Дикарка
Шрифт:
Сюда она приехала из чистого любопытства. Не войдешь же к хозяину и не спросишь: «Не расскажете ли, почтенный китаец, почему вы следили за Тимофеем Сабашниковым, кто вам приказал и что вы успели пронюхать?» Достаточно и того, что она прекрасно знала: любое подобное заведение нередко — шкатулка с двойным дном, как и его персонал. Более того, в соответствии с давними китайскими традициями прятать все тайное поглубже, резидентом может оказаться не пузатый тип с золотыми часами на запястье в кабинете директора, а самый незаметный, непрезентабельный, глупейший на вид официант…
Мобильник залился тоненькой трелью, и Марина, не глядя, протянула руку, на ощупь нажала кнопку.
— Хреновые дела, подруга, — быстро заговорил Степан. — Они меня гонят по сто одиннадцатому в сторону моста. Две машины…
Изображения не было, вместо него появилась одна из стандартных картинок — какойто дурацкий букет неизвестных цветов.
— Кто? — спросила Марина.
— Хрен бы знать! Взялись по полной программе! Крыло уже разнесли, вышибают с дороги! Ммать… — голос на миг отдалился. — Это все изза тех запросов, гадом буду…
— Что ты дуришь? — крикнула Марина. — Звони в контору, пусть поднимают прикрытие!
Она услышала какойто скрежет, отчаянный автомобильный гудок.
— Сам не допер! Только толку… Все, все! Еще две вышли слева, с перекрестка! Гонят намост! Попробую соскочить…
— Звони дежурному, придурок! — заорала она, моментально вызвав в памяти шоссе под Питером, где все это сейчас происходило. — В службу безопасности!
— Ты что, не поняла ни хрена?! Все, некогда! Дисплей очистился.
— У вас какието неприятности, госпожа Романова? — послышался над головой вкрадчивый женский голос.
Марина вскинула глаза. У дверцы стояла давешняя китаянка, та, что подходила в клубе «Кассиопея» — молодая, красивая, в строгом синем платье, с загадочной улыбкой на розовых губах.
В руках у нее ничего не было, она стояла однаодинешенька, и Марина быстренько опомнилась. Моментально прикинула, как при необходимости пнет дверцу машины, чтобы сбить с ног загадочную незнакомку, если это понадобится.
— Да нет, с чего вы взяли? — пожала она плечами.
— А мне показалось, судя по обрывкам разговора, что у вас определенно нелады.
— Какое вам, собственно, дело? — спросила Марина спокойно, с ангельской улыбкой. — Откуда вы меня знаете?
— Ну, это очень маленький город, да и контингент невелик… Меня зовут Гуань, и я здесь работаю, — она слегка кивнула в сторону ресторана.
— С подносом ходите?
Китаянка вежливо улыбнулась.
— Нет, я танцовщица.
— Голышом танцуете?
— Когда как. Это зависит от хореографического рисунка танца, — невозмутимо сказала Гуань.
— Переведите. Мне ваши, балетные разговоры непонятны.
С непроницаемым лицом китаянка пояснила:
— Танцы бывают разные. Одни исполняют в обнаженном виде, тут вы правильно угадали, другие — в одежде… Но это совсем неинтересно, я думаю. Госпожа Романова, не хотите ли зайти к нам? У нас уютно и спокойно.
— Нет, спасибо. Не взяла с собой денег.
— Будете нашей гостьей.
— Не люблю быть обязанной.
— Это вас ни к чему не обязывает. Мы просто посидим и побеседуем.
— У нас есть темы для разговора?
— И прелюбопытные, — сказала китаянка стой же легкой, загадочной улыбкой. — Можно обсудить ваше задание…
— Вы меня с кемто путаете.
— Ну, отчего же? Вы никакая не наследница российского престола, не Наталья Романова, выросшая за границей. Вы — Марина Савич, полевой агент одного из разведывательных управлений Северного государства. И очень скоро попадете в крупные неприятности, если не прислушаетесь к советам друзей…
— Вы себя имеете в виду?
— Конечно.
— Приятно было побеседовать, — сказала Марина.
Легонько нажала педаль, и машина одним рывком вырвалась на широкую улицу. В зеркальце Марина видела, что китаянка стоит на прежнем месте, глядя ей вслед. Хорошенькие дела, сердито подумала Марина. Гдето утечка, и серьезная, если эта загадочная красотка совершенно правильно назвала ее настоящее имя. Вопрос только где? Не зная этого, невозможно строить версии, потому что…
Засвиристел телефон. Марина схватила его с сиденья, "проворно нажала кнопку. На сей раз экран работал. На нее смотрел совершенно незнакомый субъект лет сорока, с неприятным длинным лицом.
— Здравствуйте…
Бросив быстрый взгляд вправо, она увидела у тротуара свободное местечко и ловко припарковалась, не выключая мотора. Настороженно ответила:
— Здравствуйте…
То, что виднелось за спиной незнакомца, походило на обычный загородный пейзаж, но экран был слишком маленьким, чтобы рассмотреть детали. И все же… Над головой у него — определенно небо, он стоит на улице…
— Простите, я могу узнать вашу фамилию? И место, где вы сейчас находитесь? Я не могу определить номер вашего мобильника…
Ничего удивительного, подумала она. Такой уж хитрый телефон. Коекакая его нестандартная начинка бдительно следит, чтобы кто попало не узнал номера Марины и не засек ее координаты.
— А кто вы?
Она уже понимала, кого ей напоминает этот тип — ну, конечно, полицейского.
— Роберт Мягких, подполковник министерства внутренних дел, — сказал мужчина почти равнодушно, как человек, произносивший эту нехитрую формулу десятки раз. — Вы знаете господина Степана Романцова?
— Ну, вообщето… — сказала Марина осторожно. — Да в чем дело?
— Ваш номер не устанавливался, но последний звонок по мобильнику господина Романцова был сделан именно вам.
— Что случилось?
— Может, вы все же назоветесь и скажете, где находитесь?
— Что случилось, я вас спрашиваю?!
Изображение на дисплее дрогнуло, лицо уплыло в сторону — человек повернул свой аппарат. Спросил невозмутимо:
— Вам хорошо видно?
Марина молчала. Она даже узнавала места — сто одиннадцатый километр шоссе, поворот на мост, крутой откос… Внизу виднеется синяя машина, лежащая вверх колесами, смятая так, что кажется чуть ли не плоским листом железа.