Чтение онлайн

— Как ты? — озабоченно спросил Любомир, когда я, наконец, сгрузил чемодан в багажник. Который, кстати, туда едва поместился.

— Жрать хочу, — признался я. — Нечеловечески!

— Убери невидимость. А то на дороге опасно будет, — посоветовал дух.

Я с облегчением отпустил заклятие.

— Тут рядом есть пара мест. Открытых для простолюдинов, но приличных, туда и благородные иногда заглядывают, — сказал он. — «Царская охота», «Причал»…

— «Вкусно и точка!» — перебил я.

— Ну да… неплохо так…

— Забегаловка так называется, — пояснил я. — Видел по дороге. Блин, я не дождусь, пока будут меню нести, готовить, вот это всё… сам кого-нибудь сожру, прямо в зале!

Любомир посмотрел на меня настороженно, но промолчал.

По дороге я захлёбывался слюной, представляя вкус свежего «Биг спешиал».

Домчали быстро. Я зарулил в секцию автозаказов. К счастью, тут не было очереди, но мне казалось, что девушка-работник так медленно принимает заказы, что хотелось рычать. Я разрывался между тем, чтобы заказать ещё и скоростью заказа, остановившись где-то на пятой позиции в меню.

— Ты что будешь? — буркнул я, обращаясь к Любомиру.

Тот ответил мне испуганным взглядом.

— Извини, — тут же поправился я.

— Да ничего. Понимаю, — кивнул дух.

Ожидание заказа тянулось бесконечно долго. Когда вожделенный пакет, наконец, оказался в моих руках, я едва не разорвал его зубами. Но остановился, вспомнив про Любомира и его замечание насчёт смердовских привычек.

Отъехав на парковку, я поставил авто на ручник, и принялся насыщаться. С достоинством, стараясь не чавкать.

Наконец, на третьем бургере, голод начал отступать. По телу разливалось приятное тепло. Если бы ещё ушибленный копчик не ныл — я был бы совершенно счастлив.

Вздохнув с облегчением, я посмотрел на Любомира. Тот смотрел на меня с каким-то особенным выражением, которое я раньше не замечал за ним.

— Как ты? — спросил он.

— Лучше, спасибо, — кивнул я, прихлёбывая сладкую газировку.

— Слушай… а можешь мне тоже захватить один из таких бургеров, пожалуйста, — неожиданно попросил он. — В жизни ничего подобного не пробовал.

— Конечно, — кивнул я.

— Спасибо… — он замялся, будто собирался что-то ещё добавить, но никак не мог решиться.

— Что? — теперь улыбался я. — Говори уже.

— Ничего. Просто теперь видно, что ты наш. Точно. Извини тоже, я поначалу сомневался. Когда тебя увидел с тем коробом за спиной…

Я вздохнул. Аккуратно убрал коробки от бургеров обратно в пакет, тщательно вытер руки. Потом тронул машину. Снова заехал для заказа и купил ещё один «Биг спешиал».

Некоторое время ехали молча.

— Знаешь, — первым заговорил я. — Я вот долгое время верил в то, что всё в нашей жизни зависит от нас самих.

Любомир прыснул, но тут же осёкся, снова стал серьёзным.

— Извини, — сказал он.

— Да ничего. Это ведь стараются всем внушать, верно? Работай — и всё у тебя будет. Шанс подняться есть у каждого и всё такое, да? Так вот, я далеко не сразу понял, что жизнь — она фундаментально несправедлива. Нет никакого гарантированного механизма «сделал то-то — получи то-то».

— Ты прав, всё немного сложнее устроено, — кивнул Любомир. — Самое главное в жизни — помнить, кто ты есть. И поступать, исходя из этого знания.

— Я был единственным ребёнком в неполной семье, — продолжал я. — И с раннего детства мечтал о брате.

— О, у меня было много братьев! И сестёр! — улыбнулся Любомир. — Иногда мне даже казалось, что я их ненавижу, особенно старших, но после всего, что случилось… — он выдержал небольшую паузу. — Теперь я понимаю, как сильно любил их всё это время. И даже вторую жену отца, Миловеру, тоже любил. И, наверно, твою маму тоже, хоть и не знал её.

— Ты младший, братишка… — сказал я, чувствуя неприятное жжение в глазах. — И это несправедливо. Так не должно было быть… не на твоём месте.

— А вот это ты брось, брат! — серьёзно сказал Любомир. — На всё воля богов! Учись ценить то, что имеешь. И оставаться собой. Это главное, что отличает благородных от простолюдинов — мы в любой ситуации имеем достаточно сил, чтобы быть собой. Чтобы не прогибаться. И ещё мы знаем, что Род и долг перед ним — выше наших жизней.

— Я… понимаю.

— И ещё, брат. До отъезда я попрошу тебя совершить большую тризну по недавно погибшим родным. Им будет лучше на лугах, когда они узнают, что ты жив. Это важно. Не знаю, когда ещё у нас будет такая возможность.

— Конечно. Я сделаю всё, что нужно.

Чтобы закупить продукты для тризны по родичам, мы заехали в «Азбуку вкуса» в Одинцово. Народу на парковке было мало и это не могло не радовать. Припарковав «Гелик» и уже собираясь выходить, я зацепился взглядом за камеру, направленную на вход в торговый центр. Мне пришла в голову одна неприятная мысль.

— Слушай, а меня ведь, наверно, всё ещё продолжают искать, — сказал я.

— Не наверно — точно ищут. Можешь не сомневаться, Васильевы так просто не отступят, — ответил Любомир. — Только ищут они не тебя, а некоего смерда Андрея Волкова.

— Это если не изучили подробно мамину биографию, — ответил я. — Мы же обсуждали.

— Гвардия не любит встревать я в такие дела, считает, что благородные дома должны сами разбираться с простолюдинами. А без их помощи идентификацию не провести, даже если возникнет подозрение. На это нужно время.

— Хорошо, конечно, — ответил я. — Но что, если меня сейчас по камерам засекут? А уже потом, когда будет инфа, докрутят, проследят путь, ну и того…

— Камеры, блин, — Любомир хлопнул себя по призрачному лбу. Удивительно, но звук получился вполне натуральным. — Я затупил, извини. Благородных строго-настрого запрещено добавлять в какие-либо базы или тем более искать машинным зрением.