Чтение онлайн

Интересно отметить, что участники пресс-конференции не понимают, что их высказывания противоречат друг другу. Если «возгорание помещения остановило штурмовую группу», которая спускалась вниз, как говорит Валентин Наливайченко, то не было никакого смысла в «поджоге Дома профсоюзов сотрудниками «Альфы», как утверждает генпрокурор Олег Махницкий.

Этот сюжет досконально обсуждался 11.04.2014 года на заседании «Временной следственной комиссии Верховной рады по вопросам расследования противоправных действий правоохранительных органов во время событий, связанных с массовыми акциями общественно-политического протеста», возглавляемой Геннадием Москалем — активным членом партии Арсения Яценюка «Фронт перемен», которая впоследствии вошла в партию Юлии Тимошенко «Батьковщина». В ходе заседания допросу подвергся руководитель спецподразделения «Альфа» Службы безопасности Украины Владимир Човганюк.

Характер вопросов Геннадия Москаля демонстрирует не столько стремление разобраться в ситуации, сколько желание пустить следствие по ложному пути и отвлечь внимание от настоящих виновников событий. Например, такой характер носит вопрос «Ваше спецподразделение участвовало в поджоге офиса Партии регионов на улице Липской?» При этом зафиксированы не только многочисленные свидетельства, но и любой желающий свободно может ознакомиться в интернете с исчерпывающими видеозаписями нападения активистов-боевиков Евромайдана на офис партии, приведшего к человеческим жертвам неоднократно.

Човганюк прямо опровергает и заявления Валентина Наливайченко о причастности ФСБ России к операции. На провокационный вопрос «Представители ФСБ были?» руководитель «Альфы» отвечает: «При чем здесь... Нет, конечно», а на высказывание «Это ваше руководство говорит о деятельности ФСБ» он говорит «Наше руководство такого не могло сказать».

Ряд вопросов носит очевидно провокационный характер, например, его спрашивают: «У вас были заранее куплены конспиративные квартиры с выходом на Майдан и все близлежащие улицы?» или «Вы сожгли Дом профсоюзов?» и дважды: «Вам поставили задачу на их физическое устранение?» и «Вам давали команду на их физическое устранение?», а затем еще раз «моделируют» ситуацию, пытаясь все же получить ответ правоохранителя о применении оружия: «Ну, вот увидел боец Яценюка. Он, например, полез в карман за телефоном, а бойцу показалось, что за оружием». В обвинительном контексте обсуждается и уже упомянутая статья в американском издании «The Daily Beast».

Приведем полностью этот показательный текст допроса Геннадием Москалем руководителя подразделения «Альфа» СБУ Владимира Чов-ганюка [380] :

«— Было ли спецподразделение «Альфа» задействовано 20 февраля?

— Да, и 18, и 20 февраля.

— Вы сожгли Дом профсоюзов?

— Нет конечно.

— Но ваши бойцы там были?

— Да, наши бойцы там были.

— С какой целью? Зачем вам поставили цель проникнуть в Дом профсоюзов?

— Была объявлена антитеррористическая операция по плану «Бумеранг».

— Значит, такой план действительно существовал?

— Да, такой план был.

— Вы лично его видели? Там ваша фамилия стоит и ваш мобильный телефон.

— Собственными глазами план видел начальник антитеррористического центра.

— Какой у вас позывной?

— «Индеец».

— Все правильно. В плане так и написано.

— Никто этого не отрицает. Лично я готовил боевой расчет.

— Сколько вас высадилось на Дом профсоюзов?

— 238 человек. Но не высадилось, а зашло.

— Через отель «Крещатик»?

— Да.

— Разве у вас есть столько личного состава?

— Помимо киевского управления были задействованы региональные — Кременчуг, Крым, другие региональные подразделения.

— Представители ФСБ были?

— При чем здесь... Нет конечно.

— Это же не мои выдумки. Так были или нет?

— Я же вам говорю — не было. У нас достаточно людей, чтобы выполнить любую задачу. При чем здесь ФСБ?

— Это ваше руководство говорит о деятельности ФСБ.

— Наше руководство такого не могло сказать.

— Как не могло?! Хорошо. Какая задача была перед вами поставлена перед штурмом Дома профсоюзов?

— В рамках проведения антитеррористической операции нам сообщили оперативную информацию о том, что в этом здании помимо двух тысяч человек находится еще тысяча вооруженных людей, якобы в здании находится оружие.

— Вам поставили задачу на их физическое устранение?

— Такую задачу никто и никогда не ставил.

— Хорошо. Вот вы увидели, что там действительно вооруженные люди. Они направили на вас оружие. Что бы вы делали?

— Конечно, применяли бы оружие.

— Чем вы были вооружены?

— Полная экипировка — длинные и короткие стволы плюс, зная, что там находятся люди, которые могут быть не вооружены или вооружены битами или холодным оружием, мы получили гладкоствольное оружие для отстрела резиновых пуль.

— Вы применяли оружие в Доме профсоюзов?

— Оружие не применялось. Были сделаны лишь два предупредительных выстрела на крыше, когда подразделение зашло на крышу здания Дома профсоюзов. На крыше оказалось огромное количество бутылок с коктейлями Молотова и, кажется, двое людей бегали по крыше с оружием. Людям была дана команда стоять на месте, но человек бросился к технической двери. Один из сотрудников сделал два предупредительных выстрела в стену, чтобы мужчина не применил свое оружие. Мужчина забежал в технический люк и поджог за собой вход.

— Вы спустились вниз? До какого этажа дошли?

— Первая группа захвата дошла до седьмого этажа. На восьмом этаже была сделана остановка, потому что зачистка помещения шла стрех направлений — с трех лестниц. На восьмом этаже была сделана остановка, для того чтобы группы выровнялись. В это время уже произошли определенные переговоры с митингующими — им дали возможность уйти, но они снова подожгли за собой этаж.

— У вас был контакт с митингующими?

— Да, один из командиров группы, которая вышла на восьмой этаж, вступил в переговоры. Митингующие спросили: кто вы, зачем. Им все объяснили и сказали: ребята, лучше отсюда уходите, здание будет зачищено. Им дали возможность уйти, но после этого они зажгли лестницу и седьмой этаж. Наши сотрудники тушили этот пожар. Каждому третьему выдали личный огнетушитель, развернули брандспойт. Но началась сильная задымленность, и работать стало невозможно. Даже наши комбинированные противогазы не выдерживали, потому я дал команду всем эвакуироваться на крышу. Какую-то часть людей я оставил на этаже, потому что если вдруг кто-то из митингующих будет подниматься, чтобы не сгорели и не задохнулись и их можно было эвакуировать на соседнее здание.

Вторая группа находилась в соседнем здании. Задача была такая: если вдруг пожар, и мы не сможем спуститься ниже, то для того, чтобы войти, от них требовалось обеспечить альтернативный проход в стене и таким образом заходить на этажи. Но пожар помешал.

С седьмого этажа мне доложили о сильном запахе бензина. Я понимал, что любая искра может вызвать пламя и группа захвата может пострадать. Я приказал спуститься на шестой этаж, потом — на четвертый, третий. С третьего этажа я приказал выходить на улицу.