Чтение онлайн

Третьей в списке стояла «Первая звезда» с пометкой «нерегулярные рейсы».

Марина испытала нечто вроде триумфального ликования, но тут же поскучнела. Собственно говоря, никаких сногсшибательных открытий. Есть здесь представительство, ну и что?

Через четверть часа она неторопливо проехала мимо офисного здания, где среди двух десятков других вывесок красовалась и эмблема «Первой звезды». Заходить не было смысла: скорее всего, не только у нее, но и у любого, способного оплатить недешевые услуги, примут письмо или посылку, а потом честно доставят по адресу. Причем большая часть персонала наверняка вовсе не посвящена в закулисные дела.

На первом перекрестке она развернулась, прибавила газу и понеслась на восток, удаляясь от центра города.

Ехать пришлось недолго. Гостиница «Бунгало Ашота» располагалась в тихом квартале, лежавшем в отдалении от шумных центральных улиц. Прижав машину к тротуару, Марина выключила мотор и неторопливо огляделась.

Это был тишайший квартал, совсем небольшой. Справа — два ресторанчика, абсолютно безлюдных и совсем маленьких, кинотеатр и аптека. Слева — упомянутое «Бунгало», бар, тоже словно вымерший, парочка вовсе уж крохотных антикварных магазинов и еще один ресторанчик. Повсюду тишина, безлюдье, аккуратно подстриженные газоны, чисто вымытые стеклянные витрины…

Подобные квартальчики Марина прекрасно знала, они одинаковы под любыми широтами. Что бы там ни значилось по документам, владельцем всего квартала, от газонов до водосточных труб, обычно являлся одинединственный человек, в данном случае, господин Гукасян, и все это — одна большая декорация. Разумеется, случайный турист мирно сможет посидеть в баре, его никто не ограбит и не обидит. Наоборот, все заведения пользуются самой лучшей репутацией, там всегда спокойно до неправдоподобия, но потаенно кипит двойная жизнь. В задних комнатках ресторанов идут прелюбопытные переговоры и переходят из рук в руки интересные вещи. На втором этаже кинотеатра, куда посторонний уже не попадет, нередко развлекаются замысловато и предосудительно с точки зрения закона тихие господа с толстыми бумажниками, а в аптеке наверняка найдутся порошки и пилюли, имеющие мало общего с легальной фармацевтикой.

Понимающему человеку все ясно с первого взгляда — классическое городское поместье темного дельца. Один несомненный плюс: именно в такой гостинице может устроить себе надежное логово человек вроде Тимофея или самой Марины, по крайней мере, до тех пор, пока хозяина поместья не перекупят или не возьмут на испуг.

Наверняка ее машина уже виднелась на какомнибудь мониторе в одном из заведений. Не колеблясь, Марина вышла, прихватила сумку и направилась к синим стеклянным дверям «Бунгало».

Она шла целеустремленно, с безмятежным лицом, постукивая каблучками и чтото беззаботно насвистывая.

Конечно, довольно опрометчиво было соваться сюда, не зная здешних специфических порядков, но приходилось рисковать. Просто так в подобных местах не убивают даже незваных пришельцев, для этого нужно очень постараться, оттоптать массу любимых мозолей и сунуть нос чересчур глубоко.

В безукоризненно чистом вестибюле за стойкой сидела черноволосая девушка в строгом синем пиджаке с золотой эмблемой отеля на лацкане. В мгновение ока высмотрев лестницу на второй этаж, Марина попыталась, что называется, прорваться нахрапом. С независимым видом простучала каблучками мимо брюнетки, небрежно, на ходу, даже не поворачивая головы, взмахнув ключом с брелоком.

Брюнетка не произнесла ни слова, не попыталась задержать. Марина беспрепятственно достигла лестницы.

Там ее и ждали. Здоровенный черноволосый парень в отличном костюме повернулся к ней лицом на лестничной площадке, непреклонно перекрывая дорогу, а сзади, откудато из служебных помещений, возник второй, по первому впечатлению, его братблизнец. Крепкие, рослые ребята восточного типа с равным успехом могли оказаться как жителями Кавказа, так и коренными обитателями Малой Азии. Пиджаки специфически оттопыривались под левым локтем, но, разумеется, лицензии частных охранников или чегото вроде у обоих в полном порядке…

— Простите, девушка, вы куда спешите? — спросил тот, что стоял на лестнице, пока довольно вежливо.

Судя по обращению, веяния неоэтики этот райский уголок облетали стороной.

— К себе в номер, — сказала Марина с самой беззаботной и чарующей улыбкой, поднимая перед лицом двумя пальцами ключ.

— Можно взглянуть?

— Да, пожалуйста, — сказала Марина с вовсе уж ослепительной улыбкой, которая не оказала должного воздействия.

Взяв у нее ключ, привратник смотрел на него пару секунд, не больше, и поднял на Марину темные внимательные глаза.

Простите, там живете вовсе не вы…

— А вы ничего не путаете? — пожала она плечами.

— Деньги мне платят еще и за то, что я ничего не путаю. Может быть, вы просто не туда зашли? Домом ошиблись?

Другими словами, ей благородно предлагали выметаться отсюда к чертовой матери без всяких последствий. Бездна благородства и дружеского расположения…

— Прекрасно, — сказала она. — Ну, а как быть, если мне все же позарез нужно попасть в этот номер?

Черноволосые переглянулись.

— Может быть, вы домом ошиблись? — повторил один.

— Парни, идите вы к черту! — сказала Марина. — Не буду я с вами препираться!.. Хозяин здесь? Господин Гукасян, я имею в виду?

— А вы уверены, что вам так уж необходимо с ним видеться?

— А ты уверен, что тебя ктонибудь может испугаться?

Он сдержался, только помрачнел. Вежливо показал рукой.

— Прошу сюда…

Марина свернула в узкий коридор под табличкой «Служебные помещения», включив на полную мощность все свои дикарские рефлексы, чтобы не получить ненароком сзади по голове. Обошлось — парень с бесстрастной физиономией вышколенного лакея проводил ее до дубовой двери, деликатно постучал и тотчас распахнул. Чтото сказал с порога на абсолютно непонятном Марине языке, пропустил ее внутрь и захлопнул за ней дверь, остался в коридоре и наверняка не ушел, застыл у двери. Гдето тут, конечно, есть потайная кнопка, а там, снаружи — звонок или лампочка, это азбука для таких мест…

Кабинет был небольшой, обставленный с некоторым вкусом. На стене красовался парадный портрет президента и парочка какихто дипломов в застекленных рамках, с красными большими печатями.

За столом сидел горбоносый смуглый субъект в белоснежном костюме и розовой рубашке, у него были умопомрачительные усики в три миллиметра толщиной, безукоризненный пробор. На безымянном пальце правой руки сверкал огромный бриллиант, судя по всему, настоящий. Марину так и подмывало оглядеться — гдето поблизости непременно должна лежать белая широкополая шляпа бессмертного фасона «борсалино». Этот типчик словно соскочил с экрана, где крутят антикварный фильм о бурных разборках в Чикаго лет сто двадцать назад.