Чтение онлайн

— Потому что она мягкая, — ответил Альсино.

— Мягкая? — удивилась Оля. — Как это может быть?

— Как вы уже знаете, по ней устремляется воздушный поток под влиянием разности температур, как в любой знакомой вам дымовой трубе. К тому же она с высотой уменьшается по толщине, и мчащийся по ней вверх воздух не только надувает ее, но и держит в распрямленном состоянии.

— Поняла! — обрадовалась Оля. — Это как детская игрушка «тещин язык» — свернутая в спираль склеенная из бумаги трубка. Подуешь в нее, и она развертывается во всю длину, хоть к потолку. Правда-правда!

— Ваша образность мышления восхищает меня, Оля! — признался Альсино.

— И в самом деле удачное сравнение! — согласился сэр Чарльз.

— Один джентльмен считал невероятным выражение вашего известного поэта — «облако в штанах». Оказывается, он был не прав! — заметил дядя Джо.

— Но требуется, простите меня, дополнительное разъяснение, — добавил Иецуке. — Воздушный поток может надуть мягкую трубу, поставить ее стоймя, но как она удержится от воздействия наружного бокового ветра? Меня это интересует, как физика.

— А меня — как инженера, — сказал дядя Джо, забыв на некоторое время о своих муках голода.

— Снаружи по всей высоте через равные промежутки труба имеет обручи с самоустанавливающимися против ветра крылышками. Ветер, действуя на них под углом атаки, создает подъемную силу, как в любом летательном аппарате. Она и поддерживает трубу строго вертикально. И, чем сильнее ветер, тем она устойчивее из-за возрастающей подъемной силы. При наклоне трубы угол атаки крылышек и эта сила стали бы еще большими.

— Весьма остроумное решение! — похвалил дядя Джо. — Но если бы ваши конструкторы еще и программировали бы своих биороботов на русское гостеприимство, то ваш мир можно было бы признать истинно мудрым.

— Уверен, что добавленный к столь интересным выводам стакан воды подчеркнул бы это, — поддержал своего друга сэр Чарльз.

— Жаль, что снаружи не удалось как следует рассмотреть эти занятные устройства, — пожалел Иецуке.

— Крепитесь, друзья, — вмешался Кочетков. — Не стоит винить ни роботов, ни их создателей. Ведь в этом мире не едят и не пьют, как у нас. Не правда ли, Альсино?

— Роботы получают энергию от электросети, люди же, вроде меня, в хорошую погоду — прямо от солнца, а в иных условиях используют искусственную пищу, кстати более питательную, чем трупы убитых существ.

— Опять искусственное! — вздохнул дядя Джо. — Ветер — искусственный, пища — искусственная, человекоподобные машины — искусственные. Когда же мы доберемся до настоящих людей? Ведь вы-то не искусственный!

— Можете не сомневаться, дядя Джо! Никакая машина, упав с такой высоты, как мы с птеродактилем, не восстановилась бы, даже при заботливом уходе милой Оли.

— Браво! — воскликнул лорд. — Ответ весьма убедительный. Искусственная пища всегда интересовала меня, если с ее помощью можно помочь голодающим в разных странах.

— В ваших и в наших телах существуют микроорганизмы типа дрожжей, схожие по составу белка с нашим собственным. Помещенные в питательную среду, под воздействием солнечных лучей эти микроорганизмы растут с поразительной быстротой, за сутки удваиваясь в весе. Выращивать их гораздо выгоднее, чем даже собирать дары земли. В прошлом, когда еще совсем не умели получать энергию прямо от солнца, мы питались такой искусственной пищей, из которой приготавливались самые разнообразные блюда.

— Умоляю вас не говорить больше о пище! Одного джентльмена зарыли по горло в песок пустыни и поставили перед ним недосягаемый сосуд с водой. Как я его понимаю!..

— Его звали Тантал, — подсказал Иецуке.

— Вспоминаю, как к запекшимся губам Спасителя римский воин протянул на копье смоченную в воде губку. Я готов, чтобы меня распяли, лишь бы поднесли ко рту губку с водой, — продолжал дядя Джо.

Но роботы, как ни в чем не бывало, не замечали мук своих пленников, никаких физических воздействий против них тоже не предпринимали.

Так прошел весь день, а потом и ночь.

Голод, особенно жажда, мучили людей, которые с сожалением вспоминали свой плот, с так и не израсходованным запасом пресной воды.

Альсино из-за действующего на энергостанции защитного поля не мог ни с кем на континенте связаться телепатически. Ждать неопределенно долго, пока кто-либо появится здесь для проверки работы энергостанции, казалось невозможным. Надо было что-то предпринимать. Никаких транспортных средств близ энергостанции не существовало. Плот был брошен, и где он теперь — неизвестно.

В машинном зале все так же столбиками торчали биороботы. Они смотрели с полным равнодушием на своих пленников, которые устраивались на ночлег, поднявшись на несколько ступенек к платформе над ветротурбиной.

— Не может быть! На таком объекте непременно должна работать информационная связь! — говорил Иецуке. — Я уверен, что мы легко справимся с этими чело- векомашинами, не знакомыми с моими приемами, найдем информационный узел и дадим знать о себе.

— Я должен предостеречь вас, дорогой Иецуке, что любые биороботы, отправляемые на «летающих тарелках» для наблюдения в ваш мир или обслуживающие подобную энергоустановку, снабжены парализующими трубками: напав на робота, вы сразу же окажетесь парализованным. Однако это будет уже не укол электрическим током, который ощутилк Оля и дядя Джо.

— Что же делать? — растерянно спросил физик.

Кочетков, тоже не видя выхода, хотя и стараясь держать себя в руках, выжидательно посматривал на Аль- сино.

Завеса, всегда скрывающая от Альсино его мысли, развеялась. И теперь он один ощутил в этом скрытном человеке тревогу и заботу о доверившихся ему людях.

— Так дальше продолжаться не может, — тихо сказал Оле Альсино, когда все их коллеги забылись тревожным сном. — Я, Оленька, должен бежать отсюда, чтобы вызвать помощь.