Чтение онлайн

– И, тем не менее - заканчивайте поскорее, и - домой. Отомстили мы сегодня и за 'Стерегущего', и за 'Страшного', пора и честь знать.

– Идите в Артур, Николай Александрович - мы догоним.

Эсминец разошёлся с 'Новиком' и, вместе с 'Бесшумным' взял курс на базу.

На шлюпки крейсера было принято в общей сложности чуть более двух десятков японских моряков, после чего 'Новик' тоже заторопился в родной порт.

***

– Прошу, господа!
– поприветствовал Макаров зашедших офицеров.
– Проходите, присаживайтесь.

Кроме самого командующего в адмиральском салоне 'Петровавловска' уже присутствовал контр-адмирал Молас. Матусевич, фон Шульц и Иванов расположились за столом.

– В первую очередь, - продолжил Степан, - тороплюсь поздравить вас, Николай Александрович, с присвоением чина контр-адмирала - только сегодня пришла телеграмма об этом.

– Спасибо за добрую весть, ваше превосходительство, - Матусевич встал и поклонился.

Потом последовали само собой подразумевающиеся поздравления от остальных присутствующих, обмен рукопожатиями...

– Отметим мы это событие чуть позже, господа, - Макаров поспешил вернуть совещание в деловое русло, - а сейчас необходимо обсудить предстоящую в ближайшее время операцию. Прошу, Фёдор Николаевич!

Иванов встал и расстелил на столе карту.

– С момента получения вашего приказа, ваше превосходительство, японские главные силы появлялись под Артуром четыре раза. Маршруты их следования вместе с соответствующими датами нанесены на карту. Можете видеть, господа, что эти четыре линии весьма незначительно отличаются одна от другой, а в некоторых местах просто сливаются. Считаю возможным и необходимым выставить заграждение в соответствующем месте, а может быть даже и несколько заграждений.

– Запас мин ограничен, - подал голос начальник штаба.

– Это так, - немедленно согласился командующий.
– На каком расстоянии от берега находится ближайшая точка, где маршруты японцев сходились?

– Одиннадцать миль, ваше превосходительство. За пределами территориальных вод.

– Возможны неприятности, - обеспокоено произнёс Молас.
– Не дай бог подорвётся какой-нибудь нейтрал и Япония с Англией на весь мир разорутся, что русские минируют нейтральные воды.

– На войне как на войне, Михаил Павлович, - усмехнулся Макаров, - а ради такой возможности - утопить вражеский броненосец, а может и парочку, вполне стоит рискнуть.

Так что в ближайшее время, когда дождёмся тумана, 'Амуру' быть готовым выйти в море и поставить минную банку в указанном месте. 'Новик' и ваши миноносцы, Николай Александрович, обеспечивают безопасность транспорта. Так что вашему крейсеру придётся почти постоянно находиться на внешнем рейде, Максимилиан Фёдорович.

– 'Новику' не привыкать, ваше превосходительство, - усмехнулся фон Шульц.

– Максимилиан Фёдорович, поверьте, я прекрасно понимаю, что ни один корабль эскадры не несёт такой значительной боевой нагрузки как ваш. Обещаю: сразу после минной постановки обеспечу 'Новику' минимум недельный отдых - будете перебирать машины, чистить котлы, да и экипажу слегка расслабиться необходимо. Вот угораздило, дьявол раздери, Сарычева угробить 'Боярина' в первые же дни войны... Но имеем то, что имеем...

– Благодарю за лестный отзыв о нашем 'Новике', ваше превосходительство. И прошу не беспокоиться - свой долг перед Россией и Государем мы исполним.

– Не сомневаюсь в этом!
– кивнул Степан.
– Как не сомневаюсь ни в одном из моряков вверенной мне эскадры. Ну что же, помогай вам Бог, господа!

Офицеры откланялись и вышли.

Оставалось только ждать...

***

Утро первого мая выдалось свежим и сырым. Лейтенант Черкасов, руководивший установкой на Ляотешане тех самых двух погонных шестидюймовок, снятых с 'Пересвета' и 'Победы' наблюдал за рейдом. Туман полосами ходил по морю и стало очевидно, что Тихоокеанский флот что-то затевает: на внешнем рейде активизировались миноносцы Второго отряда, и явно занялись тралением. Две пары взяли курс к Ляотешаню, а за ними двинулся 'Амур'.

– Наверняка какую-то каверзу для япошек готовят, - с нескрываемым удовольствием произнёс сигнальщик Лысенко, не отрывая глаз от бинокля.

– Посмотрим, посмотрим, - тут же отозвался лейтенант, так же прильнув к своей цейсовской оптике.

Уже подорвались на тралах две вражеские мины, после чего экспедиция двигалась без особых происшествий. Но вдруг под бортом одного из артурских миноносцев ударило фонтаном взрыва, корабль остановился и слегка осел на корму. Послышался мягкий звук отдалённого взрыва.

– Опять нашим не везёт, вашбродь!
– ругнулся Лысенко, не отрывая бинокля от глаз.

– Не каркай!
– злобно отозвался лейтенант.
– Истребитель на плаву, видишь - на буксир его берут. За горизонтом лучше следи!

Действительно, 'Смелый' взял уже на буксир повреждённого 'Стройного', и потащил его к входу в порт. Остальные же корабли, явно убрав тралы, большим ходом направились в открытое море.

Приблизительно в двух милях от Ляотешаня 'Амур' остановился, миноносцы отделились от него, заняли посты по охранению, и заградитель начал свою работу по постановке мин.

Происходило это почти на грнице полосы тумана, которая, как заметили с берега, стала медленно отползать к востоку...

– Японцы, вашбродь!
– обеспокоено выкрикнул сигнальщик.

Черкасов немедленно развернул бинокль в указанном матросом направлении и увидел как из мглистой дымки действительно показались вражеский двухтрубный броненосец и два броненосных крейсера. С высоты хребта рисовалась совершенно сюрреалистическая картинка: 'Амур' с миноносцами, полоса густого тумана, японская эскадра. Но, как это было ни удивительно, ни японцы, ни минный транспорт друг друга не видели. Во всяком случае пока...

Черкасов прекрасно видел в какой опасности находится 'Амур' - рассейся туман, и тогда не только вся экспедиция станет бесполезной, но и сам минный транспорт почти не будет иметь шансов уцелеть.

– Прокопенко, ко мне!
– рявкнул лейтенант, доставая блокнот и карандаш.

– Есть, вашбродь!
– немедленно подскочил матрос.

– Вот это, - Черкасов не смотрел на подчинённого, продолжая писать телефонограмму для 'Амура', - как можно скорее доставь к маяку, к телефону. Пусть немедленно сообщат на Золотую гору, а оттуда беспроволочным телеграфом на 'Амур' Держи! Ноги в руки и бегом!