Чтение онлайн

Подняли из воды с 'Чокая' двадцать семь человек. Ни одного офицера среди спасённых не было.

***

Однако, совсем не посреди Печелийского залива русский флот разыгрывал свою главную партию сегодня. Отряд Ухтомского достиг бухты Кинджоу, и стал выполнять поставленную командующим задачу: на совсем недавно оставленной японцами акватории 'Сердитый', 'Стройный' и 'Смелый' стали деловито раскладывать мины. Мин, конечно, имелось немного, но главное, чтобы на берегу японские наблюдатели поняли: 'Мины в бухте стоят'.

А на входе в неё сейчас ещё и деловито ползал 'Амур'. И тоже не картошку здесь сажал...

Так что очень и очень рискованно становилось канонеркам японского флота поддерживать приморский фланг своей, штурмующей перешеек армии.

Протралить бухту, конечно, можно, но времени на это уйдёт не день и не два. Особенно учитывая то, что свои малые миноносцы японцам нужно соответственно снарядить, оборудовать. Причём на Эллиотах как минимум. Потом провести их снова в Печелийский залив. А на дороге туда стоит Порт-Артур, и эскадра адмирала Макарова отнюдь не отстаивается на внутреннем рейде. И уже неоднократно показала, что нахальничать около берегов Квантунского полуострова никому не позволит.

И это давно уже почувствовали все, от младших флагманов, до распоследнего матроса-штрафника. Все, под чьими ногами качалась палуба свято верили, что 'борода' не даст япошкам ни малейшего шанса на победу в этой войне. Это же чувствовали и армейцы, и, сегодня, в очередной раз убедились: 'Флот не выдаст!', 'Флот не оставит!'.

А басы девятидюймовок 'Бобра' и 'Сивуча' на правом фланге защитников Кинджоуской позиции являлись ещё одним аргументом в пользу того, что эскадра прикладывает все силы, чтобы помочь своим братьям на берегу.

А артурские 'соколы', разложили сфероконические мины, которых имелось до чёртовой матери на кораблях Тихоокеанской эскадры, где поодиночке, а где и 'букетами'. После чего деловито отметились по японским позициям из своих малокалиберных пукалок и покинули бухту.

Сфероконические, конечно, маломощны - для броненосца или крейсера - мелкая неприятность, но любой из них достаточно, чтобы обеспечить канонерской лодке серьёзные проблемы при подрыве - утонуть не утонет, но вот довести её хотя бы до Эллиотов на ремонт, будет той ещё задачкой... А вести придётся мимо Порт-Артура, где Макаров отнюдь не бездействует.

А тралить... Ну да - оборудовать свои малые миноносцы для траления, обеспечить их проход вокруг Квантуна, потом день-два на собственно обезвреживание мин... Короче, несколько дней передышки на левом фланге обороны, русский флот своим собратьям на суше обеспечил. А может и не несколько: кроме мин обычных артурские эсминцы набросали с десяток 'сюрпризов замедленного действия'. Макаров уже давно поставил своим минёрам данную задачу - соорудить мину, которая вставала бы на боевой взвод через неделю-другую, а то и даже месяц после постановки. И даже идею подкинул. Простую как блин идею: отматывается минреп нужной длины, якорь стопорится, а мина крепится к якорю алюминиевой проволокой соответствующей толщины. При попадании в солёную морскую воду немедленно начинает работать гальванопара железо-алюминий, в которой по всем законам химии растворяется более активный металл - тот, из которого проволока. В результате, через определённое время, на протраленном ранее пространстве всплывает на заданную глубину мина, готовая немедля покарать гневом своего взрыва любой корабль, который посмеет потревожить её днищем.

Неделю назад минные офицеры занятые в данном проекте доложили командующему об успешном завершении испытаний.

