Чтение онлайн

Юный маг заметил, как на лице финтара проступило лёгкое удивление, но потом выражение лица учителя сделалось снова переполненным высокомерием, и он толкнул зенте-октара, так что он отлетел назад и устремился в бездну. Крик потонул в порыве ветра, и в своих мыслях Йимир уже прощался с жизнью. Однако наставник не желал его смерти. Таким образом он преподал ему первый урок. Подхватив его с помощью ветра, он вернул его на место. Высокомерные жёлтые глаза немного испытали будущего финтара, а после его монотонный голос повторил указание:

– В твоём распоряжении только первый уровень финта’урина.

Сказав это, он переместился к своим ученикам. А Йимир усвоил урок – пока он не закончит тут обучение, пока его сущность целиком и полностью не сольётся с воздухом, пока он не станет един с ветром и не ощутит себя частью этого возвышенного мира, о всяких крышах и верхотурах придётся забыть. Делать было нечего. Придётся встречать закат и рассвет тут, на первом уровне финта’урина.

По мере того, как вечерело, преображалась и вся округа. Строения приобрели красноватый оттенок, как будто бы в Сенон приходят багровые воители, становилось постепенно темнее. А там, где происходил непосредственно закат, творилось нечто невообразимое. Синий небосвод обретал другие очертания и краски: на востоке он сильно потемнел, превратился почти что в фиолетовый, над головой он переливался от фиолетового к тёмно-синему, ближе к западу резко менял цвет на белый, а этот белый начинал постепенно розоветь, пока не превращался в красный там, где уже краснело закатное светило. Но и это ещё не всё. Финтарис находится над облаками, а потому белый покров, который расстилается под миром магов воздуха также окрасился в багровый цвет. И украшали всю эта картину стаи кекорий, которые особенно активны в ночное время, но уже готовится к этому на закате. Они начинали носиться над облаками, делая свои головокружительные виражи и делясь с Йимиром своим задорным пением. Вот истинное наслаждение. И лёгкие ветра, которые обдували сейчас зенте-октара, делали этот миг просто незабываемым.

Когда опустилась амак, представление завершилось. Во тьме всё ещё были слышны птичьи трели, но разглядеть, как они там носятся над облаками, было нельзя. Йимир ещё стоял, всматриваясь в темноту, пытаясь удержать перед глазами тающий образ прекрасного заката. А, когда наваждение иссякло совсем, он решил прогуляться по финта’урину.

Первое строение было отведено для практических тренировок. Здесь даже ветра дули как-то по-особенному. Начинающий финтар проследил за тем, как они перемещаются по этому пространству и заметил, что потоков было три. Один проникал меж двух колонн, пересекал весь зал, а после улетал отсюда с противоположной стороны. Второй проникал сюда рядом с тем местом, где проходил первый поток, нырял в соседний проём меж колонн, огибал колонну, возвращался, разворачивался и улетал в третий проём. И последний ветер строил целую паутину, так что проследить весь его путь было невозможно. Йимир только лишь заметил, где он начинается и где заканчивается. Насколько он понял, всё это нужно было для того, чтобы юные финтары учились управлять ветрами. Также Йимир видел на полу и потолке различные устройства непонятного назначения, но сомнений не возникало, что и они служили для покорения сил воздуха.

Второе строение представляло из себя библиотеку, где ученики могли прикоснуться к различным знаниям. Шкафы для книг были выполнены в том же виде, что и строения финтаров: горизонтальные перекладины, на которых стояли книги, поддерживались небольшими колоннами. Шкафов было всего два, и то они были не целиком забиты книгами. Всё это пространство было уставлено столами и скамьями, чтобы ученики могли спокойно присесть и почитать книги, а, возможно, просто пообщаться и обменяться приобретёнными знаниями.

Третье помещение было меньше предыдущих двух примерно в двое. И было оно пустым. Никаких устройств, никакой мебели и даже ветров тут не было. Просто платформа, колонны и крыша. На всякий случай Йимир прошёлся по этому помещению, предполагая, что здесь наложены чары незримости. Но, проходя мимо одной из колонн, сын кольера увидел финтара, который, сложив под собой ноги, сидел очень близко к колонне. К Йимиру он был повёрнут спиной, поэтому тот не мог видеть, что делает этот одиночка. Решив не тревожить покой чародея, будущий талами прошёл мимо него, однако его тихий голос привлёк внимание зенте-октара:

– Что-то ищешь?

– Нет, просто осматриваюсь.

Чуть помолчав, Йимир всё-таки спросил:

– А для чего это помещение?

– Для индивидуальных занятий. Если бы сейчас был тарэн, то ты понял бы, что чары, которыми оплетено это место, не пропускает сюда посторонние звуки, чтобы ученика ничего не отвлекало.

– Интересно. Спасибо.

Ещё немного помолчав, Йимир задал следующий вопрос:

– А почему ты со мной разговариваешь? Обычно финтары не так открыты для тех, кто не практикует их сферу магии.

– Никакие обычаи не могут затмить личность. Каждый сам выбирает, как ему жить. Я не стал придерживаться правила, что финтары не ведут дела с теми, кто не практикует их сферу магии.

