Чтение онлайн

Она сделала глубокий вдох и вздохнула. Она не могла спасти город. Все, что она могла сделать, это попытаться задокументировать как это было, когда они обнаружили его.

Внезапно она ощутила страшную пустоту из-за разлуки с Лефтрином, которая была сильнее, чем жажда. Его нет уже больше месяца, и было неизвестно когда он вернется. Это было неизменным результатом того, что он был здесь с ней какое-то время, став свидетелем удивительной тишины места, ходил с ней, где не ступала нога никого другого со времен Элдерлингов. Его присутствие делало все более реальным; с того момента, как он уехал, вещи, которые она видела, и находила, и изучала стали как бы менее существенными. Неподтвержденные его интересом.

Элис начала поворачивать налево, чтобы пойти по более узкой дороге, которая позволила бы ей возобновить свои тщательные измерения и исследования в ее обычном механическом стиле. Потом она остановилась. Нет. Если она будет следовать избранному пути, она никогда не доберется до входа в грандиозные здания, прежде чем они будут разграблены. Так что планы на сегодня меняются. Это не будет день документирования, рисования и заметок. Сегодня она просто исследует, идя куда бы ее ни потянуло.

Она повернулась к широкой аллее, что вела прямо от реки в сторону далеких гор. Ветер был у нее за спиной и она щурила глаза от дождя. Она смотрела по сторонам, когда шла, останавливаясь на каждом перекрестке дороги. Здесь было место и для исследования и для каталогизации и для записей. Она достигла вершины пологого холма и после секундного рассуждения повернула направо.

Вдоль этой широкой улицы здания были грандиознее, чем скромные дома и небольшие магазинчики, которые она посещала ближе к набережной. Черный камень, из которого были сделаны все эти здания, сиял от дождя и блестел там, где потоки серебра стекали по нему. Многие оконные и дверные переплеты и колоны строений были украшены. Здесь были резные столбы с вьющимися виноградными лозами и животными, которые из-за них выглядывали. Там вход был защищен камнем, который был искусно вырезан в форме решетки и лозы.

В следующем строении была галерея, где она укрылась от возрастающего напора ливня. Колонны были вырезаны в форме акробатов, стоящих ногами на плечах друг друга и руками поддерживающих потолок. Высокие двери серебра и треснувшего дерева преградили ей вход. Она нежно толкнула дверь, удивляясь, что некоторые древние защелки все еще держались закрытыми. Ее рука опустилась через измельченную древесину. Пораженная, она отдернула руку, а затем наклонилась, чтобы всмотреться в отверстие размером с кулак. Она увидела прихожую и следующие двери. Она взялась за ручку двери и потянула ее, только чтобы частично освободить. Потрясенный наносимыми ею повреждениями, она отпустила, только для того, тяжелая медная ручка свободно оторвалась и с лязгом упала к ее ногам. О, отлично, Элис, кисло выругала она себя.

Потом, когда вой ветра и дождя прекратились, она устремилась вниз, чтобы вытащить горсть дерева подальше, чтобы у нее было достаточно места пробраться дальше. С другой стороны она встала и огляделась. Она больше не слышала шума дождя, а ветер был приглушенным и далеким. Свет мягкими прямоугольниками падал на пол из высоких окон. Ковер распался под ее ногами, когда она шла по середине комнаты. Она подняла глаза: на потолке была нарисована стая драконов. Некоторые несли украшенные лентами корзины в когтях, а в корзинах, висящие в них были ярко одетые фигуры.

Второй комплект высоких деревянных дверей манил ее. Она пересекла комнату, подойдя к ним и оказалось, что они сохранились гораздо лучше чем наружные двери. Она сжала блестящую медную ручку и повернула ее, подталкивая дверь. Дверь открылась легко, лишь тихонько скрипнув..

В комнате обнаружился скошенный пол, плавно спускавшийся к большой сцене в центре театра. Это был остров, окруженный пустым пространством пола, потом ярусы скамеек и, наконец пыльные призраки подушек на опорах стульев. Когда она подняла глаза, она увидела занавешенные ящики, величественно смотрящие вниз на сцену. Свет падал из верхнего купола из толстого стекла. Десятилетия пыли приглушили свет, который проглядывал сквозь тучи. Это не могло разогнать тени, которые скрывались за самыми дальними от середины краями комнаты. Выжидающие фигуры, при быстром взгляде казались замороженными ее внезапным вторжением.

Элис сделала осторожный вдох и подняла руку, чтобы вытереть капли дождя с ресниц. Она знала, что они исчезнут. Это была выходка черного камня начала понимать она. Иногда они шептали, иногда громко пели, а иногда, когда она быстро сворачивала за угол или ей случалось провести рукой по стене, она получала представление о людях и лошадях с повозками, о всей жизни, которую все еще помнил город. Она тщательно потерла глаза, опустила руки и снова огляделась.

Они по-прежнему смотрел на нее из тени, все головы повернулись к ней. Яркие шутовские костюмы, надетые на них, заявляли об их профессии: это были эквилибристы и акробаты, канатоходцы и жонглеры, исполнители, возможно такие, как она видела в труппе на летнем празднике или исполнявшие соло за брошенные им монетки на краю большого рынка в Бингтауне. Они по-прежнему невероятно оставались, и даже после того, как она в полной мере осознала, что это были статуи, она все равно отважилась на нерешительное:

— Привет?

Ее голос пронесся через зал и вернулся к ней. На противоположной стороне комнаты, задрапированная шторой театральная коробка внезапно поддалась и со свистом рассекаемого воздуха упала на пол в каскаде нитей, пуха и пыли. Она вскочила, пораженная, а потом стояла, сжимая руки и глядя на множество перемешавшихся пылинок, танцующих в тонких солнечных лучах.

— Просто статуи, — утвердительно сказала она вслух. — Вот и все.

Она заставила себя повернуться и пройдя по проходу, окружавшему места для сидения, достичь первой из фигур

Она думала, что с близкого расстояния они станут выглядеть менее тревожно. Они не стали. Каждый из них был изысканно вырезан и окрашен. Жонглер, одетый в синее и зеленое, замер, сложив два мяча в одной руке и три в другой, насмешливо склонив голову и прищурив медно-зеленые глаза в зарождавшейся улыбке. В двух шагах позади него, остановился акробат, одну руку протянув своему партнеру, вторую прижав к груди, он с любопытством уставился на пустые сиденья. Его партнер был одет в желто-белый полосатый шутовской костюм и его волосы беспорядочно свисали черными вихрами. Ее губы изогнулись в лукавой улыбке. За парой, акробат с ходулями, спустился со своих палок и наклонился, чтобы через их плечи посмотреть на пустой зал. Он был одет в маску с клювом птицы и элегантный головной убор наподобие пучка птичьих перьев.

Она шла все дальше и дальше; похожих друг на друга фигур не было. Здесь стройный мальчик взбирался по предложенному партнером колену к нему на плечи. Тут человек с набором флейт у губ и тремя небольшими резными черными собаками у его ног, стоящими на задних лапах и готовыми танцевать под его мелодию. Следующей была девушка с лицом и руками окрашенными в белый цвет, в платье, украшенном позолотой, имитирующей золотую нить. Позолоченный также была ее корона с перьями и головой петуха, а в руках был скипетр больше похожий на метелку для сметания пыли.