Чтение онлайн

— Ладно, ладно! — поспешил заверить я. — Не буду!

— А вообще нет. Владетель спокойный и рассудительный. Гораздо спокойнее своего отца, как люди говорят. И справедливый… ну, в общих случаях, о которых известно, по крайней мере. Просто там была неприятная ситуация, старого графа подставили, а он повёлся, вовремя ситуацию не просчитав… короче, так получилось. Сейчас формально к новому графу, моему дяде, никаких претензий нет. И его не трогают особо. Но и подняться не дают. Смерды, которые принадлежат ему, живут в беднейших районах Поволжья. Предприятия ему не жалуют — наоборот, за старые долги по налогам, которые якобы нашлись у старого графа, забрали пивной завод в Самаре. И кое-что ещё по мелочи. В общем, бедно сейчас семья живёт. И ладно бы не гордые были, пошли бы к бате, обратились, он бы помог. И мама его уговаривала. Но Ратимир нет, ни в какую!

Любомир вздохнул.

— Один из последних разговоров при мне был. Случайно в летнем саду подслушал. Речь шла о выкупе маленькой нефтяной концессии на полях Заволжья, там сумма небольшая. Граф хотел в долги влезть, но никак не мог договориться о ссуде. Мама предлагала обратиться к отцу. Говорила, что сама всё сделает — ей нужно только позволить. Но дядя как рогом в землю упёрся — и ни в какую.

— Бывают такие люди, — кивнул я. — Оказывается и в высшем обществе тоже…

— Бывают, бывают, — подтвердил Любомир. — Но сам по себе граф человек достойный, правильный. Узнав, в каком мы положении, он не предаст. Я в этом совершенно точно уверен.

— Ладно, — сказал я. — Допустим, у нас есть обедневший родственник в Поволжье. Для чего это нам надо?

— Нужно разобраться в ситуации, — продолжал дух. — Понять, что произошло, как именно, кто замешан. А для этого надо быть вхожим в общество, причём так, чтобы не привлекать лишнего внимания. Надо с людьми поговорить, нужные знакомства завести. Понимаешь?

— Эк у тебя всё просто! — улыбнулся я. — А ничего, что я вообще не знаком с этим самым обществом? Как вести себя, что говорить? Как вот мне к твоему дяде обращаться? Как в фильмах? Величество-высочество?

Любомир грустно вздохнул.

— Величество — это Владетель, — пояснил он. — Высочества — все принцы и принцессы. К дяде моему надо обращаться «светлость», у него хоть родословная и длинная, но не из Рюриковичей или Гедеминовичей, как мы. К тебе должны обращаться не иначе как «сиятельство»… это просто, на самом деле. Легко запомнить. И потом, в быту сейчас это всё не соблюдают, только на официальных мероприятиях. Всё-таки годы скрытной жизни сказываются. А вообще у тебя есть я, а ты — Великий Волхв! Так что справимся.

— Ладно… — кивнул я. — Справимся так справимся.

— Но вообще ты прав, конечно. Тебе тоже надо учиться, — неожиданно добавил Любомир. — Как раз для этого и нужно тихое место. Время выиграть.

Сборы много времени не заняли. Я взял с собой немного сменной одежды, наличные из запасов убежища — и всё. Вообще после развода я как-то спокойно начал относиться к вещам. За всё время даже не подумал о тех, что остались на съёмной комнате.

Чемодан с фамильными документами так и лежал в багажнике «Гелика».

Уже в гараже я грустно посмотрел на «Ламбу». Так и не успел прокатиться. А теперь уже не очень-то и хочется.

— Хорошо здесь было… — грустно сказал я.

Любомир скептически ухмыльнулся.

— Это смотря с чем сравнивать.

— Слушай, если они нагрянут сюда — это что же, всё может быть уничтожено? Родовые книги, альбомы, картины… как-то жалко, нет разве?

— Не уничтожат, конечно, — улыбнулся Любомир. — В крайнем случае на склад заберут, как наследие ушедших родов. И потом, вся информация продублирована на электронных носителях. В документах, которые мы забрали, есть флэшки и диски, просто на всякий случай.

— Предусмотрительно.

— Ну так!

Попрощавшись с родовым капищем, я прошёл в гараж и сел в «Гелик». Завёл двигатель. Обратил внимание, что бак снова полный.

— Слушай, а что с людьми будет? Которые тут всё обслуживали? — спросил я Любомира, который уже устроился на соседнем кресле.

— Простолюдинами-то? — уточнил он.

— Ну да.

— Да ничего с ними не будет. Допросят, проверят — после чего будут дальше свои обязанности исполнять. Деньги на содержание убежища идут с доходов слепого траста, их никто не сможет изъять. Так что всё заморозится на двадцать лет. Ну, в теории.

— Хорошо, — кивнул я. — Мне бы хотелось сюда когда-нибудь вернуться.

— На всё воля богов! — улыбнулся Любомир.

Убежище находилось к западу от Москвы. Так что нам пришлось вернуться в город и через МКАД доехать до Рязанки. Чтобы ехать было не так скучно, я покопался в системе развлечений и включил радио. Подобрал станции по вкусу. Любомир не возражал.

— Слушай, может, смартфон купим? — предложил я.

— Зачем? — удивился Любомир.

— Музыку без рекламы послушать, новости почитать. Да и навигатор не помешает.

— Я знаю, куда ехать, — удивился дух. — А вообще в благородной среде не принято пользоваться такими вещами. Это же средства контроля за простолюдинами. С их появлением он сильно упростился. Даже прописки остались больше как дань традиции и формальность, чем реальная необходимость.

— Вот как…

— Ну да, это очевидно же. Что самое интересное, простолюдины ведь тоже об этом знают. Но их жизнь выстроена так, что они не могут позволить себе отказаться от шпиона в своём кармане.

Я подумал о приложении для курьеров. О навигаторе. О банковских приложениях…

— Да, — сказал я сухо. — Я заметил.

— Извини, — вздохнул Любомир.

— Да не за что извиняться, ты ведь прав.

— Кстати, некоторые благородные, которые активно заняты в хозяйственных процессах, часто носят с собой имитацию, чтобы не выделяться, — добавил дух.

— Слушай, среди чиновников и бизнесменов тоже ведь бывают простолюдины, да? И что, они совсем ни о чём не догадываются? — спросил я.

— Те, кто ближе к верхушке, догадываются, конечно, — кивнул он. — А кое-кто из самых успешных даже знают. Как и некоторая прислуга в благородных домах, которых мы называем «челядь». Они надеются со временем выслужиться в дворянство, собирают свои родословные, платят баснословные деньжищи разным расследователям, которые ищут семейные корни, чтобы предков узнавать. Как-то так.