Йимиру такой настрой пришёлся по нраву, и он ещё немного поговорил с этим Констабалем и узнал, что он, как и Йимир, стремится стать талами. Он уже прошёл закта’урин и окта’урин, а теперь вот пришёл на родину, чтобы набраться сил перед тем, как приступить к изучению противоположной стихии. Также Йимир удивился, узнав, что Констабаль, как и он, ориентируется не на силу магии, а на её далодичность. Собеседника в свою очередь удивило то, что гость Финтариса выбрал путь познания противоположной стихии, не изучив вторую соседнюю. Однако Йимир решил прервать с ним разговор, поняв, что оторвал Констабаля от очень важных дел. Ведь, сидя тут, он не просто любовался звёздным небом, но совершал особые преобразования в своей сущности, чтобы ещё лучше подготовиться к познанию зенте. Йимир хотел было спросить, что именно тот делает для этого, однако рамки приличия не позволили ему продолжить расспрос. Извинившись за то, что отвлёк его от столь важного дела, талами покинул это помещение.

Какое-то время он пытался смотреть на звёзды, но рой множества непонятных мыслей не давал ему возможности наслаждаться этим зрелищем и спокойствием. Даже наоборот, отсутствие дневной суеты его сейчас больше угнетало, нежели успокаивала. А потому в попытке унять эту суету он решил почитать различные книги, находящиеся тут, в библиотеке. Конечно, он постарался выбрать такую, какая несла в себе знания финта, чтобы провести это время с пользой. Однако уже с самых первых строк он понял, что ничего не понял. Пытаясь вновь и вновь вчитываться в то, что ему сейчас предлагала эта книга, он осознал, что изучение этого материала подразумевает наличие хотя бы уже каких-то начальных знаний в финта, что читающий уже умеет хотя бы что-то в этой сфере магии. Но Йимир не отчаялся. Поставив эту книгу на место, он взял другую, а потом третью, четвёртую, пятую. И так, пока не обнаружил то, во что можно вчитаться. Преподаватели финта’урина следят за тем, что хранится на их полках, а потому рукописей Санума тут не было и не могло быть. Так что книга, попавшая в руки сына Талата, именовалась «Прошлое, настоящее и будущее Сенона». В ней рассказывалось обо всех четырёх народах, раскрывалась история становления внешнего вида мест обитаний, перечислялись, какие животные обитают на них, какие растения растут, раскрывались особенности и обычаи зентеров, финтаров, октаров и зактаров. О своём народе Йимир знал всё и даже был уверен, что больше, чем написано тут. А вот на главе о финтарах он остановился и стал вчитываться. Многое он уже знал, но было так же и то, что ему открыла эта книга. Например, среди финтаров нет семей, а, значит, как следствие, нет преступлений блуда и прелюбодеяния. За то вылет за пределы мира карается по закону. Иными словами, если подняться выше синевы небес, можно попасть на суд навула. Среди финтаров также запрещены оскорбление и принижение достоинств воздушного народа, даже в виде шутки. А ведь Йимир знал много анекдотов по типу «Сидят, значит, финтар, октар и зактар в грязевой ванне». Несмотря на то, что на его левой руке висела желтая повязка, лучше оставить такие шутки при себе. Кто знает, не посчитает ли навул их слишком дерзким проступком, свершённым с явным намерением? В общем, много чего интересного и полезного вычитал Йимир из этого труда. Однако приближался рассвет, а потому он поставил книгу обратно на полку и пошёл в третье помещение финта’урина, где до сих пор сидел Констабаль и готовил свою сущность к зенте. С того места лучше всего будет виден восход. Небо в том месте уже начало светлеть, обретая вначале синий цвет, а ближе к краю горизонта превращаясь в голубой. Констабаль молчал, а Йимир не смел его прерывать.

Рассвет был также прекрасен, как и закат. Только округа наполнилась не багрянцем, а белизной. Тьма постепенно отступала. Тени казались не такими густыми. Кекории уже не летали в небесах, которые из тёмного полотна с мерцающими точками-звёздами превращались в белоснежное покрывало. И чем ближе становился непосредственно сам рассвет, тем меньше над головой оставалось тьмы и тем больше белого неба. Да и тьма, которая томилась на западе, сейчас была не чернотой, а тёмной синевой. Когда же первый луч утреннего светила коснулся глаз Йимира, тот понял, что самое прекрасное время прошло, а потому решил возвращаться. Констабаль ему сказал:

– Ну что, держу пари, ты думаешь, что видел в своей жизни всё.

Йимир отвечал ему:

– Ну вроде как да. Я, конечно, ещё не раз приду посмотреть на закат и рассвет, но теперь моя цель – научиться финта и встретить эти два события с крыш Финтариса.

– Благородная цель. Успешных тебе свершений, Йимир.

– Спасибо. Кстати, а ты не можешь научить меня делать то, что делаешь и ты? Ну, эта самая внутренняя подготовка к зенте, чтобы я также подготовился к финта?

Собеседник усмехнулся: