Дикий Космос
Шрифт:
С оглушительным гулом, с грохочущим ревом похожим на предсмертный вопль некоего темного, древнего сказочного чудовища, храм ситхов осел, обрушиваясь внутрь себя, дробя на куски колонны, стены и потолок. Толчок от удара бросил их на пожухшую траву подобно удару кулака какого-то хулигана. Оби-Ван услышал гневные ругательства Бэйла. Услышал собственные проклятия, когда все его ушибы, порезы, царапины и трещины гневно напомнили о себе. Когда он почувствовал, как треснуло его ребро, на которое пришелся удар от спрятанного в тунике кристалла.
Тишина. Блаженная тишина. Один удар сердца. Другой. Третий...
Умри джедай, умри джедай, умри джедай, умри.
Глава 22
«Нет!»
Задыхающийся и сбитый с ног, Бэйл, услышал гневный, отчаянный крик и кое-как поднялся на ноги.
Это Оби-Ван. Окровавленный, наполовину оглушенный, стоящий на коленях и яростно кричащий на красно-черный кристалл зажатый в его правой руке. Зажатый так плотно, что кровь капала у него между пальцами.
Ему самому хотелось кричать. Хотелось снова броситься на землю и колотить кулаками по твердой, равнодушной глине. Нет, черт побери, нет. Разве это еще не закончилось? Почему это не прекратилось?
Но он не стал этого делать. Это бы не помогло. Неуверенно держась ногах, он осторожно двинулся влево, пока он не увидел лицо джедая. Оно было иссиня-белым, измазанным грязью, покрытым синяками, с раной над бровью, забитой грязью и залепленной подсохшей кровью. Его взгляд был дикими, глаза покраснели, запав так глубоко, как на пороге смерти. Это было лицо человека, далеко ушедшего за пределы своей выносливости.
«Оби-Ван?» — настороженно спросил он. «Оби-Ван, что случилось?»
Оби-Ван мотнул головой. «Убирайтесь! Отойдите! Вы не должны к этому прикасаться.»
Остановившись, он поднял руки, словно сдаваясь. Как пленный, который не способен причинить вред. «Ладно. Я не буду. Что это за штука? Она может отправить нас домой?»
Оби-Ван не ответил, лишь бросил свирепый взгляд на красно-черный кристалл. «Оно по прежнему шепчет. В моей голове, и это все, что я слышу. Умри джедай.»
«Тогда Оби-Ван, что бы это ни было, мы избавимся от него. Мы разобьем его. Мы...»
«Вы что спятили, Органа?» — закричал джедай. О, боже, он превратился в какое-то безумное подобие человека. «Это устройство спасет нас! Это единственное, что может спасти нас! Но оно не прекратит шептать и не оставит меня в покое!»
«Ладно, Оби-Ван,» — успокаивающе сказал Бэйл. «Тогда, почему бы вам не отдать его мне? Оно не сможет мне навредить, поскольку я не способен его услышать. Позвольте мне сохранить его, как ваш световой меч, и мы найдем способ заткнуть эту криффову штуковину.» Он сделал один осторожный шажок. «Как вам такой план?»
«Я сказал, назад!» — крикнул Оби-Ван, и нанес ему прямой удар кулаком правой руки. Бэйл почувствовал удар в грудь. Почувствовал, как волна Силы подхватила его. Почувствовал, как летит, совершенно беспомощный, чтобы переломать позвоночник - к ближайшим развалинам храма, примерно в тридцати шагах оттуда. Результат падения оказался гораздо хуже чем тогда, когда он был брошен из кабины корабля. Тогда Оби-Ван пытался совладать с влечением, принуждающим его к насилию.
Но не на этот раз. В этот раз джедай подчинился ему.
Удар от столкновения пробудил утихшую было боль в каждой части тела Бэйла. Он не мог шевелиться, не мог дышать, не мог говорить или даже стонать. Его нервную систему парализовало - световой меч был для него бесполезен. Ему оставалось лишь лежать там и ждать.
Он сказал, что это может случиться. Он говорил, что может измениться. Но я ему не поверил. Я дурак. На этот раз я действительно умру.
Но Оби-Ван не обратил на него внимания. Он по прежнему стоял на коленях, прижав красно-черный кристалл ко лбу, а его губы шевелились. Одно слово, снова и снова, беззвучно и отчаянно... но казалось, что ничего не происходило.
«Я не слышу!» — крикнул он. «Прекратите шептать мне!»
Воспользовавшись рассеянностью Оби-Вана, Бэйл изо всех сил попытался пошевелиться, но его охваченное нервным параличем тело по прежнему отказывалось повиноваться. А затем, именно когда он подумал, что может по настоящему задохнуться, его диафрагма сократилась, и он смог дышать. Хрипя и задыхаясь, он согнул руки, потом ноги, испугавшись на один краткий миг, что ему нанесена какая-нибудь ужасная травма. Он услышал как осыпаясь шуршат, брякают и стучат камни, когда каменные обломки начали оползать и проседать вокруг него. Что заставило его подняться на ноги, не взирая на все неудобства, представляя себе неминуемое размозжение под рушащимися бордово-черными глыбами.
И Оби-Ван снова отправил его в полет.
Он шлепнулся на открытом участке, сильно ударившись боком. В его левом плече, уже и без того достаточно травмированном, что-то разорвалось - и все его обиженные нервы и сухожилия захлестнуло раскаленной добела болью. Он закусил рассеченную губу зубами, подавляя крик. Смутно, слышал, как Оби-Ван тоже кричит.
«Тише - замолчите!»
Что, черт побери, он пытался сделать?
Кто знает? Он наконец спятил. Пусть теперь хоть голову себе вдребезги разобьет, мне все равно.
Вот только он вовсе так не думал. Это говорило его искалеченное плечо. И все эти дни и ночи в напряжении, голоде, жажде и страхе. Оби-Ван не враг, он сам был жестоко затравлен врагом, и если он... если он...
Как такой Джедай как Оби-Ван мог сойти с ума? После всех своих лет обучения, после всего, что он видел и сделал? Он хороший человек. Он великий человек. Как такое возможно?
Темная сторона. Ситхи.
Я никогда не знал, что способен кого-то так ненавидеть. Ненавидеть так, что могу почувствовать вкус этого. Ненавидеть так, что мог бы убить.