Чтение онлайн

Чувства при этом Лексус снова испытал смешанные: глубокое счастье (Вовка жив!) и одновременно ужас. Вспыхнула мысль: неужели мне придется убить его своими руками?

Нет, только не это! – решает он и начинает сочинять следующую серию своей эпопеи.

– …в тот день, когда Анечка захлебнулась, – говорит он жене, напряженно наблюдая за ее лицом, – они – Ася и Василий – были вместе.

Ася забыла о дочке, потому что занималась любовью с чужим мужиком!..

Лексус знает Веру, хорошо знает. Он посеял в ее мозгу зернышко раздора, оно обязательно разрастется в пышное дерево, а дерево принесет свои плоды.

Сейчас в интерактивном театре Лексуса разыгрывалась пьеса для двух актеров. Сцены, реплики и взаимоотношения персонажей изменились, а вот жанр остался прежним: драма.

Нож, припрятанный под кроватью Вовуса, – это главный подводный камень сюжета, его зерно, катализатор. Согласно задумке режиссера, Вера должна обнаружить его в самое ближайшее время. Если это не произойдет как бы ненароком, Лексусу придется принять меры. В остальном Вера уже готова проделать работу своего мужа – избавиться от Вовки, принести вторую жертву. А после наступит и ее черед.

Лексус видит, что Вера уходит на кухню. Он переключает камеру и с удивлением видит – его вдова решила поесть! Она обожала супруга десять лет, а после его жуткой смерти не роняет ни слезинки, готовит себе внушительных размеров бутерброд и с большим аппетитом приступает к еде!

Вдруг жена кладет еду обратно на тарелку, выходит в холл. Снова переключив камеру, Лексус видит, что она поднимается наверх и входит в комнату сестры. Третья камера, установленная в спальне Аси, радует его беспредельно! Вера находит нож.

Нож производит на жену Лексуса именно то впечатление, на которое он и рассчитывал. Вера наспех одевается, выбегает с ножом из Дома.

Лексус перемещается из своей каморки к окну коридора второго этажа. Только отсюда он видит, где находится его супруга. И – о, счастье! – над краем склона показывается фигура Вовуса. С замиранием сердца, с надеждой и тоской Алексей следит за их встречей.

Вера кричит что-то сквозь дождь, разворачивая сверток и протягивая серебристое лезвие Вовусу.

– Что ты делаешь, дура! – шипит Лексус. – Он же убийца, он твою сестру пырнул ножом!

Вовус берет нож.

Лексус, моментально перестроив в своем мозгу сюжет, комментирует ситуацию, подражая голосу снохи:

– Любимый, Вера убила меня! Отомсти ей за меня!

Его голос звучит забавно, но Лексус даже не улыбается. От напряжения он стискивает подоконник пальцами так, что они становятся белее куска мрамора.

Брат небрежно отбрасывает нож в сторону, шагает к Вере, раскрыв объятия.

– Идиот! – кричит Лексус, пугая сам себя.

Он отскакивает от окна, обхватывает свою голову руками, кружится на месте и воет в голос. Гамлет зароет его, уничтожит! Зароет и уничтожит вместе с Вовусом и Верой.

Застонав, он опускает руки, заставляет себя вернуться к окну. Видит тех двоих, поливаемых небывалым ливнем. Его сердце сдавливает чудовищная тоска: ему жаль их, усталых, измученных, стоящих, как и он сам, на пороге смерти. Наблюдатель сжимает кулаки, удерживая себя от безумного желания выскочить в мокрый холодный темный осенний вечер. Выскочить и рассказать всю правду.

Проходит ночь, и эти двое на экране монитора начинают сводить Лексуса с ума.

Утром ливень выкидывает пару сюрпризов: громы и молнии, новые потоки воды… А Вовус с Верой пьют, тупо, молча пьют и ничего не делают. Они даже телевизор не смотрят. Почти не разговаривают, редко покидают комнату. Из-за их молчания он не может предугадать, чем же все завершится…

Вовус выглядит измученным, как и тогда, когда он вернулся в Дом, разбив свой фолькс. На этот раз он вымотался по собственной глупости. Лексус догадывался, что брат попытался спуститься вниз по крутому склону горы к двум подушкам и нескольким полотенцам, впихнутым в белый спортивный костюм Алексея.

Он постарался закинуть своего двойника вниз по склону как можно дальше. Так далеко, чтобы даже его додельник-брат не смог до него добраться. Эти десять метров вниз, в ливень, по скользким опавшим листьям, между потоками воды, стекавшей с горы бурными ручьями, были не просто сложными для спуска и подъема, они были опасными для жизни. Стоило раз поскользнуться – и полетишь вниз, а после встретишься со стволом дерева или с валуном. Обратно выбраться уже не удалось бы.

Но зато Лексусу не пришлось бы убивать брата своими руками.

Алексей смотрит на монитор, сидя в своем чуланчике, умело спрятанном на чердаке Дома. Только что снова звонил Гамлет. Он хочет, чтобы Лексус прямо сейчас завершил свой спектакль. Гамлет напоминает, что у Лексуса есть револьвер, который можно и нужно использовать.

Лексус знает, что он послушается Гамлета, это неизбежно. Надо лишь взять себя в руки. В запасах Лексуса есть двухсотпятидесятиграммовая бутылка коньяка Боровиковского алкогольного завода. Он прикладывается к горлышку бутылки, надеясь, что алкоголь ему поможет.

– Вера, мне нужны эти деньги, ты понимаешь? – Голос брата в наушниках звучит неестественно высоко. – У меня море планов. Я не могу отдать тебе половину только потому, что ты хочешь спустить деньги на чушь. Тебе придется отдать мне все, ясно?!

Лексус пытается угадать, как реагирует Вера на слова Вовуса. Она должна сойти с ума, просто обязана! И у нее есть пистолет.

Это странно, думает мимоходом Лексус, что брат и жена ссорятся из-за денег. Он сделал все, чтобы Вера поняла: Асю убил Вовка, а Вовус, несомненно, осмыслил, что именно Вера стреляла в его брата.