Чтение онлайн

Американец объяснил Александру, что жвачка из листьев издавна пользуется популярностью у индейцев. Она всегда значительно увеличивала их выносливость при длительных переходах, притупляла голод и помогала бороться против болезней высокогорья. Сейчас это просто традиция, объяснил Юзеф. Кока росла в диком виде повсеместно — и в глухой части джунглей, и по обочинам дорог и тропинок, не считая специальных плантаций. Ничем не приметный кустарник был знаменит на весь мир тем, что из его листьев готовили один из самых сильных наркотиков.

— Правительство Колумбии борется с изготовителями наркотиков. Тут целая индустрия, наркокартели, — рассказывал Юзеф на коротких привалах. — Но это все равно что мочиться против ветра. Индейцам экономически невыгодно собирать даже самые популярные, а значит, и самые доходные сорта кофе, будь это хоть «манисалес», «арменна», «севилья», «арабика», знаменитый «медельин», потому что один гектар коки стабильно даст прибыль от 13 тысяч долларов, а один гектар кофе — от 3 до 7 тысяч долларов. Простая арифметика.

— А трудно изготовлять наркотик? — спросил Александр.

— Да я сам не очень-то в курсе, — американец задумался, как проще объяснить. — Видел, отдельно стоит большое серо-зеленое бунгало? Это и есть подпольная фабрика. Древняя — ей лет тридцать. Вот туда и доставляют листья коки с плантаций и заливают их обыкновенным керосином. Потом всю эту массу индейцы давят босыми ногами. Получается сок. Шеф хотел привезти мощный электропресс, но, наверное, боится с ним засветиться. Да и труд индейцев дешевле пресса…

А так в принципе дизель-генератор у нас есть, смотрим спутниковое ТВ, да и спутниковая связь у нас, — он помолчал в раздумье, поглаживая на коленях свою винтовку. — Альмейдо сказал мне, что ты даже в розыске в Интерполе. Правда? Замочил кого?..

Саня не удивился, что Юзеф, как старший «диких гусей» имеет такую информацию, и подтвердил:

— Было дело.

— Еще Альмейдо говорил, что ты не дурак выпить и чемпион в этом деле — Юзеф похлопал Орлова по плечу. — Ничего. Вырвемся как-нибудь в Медельин, погуляем на всю катушку!

— А дальше что, Юзеф? Ну, с соком из коки и керосина?

Американец засмеялся:

— Да я не ахти какой химик, но кое-что знаю, не первый день торчу здесь. Короче, из сока делают базовую пасту — сульфат кокаина, который потом химики перерабатывают в хлоргидрат кокаина. Это уже конечный продукт, так сказать.

Орлов хотел спросить еще что-то, но вдруг за деревьями метров за 100 от них раздался пронзительный рев. Это было так неожиданно, что Саня вздрогнул и вопросительно поглядел на Юзефа. Американец быстро поднялся, торопливо объясняя на ходу:

— Это обезьяна-ревун. Самая опасная и агрессивная.

Они пробежали пару сотен метров в полной темноте. Ветки деревьев и кустарников били наотмашь. Ноги постоянно цеплялись за корни и лианы. Остановившись и вглядываясь в темноту джунглей, Юзеф пояснил:

— Эти обезьяны не ходят по одной. В основном передвигаются группами — два-три самца и пять-шесть самок. — отдышавшись, он улыбнулся: — Так же как и мы, охраняют свою территорию. Если бы они кинулись на нас, одними ножами не отбиться, пришлось бы стрелять. А нам никак нельзя себя раскрывать.

Юзеф раскинул карту, подсветил ее мини-фонариком, сверился с компасом.

— Ну вот. Проверим последний пост — и в лагерь. Там с нашей группы стоят. Самый дальний от базы.

Укладывая карту в карман куртки, американец вдруг спросил:

— А как в Афганистане, тяжело было воевать?

Орлов кивнул головой на окружающие заросли:

— Там этого почти нет. Горы, пустыни, редко — кишлаки, чужой народ. А воевать, сам знаешь, только дуракам легко. Ты вот говоришь, что нам нельзя себя раскрывать. Перед кем? С кем у нас война? С полицией? С армией?..

Юзеф, высматривая хоть какой-нибудь признак тропы в зарослях, терпеливо объяснил:

— Если бы только с армией. Полиция, та далеко, но тоже может нагрянуть. А кроме них тут в джунглях полно самых разных партизанских или террористических группировок, которые постоянно воюют между собой, с нами, с правительственными войсками. Я сейчас тебе перечислю те, которые знаю. Боевики из революционных вооруженных сил Колумбии, маоисты из народно-освободительной армии и активные партизаны группировки «Надежда, мир, свобода». И, заметь, никто не брезгует промышлять кокаином. Деньги нужны всем. Так что, Александр, повоевать нам в любом случае придется, но за такие деньги можно…

Долорес — девушка с ярко выраженными чертами колумбийской индианки — была полукровкой. Луис Альмейдо в молодые годы встретил в диких джунглях дочь вождя племени чибча и не устоял перед ее чарами. Так на свет появилась Долорес. Природа иногда создает шедевры при смешивании крови разных наций и народностей. Одним из таких выдающихся творений природы стала эта девушка джунглей. Топ-моделям и всемирно признанным красавицам, уверенно шагающим по подиумам мира и глядящим с глянца дорогих журналов, было очень далеко до истинной красоты Долорес.

В многочисленных стычках и войнах, которые постоянно вело племя чибча, погибла мать Долорес. Альмейдо забрал дочь к себе и с тех пор воспитывал ее один, как мог воспитать только закоренелый холостяк. Долорес сопровождала отца повсюду в его сложной криминальной жизни. Всего лишь несколько раз она бывала в Медельине, прожив там в общей сложности несколько недель. Ее никогда не тянуло в этот человеческий муравейник. Джунгли, горы и предгорья — ее родина, и Долорес никогда бы не променяла влажный воздух тропиков на пахнущий бензином асфальт большого города. Она была истинное дитя джунглей.