Грешница
Шрифт:
Странно как-то. Кнез казался большим затворником, абсолютно не публичным человеком, вместо которого частенько выступали его доверенные люди. При этом в стране все работало слаженно, как в часах.
Отложив биографию, ведьма углубилась в перечень различных существ, стараясь отличить правду от вымысла выслуживающихся писак. За этим занятием прошло полдня. А вечером в ее скромную квартирку пришел первый посетитель – высокая женщина в вязаной накидке. Она тихо спросила, до скольки нужно вернуться, и ушла. Вернулась поздно ночью, разбудив Сантеру, которую тут же задобрили яблоком в карамели.
– Извините. Я давно не была в этом городе, очень давно! Надо сказать, в Убежище мало людей и тех, кто хоть немного на них походит. Я рада, что вы с нами. Теперь можно закупать свежие морепродукты. А то хозяева совсем раскапризничались… Ой! Вы ведь не думаете, что я жалуюсь?! Я не жалуюсь, ведь благодаря им я могу спокойно жить, не боясь, что мою голову повесят над камином!
Пытаясь вставить слово, девушка щелкнула пальцами перед вытянутым лицом дамы.
– Я никому не скажу. Успокойся. – И Сантера мягко улыбнулась, пытаясь удержать зевок. – Расскажи мне про Убежище.
– Я ничего не знаю. Его создали инкантаторы, чтобы скрыться от чистопородных и Кнеза. Это наш дом.
– Но если будете возмущаться и противиться воле Совета, вас выгонят?
– Да, – растерянно ответила гостья. – Они дают нам защиту, мы делаем всю остальную работу. Убираем, готовим, ходим за покупками в небольшие города. Это же нормально? Ведь так?
– Вполне нормально, – заверила ее ведьма. – Позволь нескромный вопрос – кто ты? Уж очень похожа на человека.
– Я йорнапулс.
Впервые за разговор женщина приосанилась и гордо улыбнулась. Стянув перчатки, продемонстрировала маленькие хитрые глазки без ресниц на ладонях.
– А еще у меня гребень из шипов на спине.
– Красиво, – оценила Сантера. – Заходи еще – поболтаем.
– Конечно! Ах, госпожа хранительница, я так рада! Так рада!
– А как я рада. Только тише, тут стены тонкие.
Радостно щебеча, йорнапулс, подгоняемая ведьмой, проскользнула сквозь зеркало, унося тяжелые сумки, набитые едой.
А Сантеру вскоре осчастливил посещением Нуар. Она услышала его усталый тихий голос, когда ложилась спать.
– Как продвигается дело? – прошелестело в голове.
Этот фокус в первый раз разозлил и напугал ее до чертиков. Виной тому, вероятно, была фантомная игла, сокрытая в груди. Она-то и позволяла общаться на огромном расстоянии, связывая двух людей незримой нитью.
– Я на месте. Инкантаторы что-то подозревают, но всерьез нас с вами не воспринимают. Я уже принялась за дело. Кстати, вы случайно не знаете, почему Кнез Матис такой странный? Он еще жив? А то мне начало казаться, что у власти другие люди, а сам ваш Кнез давно в могиле.
– Я знаю лишь то, что мне докладывали. Сантера, будьте осторожнее, выясняя про личность Кнеза. У него целая сеть шпионов. Если вас поймают, – будут пытать, пока не выяснят все, что им нужно.
– Ну на этот случай вы и вживляете иглы в живых людей, – буркнула Сантера, закатывая глаза.
– Так надо. Глупо испытывать ко мне неприязнь – я делаю то, что должен. Это необходимость, благодаря которой мы можем не волноваться насчет конфиденциальности нашего общего дела. Более того, я считаю, что ваша прямая обязанность принять тот факт…
Неожиданно она задремала. Нуар что-то успокаивающе бубнил, в квартире было холодно, а под одеялом, наоборот, тепло и уютно…
– Вы помните, когда путешествия между мирами стали для вас скучной обыденностью?
Этот вопрос заставил ведьму ненадолго вынырнуть из цепких лапок сна.
– Просто они все чем-то похожи. В конце концов, это приедается: одни и те же люди, названия, события. Кто-то кого-то хочет уничтожить, кто-то что-то заполучить или изменить, а кто-то и вовсе ничего не делает, а только жалуется… Скуко-а-а… – Она шумно зевнула и перевернулась на другой бок.
– Я много думал. Живущие сейчас расы различаются не столь сильно, но это можно объяснить естественным отбором – в процессе эволюции выживали сильнейшие. И почти везде люди опережают в развитии остальных.
– Вы слышали про теорию зеркальности?
Сонливость окончательно пропала. Руководитель «Гатос» методом тыка умудрился найти интересную для нее тему.
– Зеркальность? – казалось, Нуар задумался. – Да, похоже на правду. Цепь миров, каждый из которых является отражением предыдущего. И лишь один оригинал.
– Безликий мир.
– Эдем.
– Как скажете. – Сантера нехотя встала и пошла на тесную кухоньку, чтобы налить себе стакан воды.
– Но эта теория имеет изъян. Как объяснить резкие переходы между двумя мирами? Закон зеркальности включает зависимость событий. Каждое изменение, – например, кровопролитная война, – так или иначе влияло бы и на другие миры. Цепные реакции тревожили б Спираль постоянно.
– Может, они и тревожат. Мы же не можем проследить за ходом истории каждого мира и все проанализировать.
Нуар замолчал, раздумывая над ее словами. Сантере иногда казалось, что данные вопросы волнуют его почти так же сильно, как ее саму – Продавшиеся и ведьмы.
– Эффект Бабочки, – наконец вымолвил он.
– Что?
– Это когда незначительное влияние на систему влечет за собой большие последствия. – Рассеянный голос Нуара эхом отозвался в черепной коробке. – Проще говоря, каждое наше слово, каждая мысль и решение влияют на будущее. Так и появляются колоссальные различия.