Чтение онлайн

Талула Райли, которой тогда было двадцать два, выросла в живописной английской деревушке в Хартфордшире и к моменту знакомства с Маском успела показать себя в нескольких небольших, но прекрасно исполненных ролях, в частности сыграв лишенную музыкального слуха Мэри, среднюю из сестер Беннет, в киноадаптации романа Джейн Остин “Гордость и предубеждение”. Высокая и красивая, с длинными струящимися волосами, острым умом и ярким характером, она была прямо во вкусе Маска.

Ник Хаус и еще один друг, Джеймс Фэбрикант, представили ее гостям, и она села рядом с Маском. “Он казался довольно застенчивым и немного неловким, – говорит она. – Он говорил о ракетах, и сначала я не поняла, что ракеты принадлежали ему”. В какой-то момент он спросил: “Можно положить руку тебе на колено?” Вопрос застал ее врасплох, но она кивнула. В конце концов он сказал ей: “У меня с этим очень плохо, но можно я запишу твой номер телефона? Я хочу увидеть тебя снова”.

Райли лишь недавно съехала от родителей и следующим утром позвонила им рассказать о мужчине, с которым только что познакомилась. Пока они говорили, ее отец вписал его имя в поисковую строку Google. “У него жена и пятеро детей, – сообщил он. – Тебе вскружил голову какой-то плейбой”. Разозлившись, она позвонила своему другу Фэбриканту, который успокоил ее и сказал, что Маск разошелся с женой.

“В итоге мы позавтракали вместе, – говорит Райли, – а затем он сказал: «Я бы очень хотел с тобой пообедать». А после обеда в тот день он сказал: «Это было чудесно. Теперь я хочу с тобой поужинать»”. В следующие три дня они еще не раз встретились за завтраком, обедом и ужином и сходили в магазин игрушек Hamleys, чтобы купить подарки пятерым его сыновьям. “Они были истинной влюбленной парочкой и постоянно держались за руки”, – говорит Ли. Когда его визит в Лондон подошел к концу, Илон предложил ей полететь с ним в Лос-Анджелес. Она не могла присоединиться к нему сразу, потому что ей пора было отправляться на Сицилию, где была запланирована фотосессия для журнала Tatler в поддержку фильма “Одноклассницы”, в котором она только что снялась. Но оттуда она улетела в Лос-Анджелес.

Вместо того чтобы поселиться с Маском, что ей казалось неподобающим, Талула на неделю сняла номер в отеле Peninsula. В конце недели Маск сделал ей предложение. “Прости, пожалуйста, но у меня нет кольца”, – сказал он. Она предложила ударить по рукам, и помолвка состоялась. “Помню, как мы плавали в бассейне на крыше, совершенно счастливые, и говорили, как странно, что мы знаем друг друга всего недели две, но уже помолвлены”. По словам Райли, она не сомневалась, что у них все получится. “Что вообще с нами может случиться?” – пошутила она. Маск неожиданно серьезно ответил: “Один из нас может умереть”. Почему-то в тот момент она сочла это очень романтичным.

С Талулой Райли в лондонском Гайд-парке

Когда через несколько недель ее родители прилетели из Лондона, чтобы познакомиться с Маском, он попросил у ее отца ее руки. “Я прекрасно знаю свою дочь и доверяю ей, поэтому вперед”, – ответил он. Мэй тоже прилетела в Лос-Анджелес и в кои-то веки одобрила выбор сына. “Она была просто прелесть, смешная, нежная и успешная, – говорит Мэй. – А ее родители – очень приятная, очень хорошая английская пара”. Однако по совету своего брата Кимбала Илон решил, что им стоит пару лет подождать со свадьбой, и Талула согласилась с этим.

После двух неудачных запусков с далекого атолла Кваджалейн третья попытка пуска Falcon-1 была для SpaceX решающей – по крайней мере, так считали все, включая Маска. Он сказал команде, что денег хватит только на три старта. “Я считал, если у нас ничего не выйдет с трех попыток, – говорит он, – мы заслуживаем смерти”.

При подготовке ко второй попытке инженеры SpaceX не стали грузить на ракету настоящий спутник, поскольку не хотели в случае крушения потерять драгоценный груз. Но когда настало время для третьего пуска, Маск решил пойти ва-банк и поставить на успех. На ракету погрузили дорогостоящий 80-килограммовый спутник ВВС, два спутника поменьше, предоставленные NASA, а также кремированные останки Джеймса Духана, актера, который исполнил роль Скотти в телесериале “Звездный путь”.

Старт прошел успешно, и командный пункт в Лос-Анджелесе, откуда за процессом наблюдал Маск, взорвался ликованием. Ракета поднималась. Через две минуты двадцать секунд, как и планировалось, верхняя ступень отделилась от стартового двигателя. Казалось, груз летит на орбиту. “В третий раз повезет!” – воскликнул один из инженеров.

Но затем Мюллер, сидевший на своем обычном месте рядом с Маском, снова ахнул. Через секунду после того, как стартовый двигатель полетел на Землю, как и должен был, он дернулся вверх и толкнул вторую ступень. Видео прервалось, и Маск с командой сразу поняли, что теперь обе ступени ракеты вместе с останками бедного Скотти падают вниз.

Ханс Кенигсманн и Falcon-1

Проблема состояла в том, что инженеры переделали систему охлаждения для двигателя Merlin, и это привело к возникновению небольшой тяги даже после отключения двигателя. Команда Мюллера испытала новую систему на земле, и на уровне моря она работала прекрасно. Но в космическом вакууме тяги от выгорания последней капли топлива хватило, чтобы подбросить стартовый двигатель вверх сантиметров на тридцать.

Деньги у Маска закончились, Tesla выкачивала все средства, а SpaceX потеряла три ракеты подряд. Но он пока не готов был сдаться. Он решил пойти ва-банк – в прямом смысле. “SpaceX не прекратит своих усилий, – заявил он через несколько часов после крушения. – Не должно возникать абсолютно никаких сомнений в том, что SpaceX восторжествует и достигнет орбиты. Я не сдамся никогда – вообще никогда”.

На следующий день в конференц-зале SpaceX Маск созвонился с Кенигсманном, Баззой и стартовым расчетом на Квадже. Они прошлись по данным и нашли способы увеличить период разделения, чтобы избежать повторного столкновения в будущем. Маск был мрачен. “Это был самый дерьмовый период в моей жизни, учитывая, что творилось в моем браке, SpaceX и Tesla, – говорит он. – У меня даже дома не было. Он достался Джастин”. Команда переживала, что он, как часто бывало, попытается свалить вину на конкретных людей. Они приготовились к тому, что на встрече их обдаст холодом.

Но вместо этого Илон сказал им, что на заводе в Лос-Анджелесе есть компоненты для четвертой ракеты. Соберите ее, велел он, и как можно скорее перевезите на Квадж. Он поставил им почти нереальный срок: новый пуск через шесть недель. “Он сказал нам не жалеть сил, – вспоминает Кенигсманн, – и это меня поразило”.

В штаб-квартиру пришел оптимизм. “Думаю, после этого большинство из нас готовы были пойти за ним хоть к вратам ада, захватив с собой крем для загара, – говорит Долли Сингх, которая занимала должность директора по персоналу. – В мгновение ока отчаяние и подавленность, царившие в здании, сменились энтузиазмом и целеустремленностью”.