Вообще-то Степан готовил эти 'подарки судьбы' для Дальнего, справедливо полагая, что, в конце концов, порт придётся сдать японцам. Возможно придётся. Но 'соломку для подстилки' следовало готовить заранее. И бухта Цинджоу была прекрасным полигоном для испытаний новопридуманных пакостей для противника.

'Соколы', выполнив свою задачу, саданули на прощание несколькими очередями по японским позициям из своих малокалиберных орудий и отошли к эскадре Ухтомского. Понятно было, что это, в основном 'прощальный салют', что эти снаряды вряд ли принесут сколько-нибудь ощутимый вред дивизиям армии Оку, но было весьма неплохо обозначить как для противника, так и для своих, что МЫ ХОЗЯЕВА В ЭТОМ МОРЕ.

Забегая вперёд, можно сказать, что на оставленных в бухте минах, несмотря на организованное японцами траление силами шлюпок и катеров, через четыре дня подорвалась и затонула канонерская лодка 'Акаги'. А ещё через две недели 'Сайен' и 'Удзи', которые контр-адмирал Хосоя выделил из своего отряда к Цинджоу, в связи с настоятельными просьбами генерала Оку. А, учитывая регулярный обстрел японских войск со стороны бухты Хэнд 'Бобром', 'Сивучем', 'Гремящим' и 'Отважным', которые полторы недели без выходных приходили посменно громить левый фланг противника до тех пор, пока в порту не кончились девятидюймовые снаряды, потери войск маршала Оямы на Кинджоуском перешейке достигли просто катастрофических величин...

***

– Жаль, что нам так и не удалось пострелять по японским позициям, - с сожалением процедил Ухтомский, глядя как миноносцы и 'Амур' возвращаются к отряду.

– Так ведь и не планировалось, Павел Петрович, - отозвался Эссен.
– Глубины здесь не для броненосцев. Может и дотянулись бы двенадцатидюймовками издали, но точность была бы аховой. Стоит ли то расхода наших дорогих и дефицитных снарядов?

– Да всё я понимаю, Николай Оттович - конечно же игра не стоит свеч, но обидно, согласитесь.

– Крейсера подходят! С кормы я уже видел их дымы, - прервал беседу адмирала с командиром броненосца взлетевший на мостик минный офицер.
– Вот радио с 'Богатыря'. 'Диана' утопила японскую канонерку.

– Благодарю за добрые вести, лейтенант, - удовлетворённо кивнул Ухтомский.
– Молодец Ливен, приятная новость для нас...

Адмирал намеренно опустил титулование и озвучил лишь фамилию светлейшего князя. Вернее, не столько намеренно, сколько на уровне подсознания. Его род происходил от самого Рюрика, и , тем не менее, он оставался лишь 'сиятельством', а Ливены были пожалованы титулом 'светлейших' по прихоти императора Павла, причём непонятно за какие заслуги. Вообще-то даже Романовы по сравнению с Рюриковичами - выскочки. А уж князья из инородцев... Во времена Петра Великого и вплоть до Екатерины кавказцу или татарину, мордвину или персу имеющим саблю у пояса и заявившему, что он у своих 'Балшой чилавек', при принятии российского подданства тут же жаловалось дворянство, а то и княжеский титул...

– Ваше превосходительство!
– прервал мысли адмирала гальванный кондуктор, - Ещё телеграмма с 'Богатыря'.

– Давай, братец.

' Вижу дымы на норд-весте. Предполагаю вражеские миноносцы. Атакую.' прочитал Ухтомский. Ну что же, Матусевич принял правильное решение - в виду скорых сумерек отогнать этих ночных хищников требовалось пренепременно. Не хватало ещё после сегодняшней успешной операции схлопотать дурную мину во время перехода в Артур.

– Передай на 'Богатырь': 'Добро'. Николай Оттович, распорядитесь отсигналить на 'Скорый', 'Стройный', 'Сторожевой' и 'Разящий', чтобы тоже сбегали к норд-весту, глядишь они успеют зацепить вражеские миноносцы раньше, чем наши крейсера.