Ее наемник
Шрифт:
«Киран». Я встал.
Мы пожали друг другу руки, а Франциска вернулась и налила еще по стакану виски. «Сегодня в баре сумасшедший вечер», — сказал Киран.
Его ирландский акцент был почти незаметен. В то время как Киран намеренно подавлял свой акцент после переезда в США и вступления в ЦРУ, я же цеплялся за свой и не отпускал.
Киран поднял свой стакан, сделал глоток и проглотил. Он приподнял брови, глядя на янтарную жидкость. «Хорошо».
«Сенатор принес его для тебя».
«Не сомневаюсь». Киран ухмыльнулся и оперся локтями на стол.
Хотя прошло уже два года с тех пор, как я видел его в последний раз, сорокалетний мужчина выглядел точно так же. Короткие каштановые волосы, зачесанные набок, и идеально подстриженная борода того же цвета.
Киран Хили был единственным человеком, который когда-либо побеждал меня в армрестлинге — о чем он до сих пор мне напоминает. Мы познакомились вскоре после того, как я начал работать в Astor Stone, военизированной подрядной фирме, действующей под видом частного детективного агентства. Оба будучи ирландскими иммигрантами, мы быстро сблизились, сформировав прочные рабочие отношения и самое близкое к дружбе, что у меня было.
В любом случае, насколько это было возможно.
«Жаль, что он не привел с собой одну из своих женщин, — сказал Киран. — Я думал, ты усвоил урок».
«Я научился прятать кошелек, прежде чем снимать одежду». Он пожал плечами.
«Но вечер был веселым. Стоил каждой секунды».
«Не многие люди сочтут ограбление хорошим вечером».
«Не многие могут гнуться так, как она». Он ухмыльнулся. «Кстати, у тебя есть девушка?»
«Такую, которая не будет воровать мои деньги? Нет».
«Подумай об этом. Ты не молодеешь. Однажды ты пожалеешь, когда будешь дохнуть в одиночестве».
«Так какая разница, если я все равно в конце концов умру».
«Одиночество — вот в чем дело. Ты умрешь один».
Я взял салфетку, которая мне не была нужна, и вытер пятно на столе, которого там не было.
Киран улыбнулся. «Так, во сколько ты приехал?»
«Около четырех часов назад»
«Как долго ты в Мексике?»
«Меньше двух недель».
«В Пуэрто-Вальярте?» Я кивнул.
«Что-нибудь нашел?»
«Ни черта. Через несколько часов я возвращаюсь — завтра у меня встреча с тайным агентом мексиканского правительства. А что у тебя для меня есть?» — спросил я, переходя к делу. Я презирал светскую беседу почти так же сильно, как мексиканскую икру.
«У меня есть десять минут, чтобы встретиться со старым другом и выпить немного украденного виски».
«Да ладно тебе...»
«Чувак, ты же знаешь, что меня могут уволить, а то и убить, за то, что я встречаюсь с тобой тайно».
«А я знаю, что ты трахаешь дочь мексиканского посла в США. Так что, если ты не хочешь, чтобы эта информация появилась в утренней газете ...
«Боже, ты такой мудак».
«Именно поэтому мы так хорошо ладим».
«К сожалению, это правда. Ладно. Во-первых, анонимное письмо с видео, которое тебе прислали, полностью неотслеживаемо».
«Почему?»
«Тот, кто его отправил, использовал поддельный IP-адрес и сервер-призрак. Отследить его невозможно. То же самое и с прикрепленным видео. Это был измененный файл».
«И что с того?»
«Когда файл редактируется, исходные метаданные удаляются». Я поднял свой бокал. «Ты же не пришел сюда, чтобы сказать мне, что провалился, Киран».
«Нет. Как я уже сказал, видео, которое ты мне прислал, было изменено — отредактировано в приложении для мобильного телефона. Учитывая содержание, это меня не удивило, но удивило то, что местоположение тоже было изменено». Я нахмурился. «Позволь мне объяснить», — сказал он.
«Мобильные телефоны используют службы определения местоположения, чтобы точно определить твое местонахождение, используя комбинацию GPS, Bluetooth, точек доступа и местоположения сотовых вышек».
«Геотеги. Переходи к сути, черт возьми».
«Верно. Итак, каждый раз, когда вы делаете фото или снимаете видео, в метаданных сохраняется целый ряд сведений в виде EXIF-данных. Эти данные дают мне массу информации, например, не только о том, когда, где и как было снято видео или проведена коммуникация, но и о том, кто еще был вовлечен, кто инициировал коммуникацию и т. д. Но благодаря шумихе вокруг вопросов конфиденциальности производители телефонов добавили опции, позволяющие пользователям удалять метаданные о местоположении, что значительно усложнило отслеживание для таких людей, как я, и облегчило преступникам возможность уйти от ответственности... особенно когда они становятся чертовски хитрыми».
«Ты о чем?».
«Это называется спуфингом или схематическим отравлением. По сути, в данном случае, вместо того, чтобы отключить службы определения местоположения, тот, кто отправил видео, подделал метаданные, присвоив файлу ложное местоположение».
«Чтобы сбить меня с толку».
«Верно».
«Это означает, что тот, кто отправил видео, у него есть, что скрывать и знает, что его отслеживают».
«Без сомнения. Цель может быть не только в том, чтобы ввести в заблуждение следователей, но и сорвать расследование или даже шантажировать».
Киран отпил из своего стакана. «Или они просто издеваются над тобой»
«Никто не посылает видео с похищенной женщиной в ошейнике и цепях просто для развлечения».
Киран пожал плечами, не выказывая эмоций. Этот человек видел все.
«И все?» — спросил я. «Это все, что у тебя есть для меня?»
«Я бы сказал, что подтверждение того, что кто-то издевается над тобой и, вероятно, следит за каждым твоим шагом, — это информация, которую стоит передать».
«Спасибо».
«Кто-то не хочет, чтобы ты расследовал дело об исчезновении этой девушки».