И придет волчица
Шрифт:
— Гал, ты не слушаешь опять. О своем о чем-то задумалась…
Не поверишь — в этот раз не о своем.
— Да нет, не о своем. Подай бумагу, я тебе «штормовое» распишу…
Смотрит на выведенные мною каракули, как на божественное откровение. А ведь просто все, до ужаса просто — мы лишних проблем не ищем. Они нас сами находят.
— Ну ты даешь! Реально сработает?
— Пойди, проверь…
И так постоянно. Лайс-старший, Лайс-младший, Мариза с тонометром, Сэл со школьными историями. Живи, говорят, держись. А за что держаться? За кого?
За розового крошку-головастика, маленького смешного червячка, которого я вижу прикрыв глаза и в котором только силой дара можно распознать маленького мальчика, что появится однажды на этот свет? За него держатся? Мало. Слишком мало. Ради него? Так я это и делаю. Вдох-выдох. Завтрак-обед…
И снова у меня все не как у людей. У людей — девять месяцев, плюс-минус две недели. А я, видите ли, дракон недоделанный. Мне подольше протянуть нужно. Целый год. Уже, конечно, меньше осталось, но все равно — долго. До следующего мая еще…
Странная все же штука — жизнь. Даже без смысла странная.
Вот сначала, как оно было? Живу я себе в небольшом городе на Земле, в НЛО и зеленых человечков не верю, религиозные секты не посещаю — посещаю институт и имею четко сформулированное мнение об устройстве Мира и своем в нем месте. А после — трах-бабах, и все совсем не так, как вам казалось, Галина Кирилловна. Вот вам Врата, пара сотен изученных Миров и бессчетное количество в реестры не внесенных — вы у нас теперь Открывающая, получите и распишитесь в неразглашении. Мечтали о чуде? А нате-ка! Только учтите, чудеса у нас под строгим контролем: работаете по графику, за установленную оплату плюс проценты с каждого Идущего за переход, «Договор» соблюдайте, Хранителя уважайте — и будет вам счастье.
И отчего бы на этом не остановиться?
Так нет же: восемь лет пребывала в полной уверенности, что ничего удивительней со мной уже не случиться, и в один прекрасный день слышу от горячо любимого шефа-дракона: «Галчонок, зайди, разговор есть». И снова все становится с ног на голову. Открывающая? Берите выше, Галина Кирилловна! Вы у нас не просто Открывающая. Вы, оказывается, на одну половину дракон, а на вторую — плод генетического эксперимента другого дракона, и вам очень быстро нужно упаковать вещички и мотать в другой Мир, где станут вас, уникальная вы наша, магии обучать, потому как таланты соответствующие у вас имеются. А чтобы скучно не было, прихватите-ка с собой господина Эн-Ферро. Хватит ему без толку по Сопределью мотаться, пусть делом займется.
И только-только успеваю свыкнуться со своим новым статусом…
— Принимай гостей, хозяйка! Это Иоллар.
— Можно Ил…
И все. И понимаю, что не было до этого в моей жизни никаких чудес. Врата? Сопределье? Магия? Чушь все это собачья! Самое удивительное, что у меня только было, обладало парой длинных острых ушей и абсолютно несносным характером. Единственное мое чудо. Радость моя ясноглазая.
А теперь что? Теперь как?
У меня нет даже причин покидать дом. Зачем?
Однажды, когда я только-только приходила в себя после известия о его смерти, в душе шевельнулось что-то злобное и яростное, что-то, способное заполнить опустевшее после его ухода сердце. И тогда я еще хотела вскочить с постели и мчаться на поиски того, кто отобрал у меня мое чудо. И я нашла бы его. Нашла и… Увы, мне даже этого не осталось. Ил прихватил своего убийцу с собой. Ил унес с собой все, что я любила, и все, что могла бы возненавидеть. Ненависть — это ведь тоже чувство? Не самое лучшее, но все же… А теперь у меня нет никаких чувств.
Только чувство долга. Незаконченное дело.
Его даже зовут так — Дэвигард. Дэви.
Прости, малыш, я не смогла придумать тебе другого имени. Если бы жив был твой отец, то возможно мы назвали бы тебя Подарком богов или Нежданной радостью… Ты ведь, действительно, полнейшая неожиданность. Не обижайся, но я не хотела тебя. Может быть, когда-нибудь потом… Но в те минуты, когда я была с твоим отцом, я меньше всего в Сопредельи думала о продолжении рода. Точнее думала, и предпринимала меры, что бы этого избежать. Коротенькое заклинаньице, весьма ходовое среди тарских чародеек, и очень эффективное как с людьми, так и с эльфами. А господин Эн-Ферро поведал мне после, что и у Ила был оберег для таких случаев, тоже магический — тот перстенек с небольшим рубином, что он носил не снимая… Ходок, однако, был твой папочка, малыш, что уж тут греха таить. Только это давно было, очень давно. До меня… В общем, перестраховывались мы с ним, перестраховывались — лучше б в аптеке снадобий каких купили. Потому что не рассчитано было мое заклинание на орков, а его кольцо — на драконов. Мешаная кровь, чтоб ее!
Вот и осталось мне Незаконченное дело.
Вот и живу.
Вдох-выдох…
— Галла!
Снова в мою пустоту врываются незваные гости.
— Галла, прости, но…
Мариза замирает нерешительно на пороге спальни. Ну, что еще? Давление мы вроде бы мерили сегодня, пульс считали. Сердце слушали. Лекцию о правильном питании и необходимости движения для моего многострадального организма — тоже.
— Эн-Ферро уехал в город, а там…
Что там? Нашествие воинственных некромантов? Атака нежити? Из залива выполз морской змей и требует девственницу себе на обед? Жаль, но я его не устрою.
— …там дети пришли.
Неожиданно. Дети? Иногда все мною перечисленное являет собой меньшую угрозу.
— А я здесь при чем?
— Они к тебе пришли, — выдает испуганно женщина.
Должна признаться, что впервые за последние полмесяца была искренне удивлена. Дети ко мне еще не приходили. Даже в виде ночных кошмаров.
Бережно вернула на полку голубую в трещинку и белый цветочек чашку. С тех пор как в гостиной обосновался суетливый отпрыск магистра Пилаг, дважды реликвия перекочевала в мою комнату. Так же как лютня. Так же как книга в потертом переплете. Так же как пара штанов и рубашек, которые я отрыла в вещах, возвращенных Мирой после стирки. А еще у меня есть его рисунки. Несколько карандашных набросков: фианский эктокар (Ил хотел, чтоб я знала, как он выглядит, но неожиданно увлекся тогда и принялся объяснять еще и принцип работы двигателя), замок Сумрака — резиденция Владетелей Т'арэ («А вот, видишь окошко, моя комната. А здесь оружейная…») и карикатура на Лайса. А еще в моем маленьком музее…
— Галла!
Ах да, дети.
Очень смелые дети, явившиеся на порог чародейского жилища. Разве не учат их родители, что нужно держаться подальше от тети-ведьмы? Пусть даже на вид она белая и пушистая. Или бледная и несчастная.
Детей было двое. Девочки-сестрички, о чем свидетельствовали одинаково вздернутые носики и медно-рыжие кудряшки. Старшей было около десяти, младшей — не больше семи.
— Тэсс чародейка! — бросились они обе ко мне, стоило лишь выйти на крыльцо.
А дело-то видно совсем плохо, подумала я, отметив зареванные глазенки и вздрагивающие подбородки. Наверное, серьезное что-то стряслось: может с родителями беда, может нечисть какая в их доме объявилась. Только отчего же они ко мне? Отчего не в Школу?