Чтение онлайн

— Я вижу, что вы уже пришли в себя, Женечка.

— Вы… вы что… пришили мне голову?

— Ну, я же хирург, девушка, и моя главная задача — вправлять людям мозги. А что вы так сердито смотрите? Любой бы на вашем месте мечтал проснуться так после свидания с королевским палачом! И что вы прикрываетесь? Или что-то поменялось с тех пор, как вы позировали Ласаре?

— Вы не художник.

— Обижаете, Женечка.

Женька махнула рукой, покачнулась и чуть не упала.

— Тише-тише, мадемуазель! — поддержал ее профессор. — Вам еще рано так махать руками.

Монрей подтянул простыню на плечи фехтовальщицы и, придерживая ее за талию, отвел в комнату.

— Принесите мне одежду, — попросила девушка.

— Нет-нет, отдохните еще пару часиков.

— Что в капельнице?

— Витамины.

— Казнь… была вчера?

— Неделю назад. Сейчас мы проводим вам курс восстанавливающей терапии.

— А какое сегодня число?

— По нашему календарю двадцать девятое июля.

Профессор помог Женьке лечь, и она, в самом деле, то ли уснула, то ли потеряла сознание. Ей снилось, что она парит над Парижем на летательном аппарате Грегуара, а горожане смотрят на нее снизу и крестятся. Сбоку подлетает Люссиль. Она в том же нарядном платье, в которое нарядил ее д’Ольсино, и берете с перышком. Девочка тянет фехтовальщицу за руку, пытаясь оторвать ее от поручня.

— Мадемуазель, вставайте, уже можно. Я принесла вам одежду.

— А?.. — фехтовальщица открыла глаза. — …Бригитта?

— Да, мадемуазель.

Рядом с кроватью стояла медсестра.

— Ты… А где Беранжера?

— Беранжера? Какая Беранжера? Вставайте. Месье Монрей уже ждет вас к завтраку. Ваша одежда на стуле. Вы сможете одеться сами?

— Смогу.

Медсестра ушла, а Женька встала. Голова больше не кружилась, но некоторая слабость еще чувствовалась. Теперь уже хотелось не пить, а есть. Одежда, которую ей принесли, наконец, была вполне цивилизованной и удобной, — обычные трусы, лифчик, джинсы и маечка, — все, как она носила раньше. Когда она оделась, в комнату зашел Франсуа Сельма и, невозмутимо поздоровавшись, будто они расстались только вчера, проводил в столовую. Профессор, ожидающий фехтовальщицу внизу, встретил ее все с той же приветливо-лукавой улыбкой.

— Превосходное утро, Женечка, — сказал он.

— Да, превосходное, — как эхо отозвалась односложной фразой девушка.

Она села за стол и сразу же принялась за еду. Делать это сейчас было проще, чем начать о чем-либо говорить. Кроме того, Женька по-настоящему проголодалась, и только боль в горле мешала ей заглатывать пищу целыми кусками.

— А что там за медсестра у вас, профессор? Это та самая Бригитта?

— Нет-нет, она просто на нее похожа. Бригитта — дочь Сельма. Она работают в клинике моего старшего брата Феликса и иногда помогает мне выхаживать пациентов, вернувшихся с «другого света».

— Она знает, откуда я вернулась?

— Да, но не беспокойтесь. В отличие от ее тезки из прачечной Мишо, она не болтушка. Как, кстати, вам мой сюжет, Женечка? Вы довольны?

— Я хочу видеть выход.

— Выход в сюжете герои ищут сами. Вы, верно, имеете в виду вход? Что ж, теперь это возможно? Окно я вам покажу после завтрака.

— Оно здесь?

— Да, внизу.

Женька стала жевать быстрее. В отличие от стейка, с загадками Монрея она пока справлялась плохо, и только обещанная экскурсия к таинственному Окну могла, наконец, все прояснить. Девушка опасалась, что ее снова могли обмануть, но на этот раз в этом, видимо, не было необходимости, поэтому после завтрака профессор без всяких задержек повел девушку нижние помещения дома. Миновав подземный гараж, они прошли в кладовую, где хранились лишние вещи и садовый инвентарь. Там за дверью, прикрытой льняной шторкой с рисунком часов, очень напоминающий старый холст в каморке небезызвестного шарманщика, находился лифт. Спустившись в его просторной капсуле глубоко под землю, автор и его героиня оказались в том самом помещении, которое приснилась Женьке накануне ее погружения в опасный приключенческий сюжет, — стена-экран, мерцающий свет, широкий пульт…

За пультом, как в ее другом сне, сидел Этьен. Увидев фехтовальщицу, он тут же встал, с улыбкой заключил ее в объятия и похлопал по спине, как это обычно делал отец, когда она побеждала в поединке. Женька тоже улыбнулась, но без особой радости, — она знала, что поздравить ее сейчас было можно только с возвращением.

— Покажи ей все, что нужно, Этьен, — сказал профессор.

Этьен посадил девушку рядом и объяснил основные моменты. Работа с Окном технически оказалась простой, почти, как детская игра.

— На клавиатуре набирается время, — показал Этьен. — Здесь задается местность, климат, погода и прочие географические подробности. Сюда закладываются характеристики и внешний вид его будущих персонажей. Вот здесь набираются сюжетные линии. Каждый персонаж и сам сюжет имеет кодовый номер. Потом все это ставится на автомат. Оператор, он же автор, следит за ним и, если нужно, вносит свои изменения.

— Главное, чтобы все было продумано заранее, и автор знал, что делает, — добавил Монрей.

Этьен и набрал на пульте несколько цифр. На экране появился город на холме и дорога.

— Это Этамп? — посмотрела на профессора фехтовальщица.

— Да, — кивнул он.

— А почему так мало зелени?

— Потому что там сейчас начало весны.

— То есть… сюжет не закончен?

— Для вас закончен, Женечка, но для всех остальных его героев жизнь будет продолжаться в нем и дальше.

— А можно… войти? — кивнула на Окно фехтовальщица.

— Давайте попробуем, — сказал Монрей. — Этьен, сними защиту и дай девушке куртку.

Саваль подал Женьке свою куртку и снова набрал какие-то цифры. С экрана будто что-то соскользнуло — изображение тотчас стало объемным.

Профессор взял фехтовальщицу за руку провел за границы Окна. Там действительно было прохладно. Женька присела, потрогала пробившуюся траву, в которой, как и раньше, не было ничего искусственного, потом встала и вдохнула всей грудью весенний воздух.

— Ну как? — спросил Монрей.

— Холодно… и шея болит… — Женька кашлянула, — и горло, — она дотронулась до шрама на шее, а потом посмотрела на свои пальцы. — Профессор… кровь…

Монрей немедленно схватил девушку за талию и затащил обратно в комнату. Откуда-то выскочил Лабрю и стал чем-то мазать ее ноющую шею.

— … Лабрю?.. Это вы?.. Откуда?

— Из лаборантской.

— Профессор, я брежу?..

— Нет, вы не бредите, Женечка. Арман Дюпре или Лабрю, на самом деле, врач и мой бывший студент. Должен же был кто-то подстраховать вас в том жестоком мире. Это ведь он вытащил вас из сюжета.

— Как?

— Буквально — купил ваше тело у палача, — улыбнулся Дюпре. — К счастью, опередил господина де Шале! Помните, маркиз хотел приобрести вашу голову? И, так как вне сюжета вы не Жанна де Бежар, то все благополучно срослось и восстановилось.