Чтение онлайн

Что с нами было? Я понимал, что в тех экзотических переменах, которые происходили вокруг нас, виноват он, но никак не мог понять, как он это делает, и куда мы в конце-концов прибудем. Я знал, что мне необходимо догадаться, в чем тут секрет, но не мог просто спросить, иначе братец поймет, что сам я ничего не знаю. И тогда я окажусь в полной его власти. Казалось, он ничего не делал, только курил и смотрел в окно, но, свернув направо, мы оказались в голубой пустыне с розовым солнцем, сияющем на переливающемся небе. В зеркальце сзади тоже простиралась пустыня — на многие мили, сколько видел глаз. Да, интересный фокус.

Затем мотор закашлял, чихнул, опять заработал плавно. Потом еще раз.

Руль у меня в руках изменил форму.

Он принял вид полумесяца, и сиденье отодвинулось назад, сам автомобиль приобрел более низкую посадку, а ветровое стекло приподнялось.

Однако я ничего не сказал даже тогда, когда на нас обрушилась фиолетовая песчаная буря.

Но вот когда она пронеслась мимо, я чуть не вскрикнул от удивления.

Примерно в полумиле от нас на дороге сбилось в кучу множество машин. Все они стояли неподвижно, и я слышал, как они сигналили.

— Скинь скорость, — сказал он. — Вот и первое препятствие.

Я сбросил газ, и нас обдал новый порыв песчаного ветра. Только я собрался включить фары, как буря окончилась, и я несколько раз моргнул, чтобы убедиться, что не сплю.

Машин не было, гудки умолкли. Теперь вся дорога была в искрах, совсем как раньше тротуары, и я услышал, как Рэндом кого-то невнятно ругает.

— Черт! Убежден, что пришлось поменять направление именно так, как этого хотел тот, кто поставил этот блок, — сказал он. — И меня прямо злость берет, что я сделал то, чего от меня хотели — самое очевидное.

— Эрик? — спросил я.

— Может быть. Как ты думаешь, что нам сейчас делать? Изберем трудный путь или поедем дальше и посмотрим, есть там еще блоки или нет?

— Давай еще немного проедем. В конце-концов это всего лишь первый.

— Ну хорошо. Хотя кто знает, каким будет второй?

Второй был существом — я не знаю, какое ему еще можно подобрать определение.

Оно — существо — было похоже на плавильную печь с руками, шарящими по дороге. Оно подбирало автомобили и пожирало их.

Я ударил по тормозам.

— В чем дело? — спросил Рэндом. — Не останавливайся, иначе как мы проедем мимо?

— Я просто немного растерялся, — пробормотал я, и он бросил на меня странный косой взгляд.

Я знал, что сказал не совсем то, что нужно.

Налетела еще одна песчаная буря, а когда прояснилось, мы опять катили по ровной пустой дороге. В отдалении виднелись башни.

— Думаю, что надул его, — усмехнулся брат. — Пришлось закрутить несколько перемещений в одно, а этого, по-моему, он не ожидал. В конце-концов, никто не может закрыть все дороги в Эмбер.

— Что верно, то верно, — ответил я, пытаясь хоть несколько исправить положение после тех слов, что вызвали его косой взгляд. Я стал думать о Рэндоме. Маленький, хлипкий человечек, который мог погибнуть вместе со мной вчера вечером. В чем его сила? И о каких Отражениях все время идет речь? Что-то говорило мне — чем бы ни были эти его Отражения, сейчас мы двигались среди них. Но как? Это было явно его рук дело, но он сидел так спокойно, курил, и вообще был весь на виду, что я понял — он проделывает это с помощью своего мозга. Опять-таки, как?

Я, правда, слышал, как он говорил, что вот тут надо «прибавить», а тут «отнять», как будто вся вселенная была одним большим уравнением.

Я решил — и внезапно был уверен в правильности этого решения — что он действительно прибавляет и вычитает — в видимом, окружающем нас мире, чтобы подвести нас ближе и ближе к этому странному месту, Эмберу, и что это единственная возможность попасть туда.

И я тоже когда-то умел делать это. И ключ к этому умению, внезапно понял я, лежал в понимании Эмбера.

Но я не мог вспомнить.

Дорога резко свернула, пустыня кончилась, повсюду расстилались поля с высокой голубой травой. Через некоторое время пошли небольшие холмы, и у подножия третьего холма мостовая кончилась, мы въехали на узкую грязную дорогу. Она была довольно ухабистой и кружила возле других, высоких холмов, поросших невысокими колючими кустами.

Примерно через полчаса мы въехали в лес толстых квадратных деревьев, со множеством дупел в стволах, с причудливо изрезанными листьями осеннего желтого и пурпурного цветов.

Начал накрапывать небольшой дождик, сгустились тени. От мокрых листьев, лежащих на земле, поднимался бледный туман. Откуда-то справа послышался звериный вой.

Руль поменял форму еще три раза, в последнем варианте превратившись в деревянный многоугольник. Автомобиль стал больше и выше, и на капоте неведомо откуда появилось украшение в форме птицы фламинго. На сей раз я удержался от каких бы то ни было замечаний и ограничился тем, что молча пытался приспособиться к сидению, которое тоже все время меняло форму, и к управлению необычным автомобилем. Рэндом, однако, посмотрел на баранку после ее последнего превращения, покачал головой, и внезапно деревья стали значительно выше, с гроздьями лиан и сетями паутины, а машина приобрела почти прежний вид. У нас оставалось еще полбака бензина.

— Пока что мы продвигаемся вперед, — заметил мой брат, и я согласно кивнул головой.

Дорога внезапно расширилась и стала асфальтовой. По обеим сторонам ее расположились каналы, в них текла грязная вода. Листья, мелкие ветки и разноцветные перышки плавали по поверхности.

Тело вдруг стало легким, голова закружилась…

— Дыши медленно и поглубже, — посоветовал Рэндом — Попробуем пройти здесь напрямик, и атмосфера, и гравитация некоторое время будут другими. По-моему, нам до сих пор здорово везло, и я постараюсь воспользоваться этим — подъехать так близко, как только можно, и чем быстрее, тем лучше.