Её вина
Шрифт:
А я вовремя! Спортсмены, которых я видела в квартире Громова, заняты мясом. Оно уже готово, и аромат такой, что пальчики оближешь. Мама Максима помогает Сонечке заменить тарелки, а неугомонная Женька тем временем спорит с Олей. Что-то по поводу теории посыла мысли в космос.
Когда я подхожу к столу, Ржевская рассуждает о потоках циркулирующей энергии.
О боги! Это день рождения или что?
Оля поворачивает голову влево и останавливается на полуслове. Заметила меня. Потому что внимание присутствующих сейчас приковано исключительно ко мне.
– Всем добрый вечер! – громко здороваюсь я. – Простите за опоздание. Пробки.
Парни откровенно ощупывают меня взглядом. Оля хмурит брови, оценивая мой образ. А ещё косится на Максима. Но повода для переживаний он не даёт. Вскользь проходится по мне равнодушным взглядом и возвращается к своему занятию. Снимает кусочки мяса, нанизанные на шампура.
– О, а вот и хозяйка дачи приехала! – совсем по-детски радуется Женька. – Ты прекрасно выглядишь!
– Арина, – представляюсь я присутствующим, ослепительно улыбаясь.
Все они по очереди называют свои имена, но запомнить всех сразу, естественно, не получается.
– А вы вовремя, к шашлычку!
– Арина, у Вас шикарный дом!
– Вы прекрасны!
– Павел, позвольте за вами поухаживать.
Доброжелательность зашкаливает. Причём видно, что это не игра. Простые ребята. Добродушные и приятные. По крайней мере, на первый взгляд.
– Опоздавшим положена штрафная! – громогласно объявляет брюнет. – Вина?
– Не откажусь.
Надо выпить, чтобы немного расслабиться. Отчего-то я разнервничалась, хотя мне это абсолютно несвойственно.
– Пожалуйста! А тост?
– А тост после сюрприза, – ставлю пустой бокал на стол. – Мне кажется, у вас тут слишком тихо.
Смеюсь, глядя на их удивлённые лица, потому что прямо в этот момент во дворе с инструментами наперевес появляется известная российская группа.
– Да ну на фиг! – Паша не может сдержать эмоции.
– Это ж они, да, эти… как их… – Оля прищёлкивает пальцами, пытаясь вспомнить название группы.
– Обалдеть! – Женька таращится на меня во все глаза.
Да, зайчик, я непросто так выспрашивала у тебя инфу о твоём брате.
Максим недоумённо смотрит на происходящее. Я же, испытывая странную эйфорию, тоже иду к ребятам. Приготовления длятся минут пять. Спасибо Троицкому хоть тройники-розетки из дома вытащил.
– Один-два, один-два. Народ, привееет, – заводит солист.
Присутствующие галдят в ответ.
– День рождения Максима Громова не может пройти без наших песен, верно же?
Надо сказать, атмосфера меняется кардинально. Думаю, все в предвкушении.
– Парни, погнали? Арин, с чего там нам надо начать?
Барабанщик уступает мне своё местечко. Щас я задам жару этой унылой вечеринке.
– Ну думаю, с любимой песни именинника, – говорю я.
Твоя любимая, Громов. Уж не знаю, почему.
Ну поехали… Как же я люблю барабаны! Спасибо Юре, моему бывшему. Он и научил меня правильно обращаться с барабанной установкой. Да так, что мои друзья выпали в осадок, когда я продемонстрировала им свои умения.
Задаю ритм, клавишник и гитарист подстраиваются.
Больше нечего ловить — всё, что надо, я поймал!Надо сразу уходить, чтоб никто не привыкал!Ярко жёлтые очки, два сердечка на брелке,Развесёлые зрачки, твоё имя на руке…
Подпеваю и искренне кайфую от процесса. Недурно выходит. Эту песню я отлично знаю.
Районы, кварталы, жилые массивы.Я ухожу, ухожу красиво!Районы, кварталы, жилые массивы.Я ухожу, ухожу красиво!
Припев помнят все. Громко подпевают, вскочив из-за стола. Все, кроме Оли. Громов вон, наконец, подобие улыбки изобразил. Стоит рядом с Пашей.
Такой драйв все словили. Как-будто лет на десять назад в юность вернулись.
Вот и всё, никто не ждёт, и никто не в дураках,Кто-то любит, кто-то врёт и летает в облаках,Ярко жёлтые очки, два сердечка на брелке,Развесёлые зрачки, я шагаю налегке!
Финал. Аплодисменты. Свист.
– Браво!
– Супер, народ! А вы умеете по ходу зажигать! Идём дальше!
Провокационная «всё, что тебя касается» заходит гостям на ура. Вон однокурсники Максима уже вовсю отплясывают вместе с Галиной.
Ну круто же?
Замечаю Захара и Женьку. Она-таки вытащила его. Чего на моей памяти не было уже давненько. Троицкий улыбается, дрыгает ногами и резво раскручивает Женьку.
Вот теперь весело. А то как на собрании свидетелей Иеговых, ей богу.
– Арин, тост? – Рома протягивает мне микрофон.
Ну ладно…
– Один-раз, отлично.
Откидываю волосы назад. Ищу глазами Максима. Можно ли при всех озвучить то, что хочу. Или стоит сказать наедине? И всё же решаюсь…
– Ребят, – жду, когда они поутихнут. Взбудоражила их известная группа ни на шутку. – Сегодня, в день рождения Максима, я хочу сказать кое-что важное... С некоторыми из вас мы видимся впервые, поэтому вы вряд ли в курсе, кто я такая.
Они обращаются в слух. Так уж устроен человек. Ему присуще излишнее любопытство.
– Максиму пришлось прервать свою спортивную карьеру по моей вине. Я сбила его. И нет, в тот момент я не была в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, как вы могли подумать. Я просто торопилась. Нелепая случайность. Выпавший из рук телефон и…
Тяжело вздыхаю.
Тишина. Абсолютная. А в моей голове снова та ночь и полупустая дорога. До сих пор страшно вспоминать.
– Максим, я хочу пожелать тебе здоровья. Знаю, конкретно от меня это звучит странно, учитывая тот факт, что я у тебя его забрала, но всё же… – смотрю прямо на него. А Максим на меня. Однако выражение лица разобрать невозможно. – Я хочу, чтобы ты был здоров и счастлив. Потому что для меня это… важно. Тяжело жить с чувством вины и осознанием того, что ты украл чью-то мечту. Я очень надеюсь, что ты от неё не откажешься. Тебе ведь это несвойственно, да?