Чтение онлайн

«Что происходит?»

Группа свернула за угол и пересекла квартал, заселённый мува. Риордан эту территорию видела прежде только мельком и старалась обходить стороной. Здесь стояло множество маленьких конусообразных домиков, походивших один на другой как две капли воды, и расставлены они были не ровными рядами, а пересекающимися между собой кругами.

Вера вела друзей вперёд, уверенно лавируя между домиками.

Тяжело дыша, группа наконец снова оказалась в районе, который Эвелин был знаком. Уличное движение здесь было намного менее оживлённым, а дома стояли большей частью старые, порой — заброшенные, весьма причудливой архитектуры.

Миновав этот район, они вышли к окраине, которая была покинута жителями в ещё более давние времена. Здесь сильнее чувствовалось уверенное наступление джунглей. Пробираясь через сорняки, лианы и кусты, спутники наконец добрались до заросшего плющом отверстия, служившего входом на станцию древней транспортной системы.

И снова — быстрая пробежка вниз по пандусу. Здесь хотя бы воздух был прохладный. До путей они добежали как раз в тот момент, когда с шелестом и шипением подплыла плоская тележка. Впереди сидел человек с соломенно-жёлтыми волосами.

Вера вышла вперёд и, встав на пути, подняла руку.

— Мы с вами, — сказала она.

Михаил небрежным жестом пригласил их усаживаться, но даже в тусклом свете можно было разглядеть, что его лицо искажено гримасой гнева.

Росс бросил быстрый взгляд на Эвелин, которая моментально поняла мужа — женщинам следует сесть первыми.

— Пошли, — пробормотала она.

Русская последовала за ней, неуверенно взглянув на Михаила. Тот и не думал смотреть на неё. Павлова устроилась за спиной Эвелин, а в следующее мгновение на сиденье позади Веры скользнул Росс, который до последнего момента стоял на путях, опасаясь, что Михаил тронется с места до того, как все усядутся.

Агенты молчали. Тележка рванулась вперёд, застонала и завибрировала, но вскоре снова замедлила ход. Расстояние до следующей станции было не таким уж большим.

Повозка остановилась позади ещё одной — точно такой же. На середине пандуса, уводящего наверх, все увидели Ирину и полковника Васильеву, которая, как и все, сильно похудела. Странно было видеть её в этом месте.

Женщины стояли и ждали. Михаил ловко выпрыгнул из тележки, развернулся и подал руку Эвелин.

— Вы тут как мой проводник или как мой телохранитель? — осведомился он.

— Мы здесь для того, — объяснила Эвелин, — чтобы предотвратить несчастье, пока оно не случилось.

— Что ж, тем более это глупо, — буркнул Никулин и отвернулся от американки.

Можно было не сомневаться: он вне себя от злости. Свирепо печатая шаг по старинным каменным плитам, он пошёл по пандусу прямо к Базаровой. Та стояла чуть в стороне от Зинаиды, подбоченившись.

Михаил остановился перед ней и произнёс короткую фразу по-русски.

Эвелин слов не поняла, но смысл уловила. Скорее всего, сказанное Михаилом означало: «Зачем ты это сделала?»

Ирина ответила ему по-английски, и голос её, по обыкновению, звучал ясно, чётко и бесстрастно.

— Я отправилась туда одна, — сказала она, — потому что ты не оставил бы Светлане выбора.

Пауза. Риордан с замиранием сердца наблюдала за тем, как Михаил воспримет эту новость: вышло так, что Светлана почему-то решила остаться в прошлом.

Она сделала такой выбор.

Полковник Васильева перевела взгляд с одного своего подчинённого на другого и сказала:

— Мы это обсудим. Давайте переберёмся в более удобное место.

Росс заметил:

— Сигналы раций сюда не доберутся.

— Значит, пойдём туда, где они до нас доберутся, — спокойно ответила полковник.

Все пошли за ней, даже Михаил. Он все ещё злился — это было видно, но шёл, прикрыв глаза от отчаяния, словно бы не желая ничего видеть вокруг себя. Эвелин отвела взгляд. Ей вдруг показалось, что даже смотреть сейчас на Никулина бесцеремонно и не тактично. Риордан взяла мужа под руку, а тот сочувственно сжал её пальцы.

Как только они выбрались из древней подземки, процессию возглавила Ирина, которая знала короткую дорогу. Риордан все эти улочки казались незнакомы, но довольно быстро они вышли к нурайлскому общежитию.

Несколько минут спустя все вошли в комнату супругов, и почти сразу после того, как они закрыли за собой дверь, в неё постучал Гордон.

— Саба? — испуганно спросила американка.

— Я многое должен вам рассказать, — отозвался Эш. — Но с этим можно немного подождать. — Он нахмурился и обвёл помещение взглядом.

— Давайте все сядем, — проговорил он чуть громче. Базарова садиться не стала. Внимание собравшихся сосредоточилось на ней.

— Как только я прочла блокноты, — сказала русский аналитик, — мне стало ясно, что случилось. Я догадалась — именно я вызвала исчезновение. Это должно было произойти только так. Я понимала, что если скажу об этом кому-то из вас, то Миша или попытается удержать меня, или сам отправится в прошлое, а он бы не стал задумываться ни о линии времени, ни о последствиях.

Эвелин бросила взгляд на Никулина. Тот только пожал плечами.

Ирина продолжала:

— Я подготовила все собранные сведения и передала их Гордону.

Михаил резко обернулся.

— Так вы все знали!

— Да. Вчера утром мы это обсудили. Я понял, почему Базарова хочет держать свою операцию в секрете до самого её завершения. Продолжай, Ирина, расскажи все подробности.

Аналитик вздохнула и прислонилась спиной к стене. Похоже, силы её были на пределе.

— Мне нужны были медицинские тесты, — сказала она. — Я отправилась в наше время и доложила обо всем. Эти анализы могли сделать только Валентин и Елизавета. Потом я возвратилась к предыдущей экспедиции, нашла Екатерину и все объяснила.

Голос у Базаровой вдруг сорвался. Она сжала губы и продолжала рассказ чуть сипло:

— Екатерина все поняла. Мы вместе отправились в наше время, там Валентин и Елизавета полностью нас обследовали. Главным показателем была плотность костной ткани. Все прочие изменения произошли на молекулярном уровне. Я этого до сих пор не понимаю, но выглядит это именно так: взаимодействие спор с нашим организмом на уровне ДНК настолько тонко, что приборов для регистрации подобных изменений у нас нет. Но факт остаётся фактом: плотность костей у Екатерины изменилась настолько сильно, что речи о возвращении для неё быть не могло. Изменения зашли слишком далеко. Даже удаление, изоляция от воздействия спор не вернула бы здоровья участникам той экспедиции. Повторяю: изменения приняли такой масштаб, что, вернись они в наше время, навсегда остались бы инвалидами — если бы даже им удалось прожить достаточно долго для того, чтобы превозмочь воздействие спор.