Драфт
Шрифт:
«Тебе не кажется, что „физически“ — не самый уместный термин в моем случае?»
— Но ведь время в Ноосфере течет для тебя так же?
«Не совсем. Я пользуюсь принципом непересекающихся нарративов».
— Это как?
«Каждая история может быть рассказана параллельно, пока они не пересекаются».
— Тогда для умерших не имеет значения, насколько ты задержишься здесь? Пока это не пересекается с их историей?
«Для них — нет», — Ди взглянула на него. — « Но для меня имеет».
Она резко затормозила и припарковалась у парадного входа в отель, прямо под знаком «Парковка запрещена». Лобби светилось красным, и над дверями красовалась огромная золотая вывеска «Алый рай».
Ди уже вышла из машины и направилась ко входу; Тим поспешил за ней. Швейцар — высокий худощавый вампир с крючковатым носом — направился им навстречу, но Ди выхватила из кобуры на бедре пистолет и направила ему в лицо.
«Мы к Бенедикту», — бросила она на ходу. Тим виновато улыбнулся вампиру и проскочил следом за Ди в лобби. Девушка-вампир за стойкой ресепшн увидела пистолет в руке Ди и даже не попыталась что-то им сказать.
«Если ты их пристрелишь», — подумал Тим, — « они умрут?»
«Вряд ли. Это вампиры, они и так нежить. Но им придется довольно долго собирать себя по кусочкам — а это неприятное занятие, поверь мне».
Тим невольно вздрогнул.
Они дошли до лифтов. Лакей, дежуривший у них, последовал примеру девушки за стойкой и сделал вид, что никого не видит.
— И это вся охрана, которая есть у Бенедикта? — удивился Тим, когда они вошли в лифт без зеркал и за ними закрылись двери.
«Нет, конечно». — Ди достала второй пистолет. — « Они ждут нас наверху».
Она обернулась на Тима.
«Держись позади меня», — велела она. — «Сейчас будет жарко». — Ее голубые глаза ярко блеснули — и Тим почувствовал в ее словах предвкушение.
— Дело не в том, что ты спешишь, верно? — спросил он внезапно. — Дело в том, что ты все еще злишься.
Светящиеся глаза стали непроницаемыми.
— На Идена? — спросил Тим — почти не надеясь, что она ответит. Но она неожиданно сказала:
«Нет. На себя».
— За что?
В этот момент лифт остановился. Ди отвернулась от Тима и подняла пистолеты.
Она начала стрелять, как только двери начали открываться, в первый открывшийся просвет — и когда они открылись полностью, в холле уже не осталось ни одного вампира, стоявшего на ногах. Ди осторожно вышла из лифта, осмотрелась и поманила Тима за собой, шагая по коридору мимо изувеченных тел. Тим очень старался не рассматривать их.
У высоких двустворчатых дверей Ди остановилась и подергала ручку; они были заперты. Она отошла на шаг — и со всей силы ударила ногой в замок. Тим ожидал, что она его выбьет — но вместо этого двери вылетели из проема вместе с дверной коробкой, вздымая в воздух облака гипсовой пыли. За ними было темно.
Тим всматривался в темноту, тщетно пытаясь разглядеть из-за плеча Ди. Он ожидал, что в любой момент что-то может наброситься на них оттуда — но ничего не происходило. Пыль оседала на багровые полы пепельной сединой.
Раздался едва различимый шум, и из выломанного проема в коридор вышел черный котик. На шее у него был шелковый бордовый ошейник, а шкурка была слегка припорошена пылью. Отойдя на несколько шагов в сторону лифтов, котик сел на пол и начал сосредоточенно вылизываться.
В голове Тима раздался тяжелый вздох.
«Бенедикт», — сказала Ди, обращаясь к котику. — « Со мной это не работает».
Котик уставился на нее полным презрения взглядом.
— Но согласись, что это было эффектно, — произнес он, отчетливо разевая рот — и начал увеличиваться и расти, пока не превратился в бледного темноволосого мужчину в шелковом бордовом пиджаке.
Бенедикт стряхнул с одежды остатки пыли и кисло посмотрел на выломанную дверь.
— Это было совершенно излишним, — заметил он.
«Излишним?» — Ди подняла бровь. — « Скажи спасибо, что я не выломала что-нибудь тебе».
Бенедикт самодовольно усмехнулся.
— Ты этого никогда не сделаешь.
«Почему ты так в этом уверен?»
— Потому что это не я виноват в том, что с тобой случилось.
«Это ты заставил меня переодеться».
— Заставил? — Бенедикт вскинул бровь. — Я предложил тебе сделку. Ты знала, на что идешь.
«А ты был рад, что я согласилась».
Он пожал плечами, критически осматривая рукав шлафрока на предмет остатков пыли.
— Это мое амплуа, Смерть. Злодей, помнишь? Не хочешь, чтобы над тобой издевались — не заключай сделки с сомнительными личностями.
«Все могут измениться, Бенедикт», — заметила Ди. — « С тех пор, как появился он». — Она указала на Тима.
Бенедикт хитро глянул на нее.
— И какой мне будет с этого профит?
«Ладно, возможно, тебе уже поздно меняться».
Он усмехнулся.
— Давайте перейдем к делу. Вы ведь не просто так выломали мне дверь, верно?
«Верно. Мы…»
Он поднял худощавую руку, прерывая ее.
— Я упрощу вам задачу. Вам нужен Тони.
— Тони? — удивился Тим.
— Да. Он ваш таинственный вор.
«Почему ты говоришь нам это сейчас?» — нахмурилась Ди.
Бенедикт осклабился.
— Потому что ты права — мне надо меньше думать о выгоде и научиться радоваться простым вещам.