось мне слишком ужасным и страшным для того, чтобы быть правдой.

Сначала я узнала голос, потом – запах, и уже только после этого в ночной тьме я разглядела его глаза. Да, этот взгляд принадлежит Ренольду – дьявольский, дикий, пугающий. В нем есть что-то общее со взглядом Евы.

Светлая кожа Ренольда в лунном свете казалась слишком бледной, даже с каким-то голубоватым оттенком. Проклятье, как же он красив!

– Ты выбрала интересное место для вечерней прогулки.

Голос звучал угрожающе, и я поняла, что ничего хорошего меня сейчас не ожидает.

– Что тебе нужно? – еле слышно спросила я. Из-за криков голос сел, и потому сейчас звучал особенно глухо.

– Ты… – Он соблазнительно улыбнулся, приближаясь ко мне.

– Не подходи.

Ренольд начал медленно обходить меня, делая круг.

Мое сердце билось точно сумасшедшее, и я подумала о том, не проще ли ему вообще остановиться, чем проносить через себя столько переживаний.

– Как же так получилось, что ты оказалась одна посреди огромного поля, да еще и ночью?.. Неужели Марк бросил тебя здесь одну-одинешеньку и – прямо ко мне в руки? Ах да, ему некогда о тебе думать – ведь он развлекается с другой! Но и ты скоро займешься тем же самым… Как насчет того, чтобы поразвлечься со мной?.. Надеюсь, по сравнению с Марком я проигрываю не особо.