Чтение онлайн

Лера, видя боевой настрой подруг, сдалась без сопротивления.

Недалеко от их дома в лесу была полянка, где гуляли ветра. День клонился к вечеру и, хотя солнце ещё грело, становилось все холоднее. Лера зябко поежилась.

— И почему это в доме нельзя было сделать?

— Это магия воздуха. Чем его больше будет вокруг нас, тем нам легче будет, — пояснила Лидия.

Она взяла большую ветку и нарисовала на земле круг.

— Вставай в центр. Можешь сесть. Делай так, как тебе удобней.

От круга провела две линии под острым углом друг к другу и завершила их такими же кругами. Когда девушки заняли каждая свой круг, Маша, смотря прямо Лере в глаза, сказала:

— Ничего не бойся. И постарайся не выходить из круга, чтобы не происходило.

— Как многообещающе это звучит, — невольно пробурчала Лера.

Поглядев на небольшой размер круга, она присела на прохладную землю. Лидия и Маша тем временем повернули свои ладони вверх, закрыли глаза и начали что-то шептать. Что именно они произносили, Лера из-за сильного ветра так и не расслышала, только начерченные на земле линии и круги стали светиться ярко-голубым светом. Следом за этим у нее заложило уши, и звук словно выключили, наступила полная тишина. Она панически втянула воздух через нос. Свет от линий становился все ярче, глаза начали слезиться и болеть. Ей больше ничего не оставалось, как закрыть их.

Лера открыла глаза и оказалась на той же поляне но абсолютно одна. Ни девушек, ни горящих голубым светом линий — ничего.

Неужели очередной кошмар? Или так и должно быть?

— Валерия.

От неожиданности Лера подскочила и резко повернулась, едва не потеряв равновесие. Напротив нее стояла ее Бабулечка.

— Как? Ты же…

Она не знала плакать ей или смеяться. Вот он человек, который всегда ее поддерживал, холил и лелеял, стоит напротив, словно и не уходил никуда.

— Ба… — глаза предательски защипало.

— Так, Валерия, брось сырость разводить, — бабушка шутливо погрозила ей пальцем как когда-то давно в детстве. — Помнишь, зачем ты здесь?

— Книга.

— Правильно, внучка. А где она? — лукаво подмигнула ей старушка.

— Да если бы я знала.

Лера с детства не любила эту бабушкину привычку задавать наводящие вопросы. Никогда не говорила прямо, заставляя внучку саму думать и находить ответы.

— А я где?

Девушка удивлённо посмотрела на пожилую женщину.

— Так ты же…

— Думаешь, я приведение что ли? — сухонькая старушка удивлено посмотрела на нее.

— Воспоминание? — предположила она.

Бабулечка удовлетворенно кивнула.

— Умница, внучка. Книга там же где и я. В твоей памяти.

— Как же мне к ней доступ получить?

— А как к памяти доступ получают?

Лера в недоумении развела руками, и старушка улыбнулась:

— Вспомнить нужно, внучка, вспомнить.

— Да как же вспомнить, когда я ее толком и не читала? — не выдержала девушка. — Гримуар же содержит кучу информации, да ещё и заколдован был на постоянное обновление. Как я могу вспомнить то, что не читала, то, что не знаю?!

— Валерия, — бабушка строго одернула внучку и ещё раз повторила, — тебе нужно только вспомнить.

Лере хотелось кричать и плакать. Она не понимала, что от нее хотят и как она должна была это сделать. Хотелось только обнять свою Бабулечку, ещё хоть раз почувствовать ее тепло и запах, но стоило ей только сделать шаг, как старушка закричала:

— Не смей, Валерия! Стой, где стоишь. Тебе нельзя покидать круг, иначе потеряешься в собственном сознании и уже не выберешься, — и уже намного ласковей прибавила. — Не плачь, внучка. Все будет хорошо. Тебе уже пора.

Поляна и ее силуэт стали размываться. Поняв, что ещё мгновение, и Бабулечка исчезнет, Лера зарыдала, и начала кричать ей, чтобы она не уходила и о том, как сильно она ее любит и скучает по ней. Но старушка только грустно улыбнулась и погрозила ей пальцем, как всегда делала, когда внучка начинала плакать, и исчезла. Следом за ней исчез и весь мир.

Зрение ещё не вернулось, но Лера уже слышала крики подруг. К ним присоединились мужские голоса. Картинка понемногу прояснилась и первым что девушка увидела, были желто-оранжевые пятна, которые хаотично метались вокруг. Чем чётче становилось ее зрение, тем больше ее охватывал ужас. Вокруг нее бушевало настоящее пламя. Рядом в кругах так же в окружении языков огня стояли бледные Лидия и Маша. За стеной пламени, пытаясь с ним совладать, колдовали Глеб и Марк. Увидев, что Лера наконец-то пришла в себя, Лидия бросилась на помощь мужчинам, но и ее огненная магия не сильно помогала справиться с пожаром. Тогда Маша бледная и решительная закричала:

— Ложитесь на землю, быстро!

Все бросились на землю, а Мария одна стоящая на ногах обвела руками круг и, прижав их к животу, резко втянула в себя воздух. Лежащая на земле Лера почувствовала, как ветер поменял направление и с дикой силой подул в сторону стоявшей девушки, а затем стало тяжело дышать, словно весь воздух разом выкачали. Сознание понемногу начало гаснуть, как вдруг воздух снова хлынул целебным потоком в лёгкие. Закашлявшись, она, качаясь, села и ошарашено смотрела на дымящуюся поляну, которая только что была объята огнем.

— Как? — Лидия хрипло спросила, удивленно смотря на Машу.

— Огонь без кислорода не горит, вот я и выкачала весь воздух… — неохотно пояснила она.

Откуда-то справа раздался мужской смех. Все удивленно уставились на Глеба, который толком ни разу при них не улыбался, был вечно серьезным и собранным, а тут жизнерадостно заливался хохотом и восхищенно смотрел на Марию.

— Вот черт старый! Во всем прав был! — улыбка не сходила с его лица, а Маша густо краснея, внезапно развернулась и в одиночестве пошла прямиком к поселку. — Ничего, Машенька. Никуда от меня не денешься! Я от судьбы убегать не буду, и тебе не дам.

Лидия помогла Лере встать, и они поспешили следом за подругой. Нагнав ее возле самого дома, Лидия оставила их вдвоем и вернулась к брату.

Маша и Лера в полной тишине выпили кофе и сидели, погруженные каждая в свои мысли. Из оцепенения их вырвали крики, раздающиеся с улицы. Переглянувшись, девушки одновременно встали и направились к выходу, как дверь с грохотом открылась и в дом влетела красная Лидия. Зло сверкнув глазами, она молча удалилась в комнату. Следом за ней вошёл Марк. Его лицо было белее простыни и только глаза сияли льдинками на лице.